Сегодня абсолютно невозможно предсказать, как поведут себя подводные вулканы. Может сложиться ситуация, когда давление на жерло вулкана настолько возрастёт, что эту пробку выбьет, и он начнёт извергаться – это будет морской катастрофой такого масштаба, что такие фильмы как «Бездна» покажутся детскими игрушками.

Свое открытие учёные сделали, после того как сравнили циклы солнечной активности с периодами извержений вулканов! Оказалось, когда на солнце возникают мощные вспышки, земля отзывается на это проснувшимися вулканами. И наоборот, когда на нашем светиле затишье, земные вулканы будто бы впадают в спячку

В том, что она обо всем узнает, можно было даже не сомневаться. Тайны разлетались по нашему двору быстрее призраков по английским поместьям.

Ежики на пижаме с каждой секундой все больше кололи мое достоинство, но попросить Варю выйти, чтобы я мог переодеться и встретить ее, как полагается, я был не в состоянии.

Тут Борьке несомненно следовало уносить свои ноги куда подальше, но любопытство и рвение к победе снова сами по себе затолкнули его следом за своей былой жертвой в поглотившую их темноту.

Если жизнь была бессмысленна, то смысла не было и в смерти.

Какое-то время я так и стоял с закрытыми глазами, вцепившись в парапет моста. А когда я открыл их, мир выглядел уже иначе.

Вокруг нее стоял рокот собачьего лая и дребезжания железных клеток. Ворота открылись со скрипом ржавой пилы, лязгнувшей своими зубьями, и проглотили в один миг того, за кем она следила так невыносимо долго.

Он вдруг подумал о том, что человек без человека – ничто, пустышка, потому что все люди на земле – свидетели. Свидетели бытия друг друга. Как зеркала, которые просто куски стекла с амальгамой, пока в них не отразится чье-нибудь лицо.

Вдруг яркая молния сильно и страшно прорезала небо, и в щели сверкнуло лицо или что-то, похожее на человечье лицо: такое же смертное, бледное, тонкое, с тоскою во взгляде.

– Как звать тебя, милая? – Что тебе имя? – Она отвернулась. – Да, верно, – сказал он. – По имени разве поймешь, что за женщина, с которой ты пережидаешь грозу в чужом винограднике?

Ах, люди вы, люди! Да вы оглянитесь вокруг! Что видите? Дерево. Куда оно тянется? К облаку, к небу. И вы бы подняли глаза, да повыше. И стойте тихонько, смотрите на небо, на белое облако. Не торопитесь.

Они были шумной волной. Опускаясь и снова вздымаясь, она клокотала обилием мелких, соленых существ: рыб, крабов, медуз, – и осколками острых, разбитых ракушек, и громким дыханьем русалок, глядящих, как смертные люди, бесстыдно толкаясь, бесстыдно хватая друг друга во тьме за спину и ниже, где должен быть хвост, не помнят о смерти и не понимают, что каждый умрет в одиночку и с болью.

Сейчас нам почти невозможно представить: на рабовладельческом рынке, в повозке, заплаканная, после долгих, бессонных, безлунных ночей, под недремлющим оком какого-то грязного работорговца сидела та женщина, чей хрупкий облик, как нас уверяют работники разных известных музеев и частных коллекций, он запечатлел на полотнах!

То, что она была светловолосой при своих черных, с поволокой, глазах, запомнили все, и в «Садах небесных корней» сказано: «закрывая лицо светлыми волосами, смотрела сквозь них она, как на рассвете пылал этот бархатный красный берет, как он становился все дальше, все меньше и вскоре исчез окончательно.

– Я плохая девочка! Я очень плохая!.. Но я не хочу быть плохой! Я хочу быть самой хорошей!.. Самой хорошей для тебя! И вообще!.. Я хочу преданно ждать тебя с работы, я хочу кормить тебя ужинами, укладывать тебя спать, встречать с тобой рассветы… Ты спишь, когда светает, а я не сплю! Я лежу, прижимаясь к тебе, и млею от счастья!.. А Миша это что-то далекое… И уже ненастоящее…

Решение далось ему нелегко. С вольных хлебов залезть в тесную портупею службы – это как в прорубь из теплой постели нырнуть. Но ему нужно было вернуть себя в эту реку, хлебнуть живой водицы, вновь обрести ментовскую закалку. Втянуться в ритм, привести в чувство, шагнуть вперед – вот, что ему сейчас нужно. Но будет непросто. И прежде всего в моральном плане. Все-таки тридцать девять лет...

– Не сяду. Потому что ты ничего не докажешь. А начнешь доказывать, я тебя убью. Причем без всякого предупреждения. Это мой город, и я здесь хозяин. А ты можешь здесь жить. Но по моим правилам. Как живут все остальные… Ты же понимаешь, что тебя кто-то сдал. Из своих. А кто? Тот, кто живет по моим правилам. А у вас там все так живут. И ничего…

В камеру, настороженно зыркая по сторонам, вошел вислозадый толстяк в крупных роговых очках. Свернутый матрас он держал в двух руках, как это делают доходяги. Нормальный мужик должен удерживать «скатку» одной рукой, а в другой нести хабар. А этот пустой, без сумки. Зато на щеке распухала глубокая царапина.

Максим открыл рот, чтобы назвать имя своей жены. Он, может, и не столь знаменит, как хотелось бы, но имя Оксаны Корниловой знают все женщины от тридцати и выше. Но слово-не воробей так и осталось во рту. Не стал он открывать имя жены. Во–первых, Рите не совсем тридцать, а, во–вторых, зачем светиться? Рита может начать его шантажировать, если узнает, с кем спала. Может, она в кино сниматься мечтает

Но тут же остался без оружия. Максим не зевал, поэтому и ствол вырвал, и руку за спину заломал. – Ты что делаешь, идиот? – заорал Зыков. И в этот момент громыхнул выстрел. Максим повернул голову на звук, и увидел, как «шкаф» в черном костюме передергивает затвор дробовика. И тут же снова громыхнуло.

Что может быть вкуснее и здоровее такого завтрака? Если бананы у вас несладкие, капните в смузи чуть-чуть жидкого меда, а по желанию можно добавить еще и лед.

Мускатный орех в сочетании с тыквой, черносливом и фундуком – настоящая бомба.

Я не могу жить без каши и хотя готовлю ее не каждый день, но уж точно не скучным способом! При добавлении отрубей каша приобретает кремовую консистенцию и становится полезнее — отруби помогают поддерживать правильный уровень холестерина. Изюм можно замочить в крепко заваренном чае. Вместо миндаля подойдут любые другие орехи.

Если блины испечь заранее, то потом их можно прогреть поодиночке в духовке или на сухой сковороде — они превратятся в тонкие, хрустящие галеты и будут хороши как с семгой, так и с любой другой соленой (икра, сыр, селедка, грибы) или сладкой заправкой.

Вы варите суп с овощами? Я раньше тоже не варила, потом нашла один рецепт в итальянском журнале. Подумала, что любопытно.

Забудьте о том, что свекла добавляется в салат в сочетании с чесноком и майонезом и иногда с грецкими орехами. Я не говорю, что это невкусно, просто свекла настолько сговорчива, что хорошо ведет себя и в других салатах. Кроме того, она — хит во всем мире, в самых изысканных ресторанах из нее взбивают муссы, готовят желе и просто подают с карамелизированными орешками на листьях салата.

Человеческая кисть — это поразительный инструмент, который благодаря такой важной функции, как хватание, способен выполнять бесчисленное множество разных действий. Однако кисть — это не только двигательный орган, но и высокочувствительный и точный сенсорный рецептор, отсылающий по принципу обратной связи информацию, необходимую для его функционирования, непосредственно в мозг

Для того чтобы подтянуться на турнике, отжаться от пола, закинуть чемодан на верхнюю полку, необходимо использовать 136 мышц, причем одновременно.

Помните, что хирурги не возвращают здоровье — они спасают жизни и отрезают всё отработанное. А как жить дальше?

Надо помнить, что любое выздоровление идет через обострение имеющихся заболеваний. Но если эти обострения вызываются сознательно, то они контролируются и не могут привести к настоящему кризису.

«С самого детства Уинстон был убежден, что рожден для великих дел, что у него есть предназначение — спасти родину от огромной опасности»

«Всю жизнь им двигало горячее желание прославиться, он не раз признавался, что амбиции — его единственная опора»

«Никто, однако, не желал мира больше, чем Уинстон Черчилль. Ирония заключалась в том, что в мирные времена его способности оказались не слишком-то востребованы»

«Одна роль всегда удавалась ему превосходно — роль провидца»

«Раневская же никогда не превращала свой образ в агитационный плакат. Она не играла идею — она играла человека. С его достоинствами и недостатками, с его подчас непростой биографией, ошибками, радостями и горестями»

«Фаина Георгиевна, пожалуй, как никто другой из актеров, была склонна переиначивать текст роли, добавлять к режиссерскому замыслу свои яркие детали. В большинстве случаев постановщики соглашались с ее трактовками — и тогда на свет появлялся очередной маленький шедевр»

«Очень интересно читать обрывочные записи Раневской, которым так и не было суждено превратиться в толстую книгу воспоминаний. Это целая галерея образов, психологических зарисовок, странных, смешных (а иногда и трагических) ситуаций, которые потом превращались в материал для актерского ремесла»

«Еще одна характерная черта настоящей, серьезной актрисы — она никогда не боялась быть смешной или нелепой…»

«Многие исследователи творчества Раневской писали, что плохих ролей у нее не было. Неинтересные, проходные спектакли и фильмы — да, были. Но участие Фаины Георгиевны в этих, как сейчас бы сказали, проектах заметно поднимало их уровень»

«Раневскую помнят, любят, цитируют. Мы нет-нет да и встречаем людей, которые утверждают: фильмы Раневской, ее хлесткие фразы помогали им в жизни, учили отличать хорошее от плохого, а главное — от второстепенного»

А улыбка у него мефистофельская. Да и сам он мелкий бес. Вот почему я должна изо всех сил держать оборону и не сдаваться. Вдруг ему не секс нужен, а моя душа? Хватит и одного раза, чтобы она ушла с молотка за бесценок

Парень взял перстень и протянул руку, чтобы она уложила в нее ладонь. Марьяна улыбнулась, подставила палец, и он надел на него кольцо. — Ты согласна стать моей женой?

Убей ее своим равнодушием. Женщины не любят навязчивых парней. В них нет интриги. А для них она как для сороки что-то блестящее. Создай интригу. Забудь об этой барышне. На неделю, две, еще лучше на месяц.

Она все понимала, не просила накрыть ее одеялом, лежала перед ним без ничего и смотрела на него с мягкой улыбкой. Ее слегка смущал жадный взгляд мужа, но стыда не было. Жена должна делать это. Тем более что первая по-настоящему брачная ночь уже позади.

А она действительно красивая. Изумительные глаза, овал лица, носик, ротик. Все сразу. Изюминка в каждой черточке, в любом изгибе тела. Глядя на нее, Игнат почувствовал, как у него вдруг занемели кончики пальцев. Пол под ногами почему-то стал зыбким, вязким как болотная жижа.