В мой смертный час, Господи, что я буду вспоминать? Оке¬ан или сушу? Я не знаю, где я больше люблю находиться— на твердой земле или на волнах океана. Я построил храм, а кто в нём будет служить? Я построил лодки, а кто на них будет плавать? Глядя с качающейся вёсельной лодки на океан, я глубоко вздыхаю.

Когда я дрожал от холода на пути к Южному полюсу, Ты, Господь, приходил ко мне и отогревал моё тело. А оно, моё тело, мерзкое, но Ты не устыдился и не побрезговал моими грехами и прикоснулся меня. И я понял и ужаснулся, какая у Тебя доброта. Ты любишь не только праведных, но и греш¬ников, как я.

Сейчас ночи тёмные, нет луны. Я уже две луны нахожусь в плавании. Время, в течении которого Луна совершает полный оборот вокруг своей оси, равно времени её полного оборота вокруг Земли — 29,5 дней, и поэтому Луна всегда повернута к нам одной и той же стороной. Солнце тоже совершает пол¬ный оборот вокруг своей оси приблизительно за 25 дней.

Встречный ветер. Здесь, в океане, он извечный враг. Он не¬сёт внешний мрак. Господи, учти мои страдания на веслах. Если меня отнесёт обратно, то я потеряю пройденные мили, которые дались с таким трудом и со слезами на щеках. Госпо¬ди, просветли сумрачное моё лицо.

Этим утром я бросил в Океан бутылку с посланием. И мне нет дела, если сие послание будет странствовать долгие годы в Южном океане. И мне даже не важно, найдёт его кто-нибудь с моими координатами. Не в послании суть послания.

Несколько месяцев Минин, Пожарский и другие организаторы ополчения оставались в Нижнем Новгороде, где формировалось не только войско, но и новый представительный властный орган. Это был «Совет всея земли», который станет претендовать на роль высшей властной инстанции – в противовес подмосковному Совету Трубецкого и Заруцкого.

Москва горела несколько дней. Ночью было светло как днем. Посад пылал на огромном пространстве, куда доставал взгляд.

В апреле-мае Совет земли принял множество постановлений, которые 30 июня были объединены в обширный приговор, включавший как прежние решения, так и новые узаконения. Это была своего рода Земская конституция 1611 года.

За заговором против Шуйского стоял самый влиятельный среди русских претендентов на трон Василий Васильевич Голицын. Он в свое время казнил Федора Годунова, он руководил убийством Лжедмитрия I. Он вдохновлял и взявшего на себя непосредственное исполнение свержения Шуйского Захария Ляпунова.

С расправой над Лжедмитрием ясно все было москвичам, да и то не всем. Остальная Россия осталась в недоумении. На этом фоне появление слухов о спасшемся в Москве «царе Дмитрии» вызвало мощное брожение в народе и стало поводом для серьезных антиправительственных выступлений.

Другим важнейшим событием стало утверждение патриаршества. Это явилось следствием многоходовой интриги, которую с успехом осуществили Федор и Борис Годуновы.

Трещилов склонился к лежащему на земле банкиру и отпрянул назад. Лицо Мякоткина было обезображено, вместо правой глазницы зияла дыра, в глубине которой пенился кровью бледно-розовый мозг.

На первый выстрел никто не обратил внимания. Живко слышал, как у него за спиной что-то резко хлопнуло, но оборачиваться не стал.

Желающих забраться по узкой стреле на самый верх не было. Памятник Ленину с постаментом возвышался над площадью на 13 метров. Одно неосторожное движение - и смельчак, решивший поиграть в верхолаза, превратился бы в лепешку.

Сара Блант прекрасно знала, что, несмотря на все перемены в России, слово «секс» и в разговорной, и письменной речи по-прежнему оставалось табуированным, вызывающим и неприличным.

Водка была теплой, отдавала ацетоном и еще какой-то химией. Чтобы она не вырвалась наружу, Сергей немедленно запил ее соком и пошел покурить на улицу. После первой же затяжки он слегка опьянел, повеселел и решил выпить еще сто граммов, но уже в другом месте.

Как всегда при появлении на горизонте новой женщины, Сергей почувствовал небывалый подъем. Жизненные силы в нем забурлили, мысли стали ясными и четкими, словно он пару месяцев вел здоровый образ жизни на отдаленной таежной заимке.

Произошло это в конце 90-х годов XIX века, когда Кошко служил еще в рижском сыскном. На Васильевском острове, на чердаке одного из домов, нашли изнасилованную и задушенную четырнадцатилетнюю девочку. История наделала много шума, попала в газеты, общественное мнение негодовало.

Пьяный представился: коллежский регистратор Семечкин – и потребовал немедленно оказать ему содействие в крайне важном деле. Дело заключалось в следующем: Семечкин с приятелем и подругой Лелечкой весело проводили время в ресторане, но пришло время, когда официант отказался принести еще водки, заявив, что буфет закрылся и буфетчик более не отпускает.

Русская сыскная полиция очень быстро перенимала полезные европейские новинки, например, бертильонаж. Сейчас эта методика практически забыта, но в свое время она сыграла немалую роль в криминалистике, а потому безусловно заслуживает отдельного разговора.

Полицейские чины подвергались порой наказанию не только за «сделки». Помощник пристава одной из частей Самарин получил месяц ареста при полицейской части за то, что ночью, болтаясь по своему участку пьяным, ни за что ни про что избил ночного сторожа.

Савчук засвистел в свисток. Прибежал Калина со сторожами и дворниками, воров повели в участок. Потом Калина вспоминал на служебном расследовании: ему показалось странным, что товарищ, ловко сцапавший двух воров, вместо того чтобы радоваться, шагал с поникшей головой, бледный, с таким видом, словно его ведут на казнь.

О его личной храбрости свидетельствует случай с покушением на Трепова – средь бела дня, на варшавской оживленной улице. Уже зная, что Жонд (типа подпольного «правительства») приговорил его к смерти, генерал продолжал ходить по городу без охраны. Однажды утром на него бросились сразу пятеро – один с топором, четверо с кинжалами. Должно быть, с более серьезным оружием у гоноровых панов было туговато

Ну вот, облегченно вздохнул автор, утирая пот со лба и откладывая перо. Мы с вами пропутешествовали по тысячелетней почти истории отечественного криминала. Изучили тех, кто бегал. А в следующей книге подробно рассмотрим работу тех, кто догонял и ловил: деятельность и историю полиции, особенно сыскной, тюрьму и каторгу. Заверяю: скучно не будет...

Увы, тот же бес однажды попутал и лицо духовное – Митрофанию (в миру – баронессу Розен), игуменью Серпуховского Владычного монастыря и начальницу Московской Владычие-Покровской общины. В 1874 году она оказалась под судом за то, что вместе с сообщниками (три купца и врач) подделала векселя двух купцов, а также обманом присвоила почти полумиллионное состояние .

Сначала в Зимнем дворце у императрицы Марии Федоровны после вечерних семейных «посиделок» стали пропадать драгоценности, и такое случалось не раз. Потом в Мраморном дворце, где жил великий князь Константин Николаевич, неведомо куда исчезли очень дорогие изумрудные серьги – подарок Константина супруге.

Великий князь Сергей Михайлович наверняка был в ярости: из казны ушли миллионы золотом, но ему самому не досталось ни червонца. В данном случае даже он оказался бессилен – проект шел через Морское ведомство, поскольку речь шла о морских орудиях

Среди следователей, конечно, не нашлось самоубийц, решившихся бы не то что «допросить» (Боже упаси!), а просто побеседовать о финансовых делах с великой княгиней – как и все члены Дома Романовых, неподсудной российской юстиции. Дело пришлось закрыть, чиновника выпустить, глядя ему и спину с бессильной яростью. Ничего удивительного, что храм стал «долгостроем».

Николай на доклады заглядывал от случая к случаю, а в последние три года царствования Александра III не приходил вовсе. Всей этой скукоте наследник предпочитал общество гвардейских офицеров – уж там-то было гораздо веселее, там пили шампанское дюжинами и, деликатно говоря, живо общались с балеринами и прочими доступными красотками.

Я верю, что самое главное на свете — это быть счастливым! Счастье. Невзыскательное, как бокал шоколада, или непростое, как сердце. Горькое. Сладкое. Настоящее.

Перешагнув через покойную в зал, я мельком посмотрел на ее руки. Браслет был на месте. Убийцу он явно не заинтересовал. Значит, исполнитель был настоящий профессионал, которому платят так хорошо, что он не стал размениваться на мелочи.

Кто сказал, что это не обычное убийство? Кто сказал, что ее и в правду убили не при попытке ограбления? Сколько человек в курсе, что мы с ее помощью, с помощью ее показаний, собирались раскрыть убийство сенатора?

Труп Фаины был не в коридоре, а скорее на входе в зал или между ними. Одета она была в домашний халат, рядом лежали свалившиеся с ног тапочки. Шею ее все еще обвивала двойная бельевая веревка с узлами на концах, использовавшаяся убийцей в качестве удавки.

Как всегда в таких случаях, дверь в квартиру, где произошло убийство, была нараспашку. Двое оперов, вместо того, чтобы совершать поквартирный обход, покуривали на лестничной площадке. Меня они приняли за приехавшее с проверкой руководство.

В доме напротив, где горело одно окно, вдруг засветилось второе. С минуту я подождал, не загорится ли третье. Нет, пока только два. В этой пьесе пока только два покойника.

Вчера, около восьми часов вечера, в одном из «спальных» районов Новосибирска выстрелом из снайперской винтовки был убит член Совета Федерации Ралиф Сарибеков, в прошлом известный бизнесмен, основатель и руководитель «Сибирской инвестиционной компании».