— Оставьте! Эти знаменитые крещения… вы знаете, во сколько они обходятся? Да, само собой разумеется, знаете, потому что вы ведаете деньгами… Две тысячи франков! Я навела справки… А пансион членов общины?.. Двести франков в день. Цена номера в роскошном отеле, и это за то, что тебе подают чечевичную похлебку и предоставляют место в камере, где стоит железная кровать! Согласитесь, что он не остается внакладе. Я уже молчу о пожертвованиях. Предполагаю, что они сыплются как из рога изобилия.

— Замолчите.

Выполняла все дела по дому, пыталась предупреждать приступы, училась их купировать. Ее все считали волевым человеком. Она сама думала, что мучительная болезнь сделала ее борцом, закалила настолько, что она внезапную страшную гибель своей старшей дочери перенесла более стойко, чем муж, Виктор. Анне нужно было держаться самой и держать дом, чтобы сохранить хотя бы видимость покоя и порядка. «Ради ребенка», — постоянно говорила она себе.

Просто у него не было выбора. Он приговорен к Лиле. И был сверкающий миг блаженства, когда она сама потянулась к нему, к своему мужчине… Все кончено. Отныне он не сможет вспоминать это без унижения и боли. О ком она думала в тот миг — о нем или об Андрее? Она забеременела в ту ночь и пошла с его младенцем под сердцем искать Андрея у соперницы, хотела его видеть, угрожала той женщине. Илья любил брата. Любил? После того, как Андрей украл у него Лилю, он просто запретил себе его ненавидеть.

Во всех остальных местах можно отдыхать, еще где-то, наверное, работать, но жить только в Москве.

И там, в Москве, Кирилл…

– Внимание, уважаемые пассажиры, – скороговоркой произнес в динамиках пилот, – наш самолет начал снижение, через несколько минут мы совершим посадку в аэропорту «Угольный» города Анадырь. Погода хорошая, солнечно, пять градусов тепла, местное время…

– Я не знаю. Если бы знал – сказал бы обязательно. Эльф не заслужил такой смерти. Но я дал ту информацию, которая может стать ключом. Этот парень, криминалист, выглядит неглупым. Он сообразит, где взять недостающие данные.

Я отвернулась.

– Почему ты думаешь, что эльф – случайная жертва?

– Потому что у него единственного точно не было ни одной причины для преступления. Зато были все причины жить честно.

– Эт точно! – заметил Крюгер, тут же спохватился, сообразив, как я провела его, выругался сквозь зубы и рявкнул: – Завтра! В отдел! Оба! Планету не покидать!

Люди должны любить самих себя и тех, кого любят, а не тех, кого должны.

"Влюбилась – не влюбилась. Как проверить? Чем проверить? Существует ли такая формула, по которой можно высчитать критическое число влюбленности? Чтоб посчитать его, а потом сравнить со своими чувствами.
Если они больше – значит, любишь.
Если меньше – значит, нет.
Без формулы трудно. Чувства врут, водят за нос и подло смеются. Заставляют принять желаемое за действительное, а ожидание любви – за любовь.
Легче, когда уже любил кого-то, а когда это впервые – приходится искать другие пути. Спрашивать у подруг, которые говорят одно и то же, читать глянцевые журналы, в которых нет нужных советов, искать ответы в себе."

"Выход есть всегда! Главное,хорошо его поискать!"

Жизнь постоянно испытывает нас на прочность, но мы до сих пор растерянно смотрим на проблемы и не можем протянуть друг другу руку помощи в критический момент.

Почему мода с ее легкомысленным и изменчивым характером наделена безграничной властью, в то время как нормальная жизнь с неизменными «старыми» ценностями никогда не была «в тренде»?

Личности прекрасного пола не в силах понять, что «художественный беспорядок» может быть не только на голове, но и в доме.

– Никогда ни один человек не сможет занять место другого. И тем более это касается женщин. Когда погибает любимая женщина, вместе с ней гибнет целый мир, даже не мир – целая эпоха в жизни человека; молодость, прожитая с ней, намерения, мысли, что были с нею связаны, все гибнет вместе с ее жестами, голосом, мимикой, походкой. Каково же человек у, когда то, что могло быть в старости приятным воспоминанием, превращается в кошмар, в сплошную ноющую рану? Разве может другая женщина, пусть даже по-своему привычная и близкая, закрыть собой эту рану? По-моему, нет…

Так вот, зачем я все это рассказал? Чтобы ты милосердней была. Не только к отцу – вообще к людям. Потому что без этого, я думаю, настоящей жизни не получится. Чтобы сердце у тебя поумнело…

- Ты - растение. Ты не человек и никогда им не была. Цветок на спине - самое очевидное  тому свидетельство, хоть и не единственное, - невозмутимо пояснил Тамани.
Почему он так спокоен?!
- Растение? - изумленно переспросила Лорел.
- Да. Не простое растение, конечно. Самая высокоразвитая форма жизни на планете. - Юноша наклонился, и его зеленые глаза сверкнули. - Ты - фея.

Нельзя швырять судьбе в лицо то, что она тебе предлагает.

Ничего-ничего, осознание проблемы — уже шаг навстречу исцелению.

Гораздо опасней и коварней для репутации бывает огульная клевета, ложные характеристики и факты. Гнев - это прямая, открытая и честная реакция. Если он направлен на то, чтобы предупредить, а не оскорбить, задеть за живое, то скорее всего он достигнет цели. В противном случае он приведет только к эскалации конфликта.

А еще восточная мудрость китайцев заставляла их видеть особое предначертание в том, что человек, уцелевший после падения с неба, оказался совершенно одиноким и никому не нужным. Земля приняла его, но не признала, и это трогало и волновало души суеверных китайцев

— Думаю для вас не новость, что у человека на самом деле не один возраст, а три? — Как это — три? — удивился Леонид. — Есть возраст паспортный, есть физиологический и психологический. У подавляющего большинства людей они не совпадают. — И уменя тоже? — Вы яркий пример. Ваш паспортный и физический возраст пока примерно равны — пока, я подчеркиваю! А психологически вы значительно моложе самого себя. Как минимум лет на десять — пятнадцать.

Есть вещи, которые человеку не следует знать. Судьба не случайно оберегает нас от знакомства с теми или иными подробностями, не зря прячет от нас детали.

Он слишком хорошо ощущал уже свою «инакость» и, привыкнув к ней, не желал больше подлаживаться под общую гребенку, как делал иногда в раннем детстве.

— Нормальная история. Он не угодил хозяевам, явился сюда, просил помощи. Я пыталась помочь, раз уж у нас общая собака, но…
— Его выследили?
— Говорю, он оказался дешевым выпендрежником. Суперкиллер хренов, позволил укокошить себя, как распоследнего лоха.
— Тебя это очень, огорчило? — задушевно спросил Стас.
— Ничуть. Он меня разочаровал. Я не люблю неудачников. У меня самой этого дерьма выше крыши, поэтому тянет меня исключительно к людям успешным.
— Тогда у твоего Тимура никаких шансов. Он ведь в тюрьме.
— Это ерунда, найду убийцу девчонки, его выпустят, и мы будем жить долго и счастливо.
— А без пяти минут миллионер тебе не подойдет?
— Ты, что ли? Уж больно ты красивый, бабы на тебя, поди, вешаются, на что мне душевные переживания?
Стас засмеялся:
— Знаешь, ты совершенно необыкновенная женщина.
— Ты тоже с придурью, — кивнула я.

Птица  счастья  ,на  которую  она  так  надеялась  ,  не  просто  пролетела  мимо ,  но  еще  нагадила  ей  на  голову. ( стр. 247)

Кто бы знал, что, стоя на обломках рухнувшей жизни, можно быть таким счастливым, что даже дымная горечь не в силах заглушить сладость от робкого, но как воздух необходимого поцелуя! Не врут ребята из Голливуда, оказывается, и такое бывает…

Видно  ,  не  судьба  в  этот  раз  встретить  Новый  год  по  -  настоящему ,  насладиться видом  припорошенных  снежком  деревьев ,  паданьем   пушистых  хлопьев  да   морозным  скрипом  под  ногами.  Да  бог  сним .  Если  задуматься  ,  то  есть  в  жизни  проблемы  и  поважнее ,  куда  поважнее...(стр.10)

Просто  побыть  в  одиночестве  -  одна  из  самых  естественных  потребностей  человека ,  особенно  испытавшего  сильные  эмоции.

Хорошо ,  что  устройство  для  чтения  мыслей  пока   можно  найти  только  в  фантастических  книжкаж.

Сколько же подчас в человеке таится скрытой боли, глубоко запрятанной и упакованной. Страшно подумать!

Если изводиться день и ночь из-за проблемы – от этого она не решится, а если перестать думать о ней может и легче станет

Бросившись от одиночества на первую попавшуюся приманку дружбы, потом будешь вынужден долго тянуть лямку в общем-то ненужных отношений.

Не каждому дано прожить жизнь, в которой быт, гардероб и кухня всегда находятся в образцовом порядке, а делом супругов остается лишь доставлять друг другу радость и удовольствия.

Длинноногости в наш век придают совершенно необъяснимое значение. Весь мир точно забыл, что женщина должна быть не длинноногой, а просто нежной и удивительной.

Счастье — это когда людям хорошо вместе, когда они дороги друг другу, когда есть любовь...

Возможно, причина этого скрывалась в Катиной красоте. Она с детства была прелестным ребенком, а став девушкой, и вовсе превратилась в настоящую красавицу с весьма нетипичной, незаурядной внешностью и обращала на себя внимание... Однако, как ни странно, именно эта красота, не только внешняя, но и красота ее духовного мира, отражавшегося в больших глазах, и смущала ее поклонников. Общение с такой девушкой ко многому обязывало — но далеко не все молодые люди были к этому готовы.

Удивительно, почему современная литература так тяготеет к описанию всевозможных извращенцев, психов и маньяков. Как будто о нормальных людях уже и сказать нечего.

Бывает, мечтаешь о чем-то, ждешь этого не дождешься, стремишься, добиваешься всеми силами… а получаешь – вроде бы и не рад. Никакого морального удовлетворения. Только усталость.

По небу плыли облака, белыми корабликами отражались в черной озерной глади. Облака и он… Алеша.
Он стоял на берегу, за ее спиной. Нет, не стоял – отражался в озере, как облака-кораблики… Ася думала, что больше никогда не заплачет, что мертвая болотная вода навсегда выжгла слезы.
Она заплакала. Слезы капали в озеро, и Алешино отражение становилось ярче от каждой пролитой слезинки.
– Я не уйду, – сказала она, опуская ладонь в черную воду. – Я найду способ, любимый.
Его отражение, призрак призрака, улыбнулось, с нежностью коснулось ее волос, и Ася, кажется, даже почувствовала это прикосновение.
С тех пор она часами просиживала у озера, черной завистью завидуя своему отражению, той незнакомке, которую обнимал ее муж. Она старела, превращалась в дряхлую развалину, а их с Алешей отражения оставались вечно молодыми и почти счастливыми…

Она смотрела прямо перед собой, успокоившиеся руки неподвижно лежали на голых коленках, а по бледным щекам текли слезы. Самые обыкновенные женские слезы, те самые, от которых в груди у всякого нормального мужика делается колко и муторно, а в голову приходят незваные мысли о собственном несовершенстве. А когда слезы еще и вот такие, безмолвные, никому конкретно не адресованные, никакие хитрые женские цели не преследующие, муторно и колко становится вдвойне…

- ... Лорел даже не знала, что она фея, пока в прошлом году не зацвела.
- А кем же ты себя считала? - спросила девочка.
- Думала, что я человек, как и мои родители.
- Ну и глупая. Как фея может быть человеком? Люди странные. Я их боюсь, - подумав, добавила она. А затем прошептала, словно выдала страшную тайну: - Они ведь животные!

Что в таком случае рухнет весь его привычный мир, все устоявшиеся представления, и это способно свести человека с ума…

Та доброта, которую при жизни не отдали умершим, превращается в каторжный груз и давит спину до конца дней.

После развода Игорю казалось, что его жизнь навеки пересечена трещиной, что никогда не кончатся эта тоска и эта боль. Но время стремительно бежало, и раны затягивались.

се залы обошла Хейд-Гулльвейг и творила множество магических вещей, какие не осилили бы ни Фригг, ни Сиф, ни даже Йорд, могущественная богиня земли. Молча следовали за ней асы и асиньи, словно заворожённые, и никто не дерзал преградить ей путь.

Поднявшись с кресла, ювелир принялся нервно расхаживать по комнате.

– Что-нибудь случилось? – спросила Салли. Иден снова сел.

– Ну… как бы это сказать. Во всяком случае, довольно странно…

– Что-то, связанное с нашими жемчугами? – заинтересовался Виктор.

Девочка закрыла глаза и улыбнулась. Чувствовала она себя странно, словно все это было не по-настоящему, словно она все еще пребывала во власти сна, и сон этот был столь же кошмарным, сколько и приятным.

Девочка прошептала эти слова бессчетное количество раз и в конце концов сама не заметила, как уснула.

…Утром ее разбудил шум. Девочка не сразу поняла, что это за звуки. Крики, хлопанье дверей… Соседки по комнате что-то обсуждали взволнованным шепотом. Не поднимая головы с подушки, девочка прислушалась. Она услышала слово «отвертка». И еще – «умер».