Никогда не унывайте. Не каждый день может быть радостным, но радость может быть каждый день.

– Аперитивчик для аппетита? – засюсюкала Катя. – У нас роскошное шампанское, прямо из Шампанова! – Шампаново, – мечтательно протянула Ксения. – Где оно расположено? – Так под Парижем, – заявила Катя, – лучшее вино там растет. – Полагаю, оно висит на кустах винограда прямо в бутылках, – ухмыльнулась Катя, – прямо манит меня Шампаново Парижской области, страсть как хочется там побывать.

Нормальной женщине неловко выслушивать слова: «У меня кругом беды, а ты такая счастливая, все у тебя в порядке», – и, чтобы успокоить собеседницу, ты воскликнешь: «Ошибаешься, мы с мужем вчера так поругались». Сама не заметишь, как сообщишь чужому человеку то, что нельзя даже очень близкому рассказывать. Дальше что? Недели не пройдет, как все твои проблемы станут вкусной темой для обсуждения.

– Я же говорил вам, с «Чудным нашим домом» никаких хлопот не будет, – ликовал Петр.! Все домашние проблемы решает Апполинарий. – Как холодильник может приобрести продукты, откуда он знает, что нам с мужем надо, где он взял деньги и сколько людей онемело в супермаркете, увидев славного представителя бытовой технитехники, который бродит по торговому залу с проволочной корзинкой на ручке?

Сейчас я подключу все примерно за час. А в случае присвоения имен, которые выберет хозяйка, понадобится целый день. Какая вам разница на что откликается холодильник, главное, чтобы он работал! – Хорошо, – согласилась я. Петр быстро просмотрел документы. – Стиральная машина Авдотья Пафнутьева, плита Констанция Бурбоновна, холодильник Апполинарий Лучезарович. Ну и пылесос Епифан Армагеддонович

Если плюшевый медведь, сидящий на капоте свадебного лимузина, тихо говорит жениху: «Парень, делай быстро ноги, пока в загс не поехали», то надо прислушаться к его совету.

Выйдя из библиотеки, я понеслась в сторону лаборатории и на площадке неподалеку от нее увидела группу людей, стоявших кругом, держась за руки. В центре находился мужчина самого странного вида. Его длинные седые, неестественно блестящие волосы падали ниже плеч. Лицо было раскрашено во все цвета радуги. Впечатляла и одежда, нечто вроде балахона с узорами и вышивкой из фальшивого жемчуга.

«Состояние после двухнедельной комы». По моей спине пробежал озноб. Документ был заполнен от руки. Но вопреки всем анекдотам про почерк врачей я легко разобрала каждое слово. . Понимая, что Маслов вот-вот вернется, я быстро посмотрела историю болезни.И вскоре мне стало плохо, закружилась голова, к горлу подступила тошнота.

Я посмотрела на камеру, которая открыто висела в палате, и, напевая себе под нос, изображая веселого бегемотика, потопала в ванную, залезла в душевую кабинку, пустила такую горячую воду, какую только могла вытерпеть. Пар моментально заполнил небольшой отсек, дверцы запотели. Я запела еще громче, но не взяла ни губку, ни гель для тела, лихорадочно обдумывала что делать.

– Только то, что мне несколько дней вливали разные лекарства, объясняет мою непонятливость, – вздохнула я. – И ведь в голове мелькали вопросы. Филипп Андреевич сказал, что скелет в его кабинете пугает пациентов. Зачем тогда его там держать? С какой стати Маслов живописал только что вышедшей из комы женщине про то, как она пару часов сидела в машине около трупа любовника, которому оторвало голову?

Но я сама пребывала в удивлении. Каким образом в голову учителя русского языка и литературы попали сведения об этом инструменте? Где Пушкин и где отмычка? Поэт и приспособление для воров далеки друг от друга, как белый медведь от черепахи. Возможно, в зоопарке эти животные могут подружиться и даже полюбить друг друга, но в природе у них нет шансов встретиться.

– Никак не можешь забеременеть? Тьфу, а не проблема для Минимаркета. Возьми стул, только деревянный, прищепки для белья и отправляйся на Красную площадь. Там поставь стул прямо напротив входа в Мавзолей, уцепи прищепочки за спинку, садись и читай заговор. – Поможет? – не выдержала я. – Стопроцентно, – заверила Татьяна.

Маллен, дрожа, опустилась на пол. Все тело у нее болело, она жутко замерзла, во рту стоял вкус крови. Она была далеко не в порядке, но с этим можно было подождать. – Я лейтенант Эбби Маллен из полиции Нью-Йорка, – прохрипела она. – Вы должны послать полицейских в молодежный приют. Нападавшие приехали оттуда. И я думаю, что они укрывают у себя серийного убийцу.

– Что такое? – Это от Эбби Маллен. Ты в копии. – Зои быстро пробежалась глазами по тексту на экране, а затем, вдруг напрягшись, перечитала его еще раз, уже медленнее. – Похоже, что она связала Моисея с чем-то под названием Церковь Братства Лилии. – Как же мы сами это проморгали? – нахмурился Тейтум. – Потому что не там смотрели. – Зои стиснула зубы.

Закончив свое выступление, он отошел в сторонку и стал наблюдать, как люди уходят на обеденный перерыв. Мириам и та новая девушка, Гретхен, обе шли рядом с Дилайлой, оживленно беседуя с ней. Его паства знала, что очень важно не дать гостям заскучать. Моисей не хотел, чтобы новым участникам его семинаров было одиноко. И не хотел, чтобы у них было время подумать собственной головой.

Зои прикусила губу. Это было вне ее компетенции. Она накопила свои знания, анализируя биографии, психологические профили и результаты опросов сотен серийных убийц. Но серийного убийцу побуждает неоднократно убивать совсем не то же самое, что вынуждает делать это лидера религиозной секты. Зои не хватало исходных данных. Ей требовался эксперт по сектам. Вроде лейтенанта Эбби Маллен.

А потом он сразу же спешил проследить за тем, чтобы она обязательно заплатила. Закончилась туалетная бумага? «Ты за это заплатишь». Случайно повысила на него голос? «Ты за это заплатишь». Поймал ее за разговором с их соседом-мужчиной? «Ты за это заплатишь». Жизнь Дилайлы изобиловала долгами и отсроченными платежами. Банковскими залогами в виде страха и боли.

В одиннадцати ярдах от восточной стены сгоревшего дома команда криминалистов обнаружила две пуговицы из слоновой кости диаметром пять восьмых дюйма. Возможно, никак не связанных с пожаром. Но не исключено, что Моисею Уилкоксу требовалось нечто большее, чем просто огонь, чтобы достичь полного удовлетворения…

Порой кажется, что легче просто двигаться по знакомому кругу, а не прыгнуть в сторону без гарантии приземлиться на ноги.

У меня такое чувство, будто все притворяются не такими, какие есть на самом деле, хотя в глубине души мы все одинаково облажались.

Мы с рождения полагаемся на родителей, думаем, что они будут достаточно любить нас и мы выживем. И если наши родители дают нам правильную любовь, мы становимся хорошими людьми.

Порой кажется, что легче просто двигаться по знакомому кругу, а не прыгнуть в сторону без гарантии приземлиться на ноги.

У каждого из нас есть предел. То, с чем мы готовы мириться, пока не сломаемся.

На этом все закончится. На мне и на тебе. Все закончится на нас.