Его лицо сделалось очень большим, оно оказалось так близко, что заслонило все лица, которые встречались ей прежде.

Пусть перебесится. Сейчас у нее время такое. Каждая женщина должна через это пройти. Бывает тяжко, но от этого еще никто не умирал. Новый молодой человек каждый день — что может быть лучше, если девушке не хватает уверенности!

Если не можем жить совсем как люди, постараемся жить не совсем как животные.

Тогда выходит, что ничего не существует без любви. Мир без любви – все равно, что ветер за окном. Ни потрогать его, ни вдохнуть. И сколько ни спи с кем попало или за деньги – это все ненастоящее. По-настоящему тебя все равно никто не обнимет.

Если верить календарю, вы отсутствуете всего два дня, если же верить моему сердцу - то два столетия.

Любовь, ненависть — выбирайте что угодно: все спит под одной крышей.И вы можете жить в одном обличье — одной рукой ласкать, другой — наносить раны.

Из-за одного того, что начал спорить, не хочешь уступать. Подыскивая все время убедительные доводы, находишь их, а потом держишься за них не столько потому, что они так уж хороши, сколько для того, чтобы не проявить непоследовательность.

Первые же знаки внимания опьянят ее, а любопытство завлечет, может быть, еще быстрее любви.

Все-таки мальчишки совсем из другого теста. Они не выставляют дружбу напоказ, нюни им ни к чему. Наверное, дружба для мальчишек - нечто незыблемое, несомненное и не нуждается в подтверждении.

Подлец не испытывает никаких угрызений.

Обрести и вновь потерять всегда больнее,чем не иметь вовсе.

Того, кто беззащитен, общество не защищает.

Друзей надо держать близко, а врагов еще ближе.

У каждого имеется своя судьба, надо только распознать ее. И момент выбора возникает у каждого.

Великая история заслонила маленькую историю. Хотя такие маленькие истории, миллионы таких маленьких историй, может быть, и составляют главную историю человечества.

Использование чужого стиля в живописи есть простое фотографирование.

Людей выдает не то, что они говорят, а как говорят.

Я одно знаю: и так-то все не очень велики, но, похоже, каждый только тем и занят в жизни, что пригибает пониже всех остальных.

Вот и выбирай: либо напрягайся и смотри на то, что появляется из тумана, либо расслабься и пропади во мгле.

Одиночество только усиливает ощущение ненужности.

Первые придирки должны исходить от нас самих.

Я никогда не откажусь от мысли, что только борьба крайностей в нас самих, борьба противоречий, пристрастий, неприятий и прочих ужасов может дать крошечное представление, о, я знаю, что говорю, именно крошечное, о том, что есть жизнь. Во всяком случае, моя.

Абсолютная нормальность - это уже само по себе отклонение в психике.

Что ни говори, а от убивания времени тоже можно устать до боли в суставах.

Сдохни один раз – и больше никогда ничего не потеряешь. В этом, надо признать, большое достоинство смерти.

Но оказалось, что объяснить окружающим свой взгляд на вещи так, чтобы они тебя поняли,- совсем не простое дело: разные ситуации в жизни помогли мне это хорошо усвоить.

Одинокие металлические души, они свободно рассекают мрак космоса, случайно встречаются друг с другом, проплывают мимо и расстаются навеки. Никаких приветствий, никаких обещаний на будущее.

В конце концов человеку ничего не остается - только справляться с этой жизнью в одиночку.

В этой жизни ты – либо мышь, либо крыса. Иного не дано. Разница между ними состоит в том, что крыса творит добро или зло, изменяя то, что ее окружает, действуя. Мышь же творит добро или зло, не делая ничего, отказываясь вмешиваться. Кем хотите быть вы?

Ошеломляющее чувство любви охватило его, любви, ошеломленной собственной силой, ошеломленной, быть может, тем сильнее, что она и не ведала о собственном существовании.

– Я всегда надеялась, что они поженятся. Но чтобы намекнуть им на это – боже упаси! У молодых так развит дух противоречия! Это лишь отпугнуло бы их друг от друга.

Вот как все вертится, понимает она. Человеку даруется надежда, и он использует ее как топливо, чтобы жить дальше. Без надежды никакое "дальше" невозможно. Но это же как с монетой! Что выпадет - орел или решка, - не узнаешь, пока монета не упадет.

Просто обе чувствовали, что отношения между нами не должны такими быть. Мы слишком глубоко и крепко дружили, чтобы выражать чувства так.. примитивно.

Тэнго подбирал слова, точно плитки различной формы, подставляя новые к предыдущим так, чтобы не оставалось зазоров. И если какое-то слово не подходило, обтачивал, пока не вставало меж других как надо. Ведь что ни говори, а именно от тончайших, почти незаметных нюансов между словами оживают (или, наоборот, умирают) любые истории.

За какую бы мысль он ни пробовал уцепиться, действительность отказывалась её принимать.

- Сколько бы в тебя ни заложил бог таланта, это вовсе не гарантирует, что ты не помрешь с голодухи. А вот если он заложил чутье, голодным ты уже не останешься.

Но пойми одно: риск - очень ароматная специя для блюда человеческой жизни.

- Финал обязательно есть, - сказал он. - Хоть и без вывески "Конечная станция". Ты когда-нибудь видела лестницы с надписями "Эта ступенька - последняя"?

– Ай-ой! – сестры вцепились друг в друга, глаза их стали круглыми от ужаса. – Он нас всех пожрет! – И, не разжимая рук, бегом кинулись прямиком на площадь. Видно, чтоб оголодавший Черный не разыскивал их по всему городу.

– А велели – так иди и выпорись!

– Ай! Хакмар, может, тебе отвар приготовить – не прекращаются, однако, судороги?!
– Ты рот закрыть попробуй – глядишь, мне и полегчает, – ласково предложил Хакмар.

– Нет, – делано равнодушным голосом откликнулся Хакмар – Она просто бубен твой насквозь пробила и в ободе застряла!

– Она что… тоже полетит? – неуверенно спросила Синяптук.
– Если хорошенько пнуть…

– Да и вообще, часто ты видишь наших ленивых дурочек в библиотеке?

- Тюлени по тундре не ходят – у них ног нет! А у тебя – мозгов!

– Вот и повинуйся! Давай свои тряпки, быстро!

– Что я буду делать, если какой-нибудь мерзлый мамонт повадится гулять у стен моей школы?
– Вспомнишь, что ты не только мальвина, но и жрица, и затолкаешь ему в хобот хорошую порцию Огня!

- Не собираюсь я слушать эту жабу Тайрыму!
-  Так ведь она правду квакает…

- Да, - нехотя согласился Эмори. - И однако, я не могу видеть счастливых семей - с души воротит.
- А счастливые семьи нарочно стараются произвести такое впечатление, - утешил его циник Том.

В пятнадцать лет ты весь сиял, как раннее утро, в двадцать ты начнешь получать печальный свет луны, а когда доживешь до моих лет, от тебя, как он меня сейчас, будет исходить ласковое золотое тепло летнего дня.