Писал пошлые письма, спускал деньги на парики и был уверен, что заказчик «Реквиема» — сама Смерть
Вольфганг Амадей Моцарт — имя, которое мы привыкли произносить с придыханием. Оно стало символом божественной гармонии и безграничного таланта. Но что, если за образом кумира скрывался обычный человек — со своими слабостями и вредными привычками?
Моцарт писал непристойные каноны, любил роскошные костюмы и стал одним из первых свободных музыкантов, добившихся независимости буквально «с пинком». Его жизнь была не идиллией гения, а драмой человека, жившего в непростом и далеком от идеала мире. Его наследие стало вершиной венской классической школы, а сам Моцарт по-прежнему остается загадкой.
В нашем материале — 10 интересных фактов, которые показывают гения живым и остроумным человеком с трагической судьбой.
При крещении мальчика назвали Иоганнесом Хризостомусом Вольфгангусом Теофилусом Моцартом — четырьмя именами, как и предписывал католический обряд того времени.
Первое имя — Иоганнес — имеет библейское, еврейское происхождение и означает «Яхве милостив». Второе — Хризостомус — греческое, оно отсылает к святому Иоанну Златоусту. Ни одним из этих имен композитор в жизни не пользовался. Третье — Вольфганг, старинное германское имя, — этимологически связано с образом волка. Именно его Моцарт предпочитал в повседневной жизни: так музыканта называли родные и друзья.
У четвертого имени композитора — Теофилус, означающего «возлюбленный Богом», — было несколько языковых вариантов. Моцарту приглянулась итальянская форма — Амадео, которой он подписывал партитуры и письма. Латинская — Амадеус — закрепилась за музыкантом уже после смерти, благодаря издателям и композиторам-романтикам.
В три года Моцарт подбирал на клавире созвучия, в четыре легко разучивал менуэты, а в пять сочинял небольшие пьесы. В шесть лет он уже виртуозно играл на клавесине, органе и скрипке и отправился в гастрольное турне по Европе — с выступлениями в Вене, Париже и Лондоне, в том числе перед императрицей Марией Терезией. В общей сложности Моцарт провел в бесконечных концертных поездках 3720 дня — почти треть своей короткой жизни. Эти путешествия были сопряжены с серьезными опасностями: семья не раз находилась на грани смерти от оспы и скарлатины.
Однако не стоит думать, что гениальность давалась ребенку без усилий. За успехами маленького музыканта стояли ежедневные занятия, продолжавшиеся до 10-12 часов. При этом отец, талантливый педагог Леопольд Моцарт, не принуждал сына к музыке — напротив, иногда ему приходилось буквально оттаскивать Вольфганга от инструмента.
Леопольд никогда не применял физическое наказание и всячески поддерживал сына, превознося и неизменно подчеркивая исключительность его таланта. Виктория Хайнак в книге «Дерзкие классики» сравнивает Леопольда Моцарта с современными инста-мамами — родителями, которые превращают достижения ребенка в собственный проект.
В течение примерно полутора столетий это девятиголосное произведение считалось самым секретным музыкальным сочинением Европы. Ватикан строго охранял его партитуру, а ее распространение, по преданию, каралось отлучением от церкви.
Все изменилось после того, как 14-летний Моцарт услышал «Miserere» в Сикстинской капелле. Вернувшись домой, он по памяти записал партитуру, а при повторном исполнении внес необходимые уточнения. Узнав об этом, папа Климент XIV не только не наказал юного музыканта, но и наградил его орденом Золотой шпоры.
В 1763 году четырнадцатилетний Гете, по свидетельствам биографов, присутствовал на концерте семилетнего Моцарта во Франкфурте. Они разговорились. На слова собеседника о том, что ему никогда не достичь такого мастерства, композитор якобы ответил, что играть совсем несложно. Гете возразил: легко сочинять стихи, потому что они сами возникают в голове. На что Моцарт сказал, что тоже пишет музыку, которая приходит ему в голову. Так состоялась встреча двух будущих гениев — музыки и литературы, которые в тот момент еще не догадывались, что их имена и произведения переживут века.
«Я не могу писать стихами, потому что я не поэт. Я не могу так искусно расположить части речи, чтобы добиться эффектов света и тени, ибо я не художник. Даже знаками и жестами я не могу выразить свои мысли и чувства, ибо я не танцор. Но я могу сделать это с помощью звуков, поскольку я музыкант».
Вольфганг Амадей Моцарт
Распространенное представление о том, будто Моцарт записывал полностью готовые произведения без единой помарки, — романтизированная легенда. Исследование его автографов показывает, что он, как и любой композитор, делал наброски, зачеркивал и переписывал отдельные такты, особенно в крупных сочинениях. Даже когда Моцарт позволял себе смелые эксперименты в рамках строгой сонатной формы, они были результатом долгих размышлений и кропотливой работы.
Его гениальность была не волшебным озарением, а результатом огромного труда, таланта и серьезной школы, пройденной под руководством лучших учителей Европы.
«Заблуждаются люди, которые думают, что мое искусство дается мне легко. Уверяю, никто не уделял сочинениям столько времени и мыслей, как я. Нет такого знаменитого мастера, музыку которого я не изучал бы много раз усердно».
Вольфганг Амадей Моцарт
В молодости Моцарт служил придворным музыкантом у зальцбургского архиепископа Иеронима Коллоредо. Однако композитор мечтал обрести независимость, уехать в Вену и зарабатывать исключительно собственным творчеством.
Когда Моцарт подал прошение об увольнении, архиепископ не только отказал ему, но и отнесся к музыканту с пренебрежением. После повторной просьбы об отставке граф Антон фон Арко, секретарь, грубо вытолкал композитора за дверь. Позднее этот эпизод вошел в историю как знаменитый «пинок под зад», хотя детали случившегося в источниках расходятся.
Так унизительная сцена стала символическим началом нового этапа в жизни Моцарта. Оставив службу, он превратился в одного из первых крупных композиторов-фрилансеров: самостоятельно искал заказы, выступал, преподавал и постепенно завоевывал Вену.
Моцарт, общавшийся с самыми образованными и утонченными людьми своего времени, был известным шутником. Однако его юмор нередко оказывался весьма грубым и даже откровенно «сортирным».
Особенно часто такие шутки встречаются в его письмах к близким — жене Констанце Вебер, ее сестре Марии Анне Текле и родителям. Моцарт мог отпускать их даже в присутствии знатных людей и своих покровителей.
Для XVIII века подобная манера общения, особенно в частной переписке, не была чем-то исключительным. Она отражала распространенную тогда традицию бурлескного юмора и сама по себе не противоречила образу образованного и культурного человека.
«А теперь имею честь задать вопрос, как ваше самочувствие, как здоровье? Стул в порядке ли? Кожа гладкая ли? — Скажите, я вам еще не надоел? А для писания часто ли используете мел? Вы хоть время от времени меня вспоминаете? А повеситься иногда не желаете? А не злились на меня иногда? На бедного дурака? Не хотите ли добровольно мир заключить, а не то ведь я могу и громкого подпустить!»
Письмо Марии Анне Текле в Аугсбург, 28 февраля 1778 года
Этот же своеобразный юмор Моцарт иногда переносил и в музыку. Среди его сочинений — шестиголосный канон «Leck mich im Arsch», название которого можно перевести как «Поцелуй меня в задницу». Разумеется, подобные произведения не предназначались для публичной сцены: их исполняли в тесном кругу друзей и близких, воспринимая как музыкальную шутку.
Мы привыкли воспринимать Моцарта как автора светлой и жизнерадостной музыки: от «Турецкого марша» до «Маленькой ночной серенады». Однако в зрелые годы он все глубже погружался в идеи Просвещения и масонскую философию. В 1784 году композитор вступил в венскую масонскую ложу. В ту эпоху интерес к тайным обществам, религиозно-философским учениям и эзотерике охватил значительную часть европейской образованной публики.
Масонские мотивы нашли отражение и в творчестве Моцарта. Особенно ярко они проявились в опере «Волшебная флейта»: в ней можно увидеть символику числа «три», образы храмов мудрости и разума, идею духовного перехода из тьмы к свету, мотивы испытания огнем и водой и ритуального посвящения. В отличие от легкой оперы-буфф, здесь Моцарт говорит на языке философских аллегорий и символов.
Образ нищего гения, похороненного в общей могиле, — один из самых живучих мифов о Моцарте, но он требует уточнения. С раннего детства, когда Вольфганг начал гастролировать по Европе, его семья жила весьма обеспеченно. В 1780-е годы композитор зарабатывал значительные суммы: сочинял музыку для придворных торжеств и балов, давал частные уроки и концерты, продавал свои произведения и получал гонорары за оперы. Кроме того, Моцарта нередко одаривали состоятельные покровители.
О своем жаловании он однажды иронично заметил: «Слишком много за то, что я делаю, и слишком мало за то, что мог бы делать». Главная проблема заключалась не в отсутствии доходов, а в неумении распоряжаться деньгами. Моцарт и его жена Констанца жили заметно выше своих возможностей. В их доме были слуги, повар и цирюльник. Композитор снимал в Вене просторные и дорогие апартаменты, содержал лошадей, тратился на роскошную одежду и развлечения. Он гордился нарядным розовым муаровым костюмом с серебряным кружевом и голубой шелковой подкладкой, в котором, по его словам, выглядел «прекрасным, как ангел».
Констанца много тратила на лечение и поездки на курорты, а Моцарт был страстным поклонником карточных игр и бильярда. При этом его доходы оставались нерегулярными: периоды успеха и высоких заработков сменялись затишьем. Поэтому к концу жизни композитор столкнулся не столько с абсолютной нищетой, сколько с долгами, финансовой нестабильностью и последствиями собственного расточительного образа жизни.
Заказ на знаменитый «Реквием» Моцарт получил от таинственного незнакомца, одетого в серое. Посланник действовал по поручению графа Франца фон Вальзегга, который намеревался выдать сочинение за собственное. Эта история впоследствии обросла мистическими подробностями — отчасти благодаря состоянию самого композитора. Тяжело заболев, Моцарт с почти маниакальным упорством продолжал работать над заупокойной мессой. Завершить ее он не успел: после смерти композитора работу закончил его ученик Франц Ксавер Зюсмайер.
Моцарт говорил жене, что пишет «Реквием» для самого себя. Он также подозревал, что его могли отравить, и делился этими опасениями с Констанцей. Достоверных доказательств убийства музыканта не существует.
Миф об отравлении композитора возник из слухов, позднейших литературных произведений (например, маленькой трагедии Александра Пушкина) и, вероятно, высказываний самого Сальери, который в старости тяжело болел и страдал психическим расстройством. Современные исследователи рассматривают разные причины смерти Моцарта, среди них: инфекционные заболевания, ревматическая лихорадка и почечная недостаточность. Точный диагноз установить невозможно.
Моцарт и Сальери служили при дворе императора Иосифа II и действительно могли соперничать за должности, заказы и покровительство аристократии. Но подобная конкуренция была обычной частью музыкальной жизни XVIII века. Они встречались на придворных мероприятиях и, по свидетельствам современников, относились друг к другу с профессиональным уважением.
Показательно, что после смерти Моцарта Сальери преподавал музыку его сыну Францу Ксаверу. Этот факт плохо согласуется с образом непримиримого врага и подтверждает: история о преступном соперничестве — прежде всего романтическая легенда.
«Кто скажет, чтоб Сальери гордый был
Когда-нибудь завистником презренным,
Змеей, людьми растоптанною, вживе
Песок и пыль грызущею бессильно?
Никто!...»«Моцарт и Сальери», Александр Пушкин