Вхожу в мечеть, в час поздний и глухой, не с жаждой чуда я, и не с мольбой, когда-то коврик я стянул отсюда, а он истерся, надо бы другой

Ну, думаю, всяко бывает — решил человек выпендриться, а он пробу снял, расписался и ушел. Если бы время позволяло, то еще бы и кастрюли взвесил. Сам сказал.
— Да ты что, Егоровна! — ахнула Надежда Тимофеевна. — В натуре?
— В комендатуре! — как и положено, ответила Мария Егоровна. — Я теперь его дежурства красным цветом отмечать буду, чтобы, не дай бог, недовеса у меня не оказалось. Сама понимаешь, Тимофеевна, наше пенсионерское дело такое — по-крупному подставиться только один раз можно. Почти как саперам.

Ну как можно ревновать к собственному ребенку его же отца!

– Устаю быть жесткой на работе, – призналась Ника, уткнувшись носом в шею Ирины, – там, знаешь, чуть слабину дашь, сразу сожрут. А у меня репутация…

Любить, дышать, жить.

Везение - мое второе имя. А первое, кстати, Не.

-Ты не такой, каким хочешь казаться.
– Ага,  а на самом деле я белый и пушистый, как северный песец или банковский курьер с большими карьерными перспективами.

"Лимита английская!

Вылезла фиг знает откуда, всех локтями растолкала…"

Мир лежал у ее ног, расстилаясь знакомым пространством собственной квартиры, раздвигая, точно театральный занавес, темные винные шторы ее окна, впуская в дом декорации звездного неба, звуки засыпающего города, сырые запахи ноябрьского ветра… И она режиссировала этот мир, мир своей жизни – неумелый режиссер, уже понимающий, что сам играет в замысленной кем-то пьесе, – и ничто не случайно, ничто не экспромт в этой странной игре, которую люди привыкли называть судьбою.

И спокойно как никогда, с открытыми ясными глазами, она сделала шаг и переступила границу между явью и сном, жизнью и смертью, любовью и ненавистью.

Может, я и произвожу впечатление слегка чокнутой, но сама себя таковой не считаю.

Вдруг в какой-то момент осознаешь, что гнался-то ты за миражем. Но пока гнался, жизнь прошла мимо… И ничего уже не воротишь. К старости жажда жизни, как это назвал классик, возвращается вновь, когда понимаешь, что каждый день, каждый восход, каждый упавший лист, каждое дуновение ветерка может стать последним.

Такой странный и загадочный народ — писатели. Не только создают будущее, но и угадывают прошлое людей. А иногда их сокровенные мысли или скрытые страхи

А я поняла, что всегда буду любить этого человека. И мне глубоко наплевать, что он - мужчина.

«Спасибо» в ответ не прозвучало. Видно птицу по полету, добра молодца по соплям, то есть — по манерам.

«Ближе к выписке непременно все ему выскажу, — решил Исаев, — посмотрю в глаза и скажу, что не стоит так не по-людски себя вести. Хотя бы ради интереса все выскажу, чтобы на реакцию его посмотреть. Удивительно все-таки, как инфаркт меняет людей — то волком смотрел, а сейчас — овца овцой».

Для таких сложных случаев у Инессы Карповны была своя система, заимствованная из детективов. Она пригласила к себе Исаева, имитируя работу с документами, помурыжила его минут пять в своем кабинете, чтобы «выбить из колеи», и в лоб выдала:
— Я все знаю! Есть свидетели того, как вы грубили родственнику, но мне чисто по-человечески хочется услышать всю правду от вас.
Смотрела она при этом в глаза Исаеву — не забегают ли?
— Инесса Карповна, направьте ваших свидетелей к психиатру, — не моргнув глазом, не шевельнув бровью, не краснея, не бледнея и не отводя взора в сторону, посоветовал Исаев. — У них галлюцинации. А я при всем своем желании ничего больше вам сказать не смогу, потому что ничего не было. Жалобщику этому тоже, конечно, неплохо было бы показаться психиатру.

Школа — для больших детей, мелких туда не пускают.

Женщины иначе ощущают полноту счастья.

Зависть — непродуктивное чувство.

В школу, конечно, мама «выпендриваться» не разрешила. А как хотелось

Мать крутится целый день на кухне, чтобы угодить любимой дочурке и мужу. Папашу называет «кормильцем», с придыханием. А он жалеет ей денег на новую шубу и парикмахерскую. А она — ничего. Старую шубу подлатает, волосы в пучок закрутит — и опять за веник и за швабру. И так всю жизнь. А вот Светику папаша ничего не жалеет. Странно как-то. Потом она поняла: маман у него прислуга и домработница. Удобно.

Я день и ночь молюсь за тебя, сынок, и будь здоров и не забывай твою старую мать, которая молится за тебя. Сердце мое всегда с тобой,

— А кого сейчас печатают? Кому нужна поэзия, кому нужна хорошая литература? Ты посмотри, что лежит на прилавках!

Мужчина взял у нее плед, бережно закутал в него свою промокшую подругу, и она посмотрела на него с такой преданностью, с таким обожанием, что у Виолетты все сжалось внутри. Эта парочка просто излучала флюиды любви и нежности, и Виолетта с болью в сердце подумала, что у нее в жизни никогда не было таких отношений с мужчиной. Чего только не происходило, кажется, даже счастлива бывала, а вот такого не испытывала никогда. Неужто уже не испытает?

– замуж надо выходить по любви. Одного уважения недостаточно и сытой жизни тоже.

Может, объяснишь почему?
Тут Мило единым духом выплеснул все то, что так долго держал в себе:
— Потому что Аврора не такая, как мы! Потому что она презирает нас! Потому что ей с самого рождения везет. Потому что для нее жизнь всегда была игрой, в то время как мы сражались…

"Можно соревноваться не в ненависти, не в приобретательстве, но в любви. Это гораздо увлекательнее."

"  А  может  , она  права ? -  подумалось  вдруг  Илье . - Что  толку ,  что  я  храню  это  прошлое ? Зачем  так  держусь  за  него ?  Что  оно  значит  ,  если  никто ,  кроме  меня  ,  его  не  ценит ?  Надо  жить  настоящим ,  а  настоящее  -  это  то ,  что  я  должен  хорошо  зарабатывать ,  чтобы  поддерживать  свою  семью  и  вернуть  этим  уважение  близких  людей ..."

Всех  вопросов  ,  которые  он  им  задавал  ,  Марина  не  помнила.  Но  один  буквально  врезался  в  душу. " Если бы Вы  писали  о  себе  книгу , то  какой  фразой  она  бы  началась ?"  И  первая  фраза , которая  пришла  ей  в  голову  ,  звучала  так :" Она  была  очень  некрасива ". Конечно  , Марина  не  написала  ничего  подобного , придумала  вместо  этого  что - то  в  духе  "  Шел  ласковый  весенний  дождь ...". Но   в  глубине  души  понимала ,  что  врет  сама  себе.  Прав  психолог - первая  фраза  самая  верная. Именно  сознание  своей  некрасивости  определяло   всю  жизнь  Марины , уж  в  подростковом  возрасте  и   юности  точно.

Любовь к сладкому – признак доброй души.

Я знал одно – со временем в моей жизни появится женщина, которой я отдам всю свою любовь. Женщина, которая будет любить меня в ответ и никогда не предаст. Уж я сумею этого добиться, я воспитаю ее такой. И эта женщина будет моей дочерью.

- Я тебе не верю.
- От этого правда не перестанет быть правдой.

Есть преступление и есть наказание. И не всегда они равнозначны.

Разве так уж важно то, что мы говорим? Важнее то, что делаем, что чувствуем, какие эмоции испытываем.

Закрываю глаза-только один мужчина.Все неправильно,нелогично,бредово-И БОЛЬНО.Я знаю,с кем бы я ни начала отношения-в конце БУДЕТ больно.Скорее всего-мне.Но возможны варианты.Ему будет больно-зачем?Мне от этой боли никакого удовольствия.Так надо ли?НЕТ.Я НИЧЕГО НИ ОТ КОГО УЖЕ НЕ ХОЧУ."
"Финальный танец или позови меня с собой

Триста шестая палата была «блатной», двухместной. Вальяжный мужчина лет пятидесяти, лежавший с газетой в руках на другой койке, смотрел на нового соседа со смесью ужаса и отвращения. Как бомжа ни мой, а все равно сущность проглядывает. А больше свободных коек в отделении не было.
— Я его убью, загрызу, замучаю! — рыдала на следующее утро Введенская в кабинете заведующей кардиологическим отделением Бондарь. — Что за диверсант! Зачем он так, Ада Мартыновна?! Ведь я же просила-а-а! Я с Борисовной договорилась… Вечером мне Савченко-старший высказал все, что он думает обо мне и о нашей больнице, а сейчас я узнаю, что ко мне бомжа заложили-и-и! Я ему сейчас дам, этому Боткину!
— Успокойтесь, Вера Андреевна! — потребовала заведующая, для которой срыв с Савченко тоже означал определенную финансовую потерю. — И не вздумайте никому ничего «давать». Лишний шум — это лишнее внимание.

И почему это так мало счастливых людей на земле? Ведь нет же ничего проще, чем любить друг друга!

Представь себе, у меня в руке было кольцо, золотое кольцо, которое я ей когда-то подарил, которое она потом потеряла, а я нашел...обручальное кольцо! Я вложил его в ее маленькую руку и сказал: "Держи. Возьми его, это для тебя ...и для него. Это мой свадебный подарок, подарок бедного, несчастного Эрика. Я знаю, что ты любишь этого юношу...перестань плакать".

Они припарковались на обочине, вышли из машины. Шоссе было почти пусто, а в воздухе пахло любовью. Это чувствовалось во всем – в неторопливом, томном движении облаков, пышных и белоснежных, как перина для новобрачных, в нежном щебетании не смолкнувших еще птиц, в тепле и ярких красках бабьего лета, в совсем не по-сентябрьски буйном цветении лугов.

Упоминание налогов вызывало приступ ярости. Что именно – вынужденное безденежье после Первой мировой войны и революции или собственный характер – породило откровенное скупердяйство, неизвестно, но, заметив, что марка на присланном письме случайно не задета почтовым штемпелем, он эту марку отклеивал и использовал заново на своем письме.

- Возможно, я и мертв, но будь я проклят, если у меня будет жизнь после смерти. А как по-твоему, есть ли жизнь после загробной жизни?
- Нет.
- Почему нет? Мне кажется, все мы проживаем не одну жизнь. Почему бы все это не довести до абсолютного конца?

Когда людям есть чего бояться,они не всегда поступают так,как им кажется правильным .Они отворачиваются.Они закрывают глаза.Они говорят себе:Завтра.Завтра я постараюсь что-нибудь на сей счет предпринять.И так оно и тянется до самой их смерти

Я люблю тебя.Помни об этом,они никогда не смогут это отнять

Если рыба очень захочет утонуть – она утонет. Если человеку хочется изобрести себе несчастную неразделённую любовь, он изобретет её, даже если на руках у него будут все без исключения козыри.

Это только в школе говорят, будто самое важное в человеке - духовная красота. А на деле все совершенно по-другому. Кто станет разглядывать твою прекрасную душу, если ты сама выглядишь, как булочка, или на лице постыдно алеют прыщи? Тот же Ромео ни за что не взглянул бы второй раз в сторону Джульетты, будь та на несколько размеров крупнее.

— Мечта некроманта. Один князь, погибший в битве при реке Сити, другая — мертвая девица… Ты, кстати, Елизавета, как погибла?..
— Утонула.
— Ага,так и запишем: другая — утопленница, и оба выглядят как классические зомби. Лепота, как сказал бы друг наш Иван Васильевич!..

– Может, хватит комедий?
– Ну почему же? Весь мир – театр, а люди в нем – актеры. А еще говорят: игра – притворство. Это притворство и есть единственная реальность. И, заметим, это не я сказал, а Шекспир с Моэмом. Вы любите «Театр» Моэма так, как люблю его я? По-моему, превосходная вещь…