Гладкая вытянутая штуковина, выступающая в средней части рубка. Никто не видел, как она вошла в залив и всплыла. Лодка шла на небольшой скорости, шума винтов слышно не было. Словно призрак скользил по воде, и от взгляда на него отнимались конечности, холодела спина.

Взрывная волна ощутимо тряхнула. Враг уже отбежал метров на тридцать. В автомате кончились патроны, он избавился от оружия, и стал улепетывать налегке. Он был одет в залатанные штаны, в старый клетчатый пиджак без пуговиц. Пули его не брали.

Загремели выстрелы – стреляли из-за машины, из кустарника с правой стороны. Именно там началась схватка. Кустарник затрясся, там кто-то кричал, возились люди. Громко хрустнуло, настала тишина. Алексей ждал, что произойдет дальше, с его лба тек пот.

На такое «коварство» жертв эти люди не рассчитывали. Несколько пуль попали в машину, пробили кузов, но пассажирам повезло. Стреляли из МР-40 – оружие среднее, дульная энергия невысокая…

Алексей расстрелял все патроны в автомате, обе обоймы в «ТТ», и побежал, петляя, как заяц, увертываясь от пуль. Он попытался поднять оглушенного Реслинга, но тот потерял сознание и только мычал.

Больше всего Хабаров боялся потерять память, что является первым признаком умственного расстройства. Звоночки были: как-то после пробуждения он метался по камере, не мог вспомнить, где находится.

Слишком скоро в мой маленький кокон счастья про- крался внешний мир. Я вздохнула, подумав о том, что поиски Мастера придется начинать сначала. Мы были не ближе к его поимке, чем несколько месяцев назад.

Сверкнула молния, и раскат грома сотряс дом, как будто сама Мать-природа давала свое благословение. Или, что более вероятно, кричала: «черт возьми, са- мое время».

Я глубоко вздохнула, пытаясь справиться с на- хлынувшими на меня эмоциями. Мне казалось, будто мной манипулируют, и я злилась, в то время как Мори все еще был расстроен из-за того, что увидел страда- ния Николаса. И раз мы до сих пор были соединены, я чувствовала каждую его эмоцию, словно они были моими собственными.

То, как он сказал «мы», согрело меня изнутри и снаружи. Что бы ни произошло в моей жизни, я знала, он всегда будет рядом, и это наполнило меня чувствами, которые я не могла выразить сло- вами.

была несчастна, хотела только одного — чтобы он приехал и забрал меня до- мой. Вскоре я попрощалась, понимая, что пожалею о своей минутной слабости, как только мне станет лучше.

«Я бы хотела, чтобы ты был здесь», — мысленно произнесла я, задувая свечи. Это было глупое жела- ние, учитывая, что я ушла сама, но сейчас ничего дру- гого мне не хотелось.

Но одержимые своей идеей наши «ястребы» не остановились. Они решили переместиться в Китай. Дескать, там и так случаются разные утечки и, если что, это будет китайская проблема… Если бы они были настоящими вирусологами, то понимали бы, что никто не застрахован от разного рода ошибок, которые в конечном счете могут повлиять на весь мир.

Сложность работы разведчика-нелегала состоит не только и не столько в том, чтобы тонко вести двойную жизнь, а в том, чтобы эффективно вести разведывательную работу с конкретным результатом. Информацию, которая способствует принятию своевременных решений со стороны руководства страны, часто приходится добывать в самых необычных условиях.

Музей Джона Кеннеди, радиостанция Маркони и детский музей были осмотрены семьей в первые годы посещения, и теперь Рокфорды предпочитали велосипедные прогулки, время на пляжах, либо просто чтение на веранде коттеджа. Вода в заливе даже в разгар лета была очень холодной, поэтому купание не доставляло особого удовольствия.

Разведчица отработанным жестом стряхнула пепел с тарелки в бумажную салфетку и тут же смыла все в унитазе. После того, как шпионские аксессуары были вновь спрятаны в тайнике, можно было снять перчатки. В случае непредвиденных событий и вопросов, Стелла могла утверждать, что все вещи, включая радиоприёмник, остались от прежних жильцов, а она не имеет к ним ни малейшего отношения.

Американец присел на свободный стул и положил папку себе на колени. Стелла пристальнее всех разглядывала присоединившегося к ним коллегу. Её смутила русское звучание фамилии нового знакомого — Орлофф, это то же самое, что фамилия Орлов. Имеет ли он отношение к России, если да, то какое? Говорит ли он по-русски или он всего-навсего потомок давно переехавших в Америку иммигрантов.

Собеседники перешли через дорогу и подошли к неприметному входу, обозначенному витиеватым иероглифом, который напоминал стилизованного белого жучка. В полупустом в это время суток холле станции метро было комфортнее, чем на улице — пронизывающий зимний ветер сюда не проникал.

Никто в этом чертовом дворце не заслуживает доверия. Все они — гадюки. По всей видимости, безумный бард в подземелье— единственный, кто говорит здесь хоть что-то разумное.

Преврати свое горе в ярость. Борись за то, чего лишилась. Защити тех, кто остался.

— Я люблю тебя больше, чем ты можешь представить. — Она проглотила слезы. — Какая-то любовь проходит, меняется или вовсе предает. Но не сестринская любовь. Она навсегда. Я вернусь за тобой, маленький дракон.

— Я не знаю, как уйти, — прохрипела она. Роуэн мягко улыбнулся ей, его зрачки сильно расширились. — Встаешь и уходишь, вот и все. — У меня нет сил. — Сильнее тебя я никого не знаю.

Из-за верлантийцев ее мать настолько боялась за свою жизнь, что была вынуждена бежать из королевства. На северных темных эльфов требовалось найти управу. Их народ славился жестокостью, довериться им мог лишь глупец, а их языки и мечи по остроте не уступали их ушам. Своей алчностью они заражали все, к чему прикладывали руку. И когда они захотят развязать войну с островами — лишь вопрос времени.

Он кивнул в сторону группы дворян, глядевших на них. — Вы действительно думаете, что вы им интересны? Дикая принцесса, выросшая с драконами? Вы, конечно, забавная, но отныне стали частью грандиозной игры. Все уже делают ставки, как долго вы проживете.

каждая Аскеза делает вас более «прокачанным» в духовном плане, вы начинаете понимать многое из того, о чем раньше даже не думали. В вашем фокусе внимания оказываются те самые вещи, которые ведут вас к вашей цели

Аскеза — это, прежде всего, индивидуальная сакральная практика человека, ваш личный кармический (практически юридический в светском понимании) договор со Вселенной

любой совершеннолетний, здравомыслящий (выражаясь юридическим языком — дееспособный) человек любого пола, вероисповедания и национальности может взять Аскезу

Аскеза же — это временное и частичное ограничение (или усложнение путем внедрения новых атрибутов) конкретного фрагмента вашей жизни, и человек, берущий Аскезу, вовсе не становится монахом и может в остальных сферах жизни продолжать ее на прежнем уровне, все в тех же ярких красках и разнообразии

С помощью практики Аскезы вы аккумулируете энергию за определенный период времени (от 21 дня), и затем эта энергия направляется на реализацию вашей цели. Процесс накопления энергии происходит посредством отказа от какого-либо элемента вашей жизни или же, наоборот, внедрением чего-то нового в обиход

Эта книга станет вашим уникальным пособием в современном мире, требующим для достижения успеха обязательного понимания своего энергетического состояния и законов энергии Вселенной. А эта книга — инструмент для управления своей энергией для достижения целей

Лионетта рассмеялась, довольно громко. Но смех резко оборвался, словно она испугалась, что кто-то ее услышит. – Мы зовем его Садовником, – произнесла она сухо. – Подходящее имя, правда? – Что это за место? – Добро пожаловать в Сад Бабочек. Я обернулась, чтобы переспросить, но потом сама все увидела...

Я развернулась и припечатала ее лицом к одной из витрин. Мэгги уставилась на распахнутые крылья. Эта Бабочка была там еще до Лионетты и ее предшественницы. Никто не знал ее имени. Шашечница мексиканская – вот и все, что о ней было известно...

– Не могли бы вы представиться? – Пожалуй, нет. Не думаю, что мне бы этого хотелось. – Некоторые зовут вас Майей. – Так зачем же спрашивать?

– Ну что ж, Пер Брюнгельссон, пусть тогда море заберет тебя и твою шхуну, потому что мне вы больше не нужны! Уголком глаза Элин увидела полный ужаса взгляд Эббы, когда, развернувшись, бросилась в дом, так что юбки развевались вокруг ног. Кинувшись на кровать и разрыдавшись, она и подозревать не могла, что эти слова будут преследовать ее до самой смерти.

Подойдя ближе, Харальд увидел, что дерево все еще держится в земле одним корнем. Он осторожно вступил на ствол. По-прежнему ничего. Только неподвижная гладь воды. Потом он медленно опустил глаза вниз. И тут увидел волосы. Светло-рыжие волосы, которые плавали в мутной воде, словно водоросли…

– Пока больше ничего не известно, но мы с Мелльбергом сейчас едем к ее родителям. – Где они живут? – В этом-то все и дело. Она пропала с хутора Бергов. – Вот дьявол, – прошептал Патрик, чувствуя, что весь холодеет. – Не там ли жила Стелла Странд? – Да, это именно тот хутор.

– Привет, милая. Вы хорошо провели день? – Да… Почему он сказал «вы»? – А вы? – поспешно спросила она. – Кто это мы? – спросил Петер, целуя ее в щеку. Огляделся. – Где Нея? Заснула? В ушах зашумело, и откуда-то издалека Эва услышала свой голос, произнесший: – Я думала, она уехала с тобой. Они стояли и смотрели друг на друга. Весь их мир рухнул.

Теперь надо было дойти до Кайзерштрассе и до Поданского переулка. На это требовалось полчаса. Если ничего не случится, подойдут как раз ко времени первого тоста.

Две пули ТТ, выпущенные из пистолета Когана, пробили ему грудь. Немец завалился на асфальт.

Найдя место почище, до того убедившись, что в здании никого нет, капитан Авдеев и сержант Соболев достали из ящика советские пистолеты-пулеметы ППШ, по барабанному магазину на семьдесят один патрон, затем привели в готовность ТТ.

Их должны были разместить в гетто, но городская администрация не успела подобрать подходящую жилую зону, а посему всех вывезли в дикий лес и в овраге расстреляли.

Калач пошел вдоль образованного строя, стреляя из пистолета в затылок несчастным жертвам. Стрелял, словно работу делал, отстрелял магазин, перезарядил ТТ, который предпочитали немецкому оружию.

Начальника полиции в районе боялись больше немцев. На его совести были сотни замученных в подвалах местной тюрьмы красноармейцев, захваченных при выходе из окружения, коммунистов и комсомольцев, которые не успели уйти из города, членов их семей, обычных обывателей, нарушавших введенный с приходом немцев порядок.

Вы непременно вернете себе душевное равновесие, если возьмете чашечку успокаивающего отвара и выльете ее за шиворот тому, кто довел вас до нервной икоты.

Порой глобальные изменения нашей жизни зависят от ерунды: желания посетить туалет или падения в лужу. Я оперлась о капот автомобиля, который послужил мне точкой опоры, и поняла – знаю эту машину.

Грызун убийца! – завопила Светлана, показывая пальцем на вход в комнату. –Я повернула голову, ожидая увидеть на пороге полевку. Но сейчас я потеряла дар речи. А вы бы как среагировали, увидев, что в столовую хочет войти грызун высотой с табуретку? Жирное тело монстра покрывала серая шерсть, с маленькой головы свисали уши, как у спаниеля, тонкие короткие лапы имели длинные, мощные когти.

Федор поднял руку. – Барашек наш, прости, но ты не очень хорошо усек, как проходит съемка. Все, кого ты, бананчик спелый, перечислил, прекрасные люди. Все как один симпотные, а девушки так прямо глаз не оторвать, облизываюсь на них глядючи. Но главный герой полковник! Тебе, перчику нашему чили, все шмонать. Дегтярев яростно почесал шею.

– Лисичка моя, кто тебя стрижет? Я так же тихо ответила: – Леша. – Оторви пингвину руки и засунь их туда, откуда у него растут ноги. У тебя, овечка моя, затылок, как задница у медведя, причем Топтыгин на ней зиму проспал и, не причесав, из своего сарая вышел, – на ухо мне сообщил Федя.

Если любишь человека, то люби и его личных тараканов.