РейтингиЛюбил одиночество, боялся грозы, вынес из библиотеки книгу: любопытные факты о Петре Ильиче Чайковском
Портрет П. И. Чайковского 1883, Николай Кузнецов
Музыка Петра Ильича Чайковского звучит по всему миру — от концертных залов до театральных сцен и кино. Балеты «Лебединое озеро» и «Щелкунчик», оперы «Евгений Онегин» и «Пиковая дама», цикл «Времена года» и «Воспоминание о дорогом месте» знакомы слушателям разных поколений. Его наследие — от увертюры «Гроза» до «Патетической симфонии» — стало символом русского музыкального гения.
В его произведениях есть и тихая печаль, и драматическое напряжение, и светлая радость, а музыка оказывается близка людям из любых стран, хотя говорит о бесконечной любви композитора к своей родине. Его творчество, пронизанное духом романтизма, покорило мир. В 1893 году композитор удостоился почетного чествования в Кембридже — вместе с Эдвардом Григом, Камилем Сен-Сансом и Максом Брухом он получил степень почетного доктора музыки.
Собрали 10 интересных фактов о жизни и творчестве известного русского композитора.
В детстве Чайковского называли «стеклянным ребенком», а во взрослом возрасте он страдал от фобий
Будущий композитор родился в небольшом уральском городке Воткинске, но уже в детстве переехал в Петербург. Чайковский был очень впечатлительным и ранимым. Французская гувернантка даже прозвала его «стеклянным ребенком». Музыка вызывала у него настолько сильные чувства, что он мог расплакаться во время игры на фортепиано или после нее — от переизбытка эмоций.
Семья Чайковских в 1848 году. Петр — крайний слева
С возрастом его тревожность не исчезла. Уже став известным композитором, Чайковский боялся грозы, привидений и покойников, переживал, что может оглохнуть, как Бетховен. Во время дирижирования ему иногда казалось, что голова может оторваться или позвонки в шее защемит.
Поэтому на сцене он нередко придерживал голову левой рукой. Для зрителей этот жест выглядел странно, но для самого композитора был способом справиться с тревогой.
Младший брат Чайковского написал либретто к операм «Иоланта» и «Пиковая дама»
Говоря о семье Петра Ильича, обычно вспоминают его мать, рано умершую, и отца, поддержавшего решение сына стать музыкантом. Но важную роль в жизни композитора сыграл и его младший брат Модест.
Петр Ильич сожалел, что Модест «имел несчастье родиться с душой художника», но при этом якобы «не был одарен никаким талантом». Жизнь опровергла эту оценку. Модест стал театральным критиком, переводчиком и драматургом, а его пьесы ставили в Мариинском и Александринском театрах.
Фото Петра Чайковского с братьями и другом. Модест — третий справа
Он стал автором либретто к операм Петра Ильича «Пиковая дама» и «Иоланта», а позднее — к произведениям Антона Аренского и Сергея Рахманинова. Кроме того, Модест стал первым биографом композитора и основал Дом-музей Чайковского в Клину, который существует уже более 130 лет.
Со своей покровительницей общался исключительно по переписке
Отношения Чайковского с Надеждой Филаретовной фон Мекк были необычными. Богатая вдова назначила ему ежегодную пенсию в 6000 рублей — сумму, сопоставимую с жалованием генералов. Благодаря этой поддержке Чайковский смог полностью посвятить себя творчеству.
Фон Мекк предоставляла ему свои имения для жизни и работы — в том числе Браилово, где он написал знаменитый цикл «Воспоминание о дорогом месте», и Плещеево. Она старалась избавить композитора от бытовых забот, но поставила строгое условие: они никогда не должны встречаться лично.
Надежда фон Мекк
Почти 15 лет они вели чрезвычайно интенсивную переписку — иногда обменивались письмами ежедневно. Обсуждали музыку, делились сокровенными мыслями, тревогами и страхами, даже обсуждали желудочную колику. Эта платоническая связь стала для Чайковского важнейшей эмоциональной опорой.
В 1890 году фон Мекк неожиданно прекратила переписку. Точная причина ее решения до сих пор остается загадкой.
«Как мне странно, жутко, но вместе и сладко думать о далекой, невыразимо любимой родине! Там еще зима. Вы сидите в своем кабинете, быть может, у топящегося камина. Мимо Вашего дома проходят укутанные в шубы москвичи и москвички, среди тишины, не нарушаемой даже шумом экипажей благодаря санной дороге. Как бесконечно далеки мы друг от друга: Вы — среди зимы, я — в стране, где деревья уже зеленеют и где я пишу это письмо у открытого окна, в одиннадцать часов вечера! И между тем, я думаю об этой зиме не с отвращением, а с любовью».
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк, Флоренция, 20 февраля / 4 марта 1878 г.
Ценил комфорт, уединение и роскошь
В имениях Надежды фон Мекк быт Петра Ильича был устроен с большим комфортом. Главное условие композитора неукоснимо исполнялось: никаких гостей, соседей и случайных посетителей ни в доме, ни во время прогулок.
Чайковский никогда не отказывался от привычных удобств. В его распоряжении были дворецкий, повара и кучеры. Он предпочитал лучших лошадей и кареты, любил свежие цветы, дорогие ягоды и фрукты из баронессиных оранжерей. Из напитков выбирал изысканные вина и сигары, а в еде отдавал предпочтение русской кухне — щам, кашам и ржаному хлебу. Для композитора в имениях специально устанавливали великолепные рояли, которые тщательно настраивали к его приезду.
Такую жизнь Чайковский вряд ли мог бы себе позволить, только преподавая в консерватории, но это легко обеспечивала баронесса фон Мекк, его состоятельная покровительница.
Дом-музей Петра Чайковского в Клину
Любимым увлечением Чайковского была «тихая охота»
Композитор обожал собирать грибы и ягоды и мог часами бродить по лесу.
«Согласитесь, что минута, когда видишь и срываешь хороший коренастый белый гриб, очаровательна. Это похоже на ощущение любителя карточной игры, когда ему сдадут козырей».
Петр Чайковский
Однако из-за из-за своей рассеянности композитор легко мог заблудиться, особенно если полностью погружался в мысли. Баронесса Надежда фон Мекк знала об этой особенности и поручала слугам незаметно присматривать за ним. В письмах Чайковский с улыбкой рассказывал, как, углубившись в чащу в поисках белых грибов, то и дело замечал мелькающие между деревьями фигуры лакеев и кучеров. Те крались следом, делая вид, будто тоже вышли просто прогуляться.
Спасался от одиночества, играя в четыре руки с любимым слугой Алешей
Французский дворецкий Марсель заботился о бытовом комфорте Чайковского, обеспечивая ему безупречный сервис. Но особенно близок композитору был его русский слуга Алексей Софронов — Алеша.
Когда Чайковскому становилось одиноко или тоскливо, он приглашал Алешу к роялю и играл с ним в четыре руки. Софронов, судя по всему, не всегда безошибочно попадал по клавишам, но это нисколько не мешало. Их маленький домашний «оркестр» скорее был для композитора источником тепла и хорошего настроения, чем серьезным музыкальным занятием. Кстати, для тех, кто хочет привнести музыку в свой домашний досуг, отличным подспорьем станет сборник «Музыкальные вечера» Дианы Ведерниковой — в нем собраны пьесы разных композиторов для душевного музицирования.
Кабинет-гостиная в доме-музее Петра Чайковского в Клину
Вынес незаметно книгу из библиотеки Палаццо Дожей в Венеции
Помимо музыки, Чайковский увлекался историей, биологией, астрономией и особенно литературой. Книги настолько его интересовали, что однажды он не удержался и тайком забрал из библиотеки Дворца дожей том сочинений Еврипида.
Итальянский не стал для него препятствием: Петр Ильич свободно владел несколькими иностранными языками. Позже он оставил на украденной книге весьма откровенное признание: «Украдена из библиотеки Палаццо Дожей в Венеции 3-го декабря 1877 года...».
Между прочим, Венеция вообще занимала особое место в судьбе многих русских творцов. Узнать больше об этом удивительном городе и его связи с нашими соотечественниками, в том числе Петром Чайковским, вы можете из книги «Русские в Венеции!» Екатерины Колосовой.
Чайковский боготворил Александра Пушкина и создал оперы по его произведениям — «Евгений Онегин» и «Пиковая дама». Высоко ценил он также Михаила Лермонтова, Льва Толстого, с которым был лично знаком, и Ивана Тургенева. На книжных полках композитора соседствовали произведения Чарльза Диккенса и Уильяма Шекспира, Иоганна Вольфганга Гете и Жорж Санд. Петр Ильич тоже оставил литературное наследие: его музыкальные эссе и статьи дают возможность услышать голос композитора через размышления о музыке, своем творчестве и сочинениях современников.
Скрипичный концерт Чайковского считали «неиграбельным», а сегодня он входит в число самых популярных и сложных скрипичных произведений
Получив партитуру Скрипичного концерта, знаменитый скрипач Леопольд Ауэр заявил, что произведение невозможно исполнить. По его мнению, некоторые пассажи были написаны «в чуждой инструменту форме» и звучали «нескрипично».
Композитор тяжело пережил этот отказ. Но свинью подложил не только Ауэр. Иосиф Котек, близкий друг Чайковского, помогающий ему работать над партией скрипки, в последний момент, перед самой премьерой, отказался сыграть это произведение.
Знаменитый скрипач Адольф Бродский (слева)
В итоге концерт впервые прозвучал в Вене в 1881 году. Солировал Адольф Бродский, который больше года упорно разучивал сложнейшую партию. Премьера вызвала бурные споры: некоторые критики обрушились на произведение с яростной руганью, а один даже написал, что оно «воняет». Но Чайковский не забыл смелость Бродского и в знак благодарности посвятил этот сложнейший концерт ему.
Премьеры «Щелкунчика» и «Иоланты» состоялись в один вечер
В 1892 году на сцене Мариинского театра в один вечер представили сразу два произведения Чайковского — балет «Щелкунчик», созданный по мотивам романа Гофмана, и оперы «Иоланта» по драме Генрика Герца. Сам композитор был не в восторге от этой идеи. Сюжет балета ему фактически навязали, работа шла тяжело, сроки поджимали, а вскоре Чайковского подкосила смерть любимой сестры.
Критике встретили премьеры прохладно. Об «Иоланте» писали, что она «не вплела нового лавра в венок композитора», а «Щелкунчик», по мнению рецензентов, не вызывал ничего, кроме скуки.
Артисты балета Императорского Мариинского театра в первой постановке балета «Щелкунчик»
Как же они ошибались! Ведь эти произведения признаны шедеврами мировой культуры и исполняются во всех театрах мира. Сегодня оба произведения считаются шедеврами мировой музыкальной культуры и регулярно исполняются на сценах театров по всему миру.
Чтобы глубже понять, как устроена классическая музыка, стоит обратиться к книгам, которые делают ее доступной и понятной. «Абсолютный слух: 100 классических композиций, которые должен знать каждый» Тима Бувери помогает легко войти в мир великих шедевров, а «12 вечеров с классической музыкой» Юлии Казанцевой учит слушать и понимать музыку, получая от нее удовольствие. Оба издания — отличный способ продолжить знакомство с миром Чайковского.
Инструмент для «Танца феи Драже» тайно привезли в Петербург — о нем не знали даже музыканты
Чайковский не боялся расширять привычный состав оркестра, чтобы находить новые, необычные тембры. Один из таких инструментов сыграл важную роль в истории балета «Щелкунчик».
Во время поездки в Париж Чайковский услышал челесту — клавишный инструмент с необыкновенно чистым и хрустальным звучанием. Композитор был совершенно очарован им и сразу попросил своего издателя, Петра Юргенсона, приобрести его, но сохранить покупку в тайне:
«Я желал бы, чтобы его никому не показывали, ибо боюсь, что Римский-Корсаков и Глазунов пронюхают и раньше меня воспользуются его необыкновенными эффектами».
Из письма Петра Чайковского Петру Юргенсону
Челесту по-тихому доставили в Санкт-Петербург. Композитор не раскрывал секрет даже музыкантам оркестра и не позволял им заранее репетировать свою партию. Замысел сработал: на премьере «Щелкунчика» публика была поражена неземным, подобным звону колокольчиков, звучанием «Танца феи Драже». Именно благодаря этой музыке челеста стала известна во всем мире.
Сцена из балета «Щелкунчик», Большой театр
Попытался свести счеты с жизнью, приняв «ледяную ванну»
Один из самых драматичных эпизодов в жизни Чайковского — попытка самоубийства осенью 1877 года. К тому времени прошло всего три месяца с его свадьбы со студенткой консерватории Антониной Милюковой, без памяти в него влюбленной. Брак оказался катастрофой и продлился всего 33 дня. Композитор решился на него главным образом ради спокойствия семьи, однако почти сразу понял, что совершил ошибку:
«Но как только церемония совершилась, как только я очутился наедине с своей женой, с сознанием, что теперь наша судьба — жить неразлучно друг с другом, я вдруг почувствовал, что не только она не внушает мне даже простого дружеского чувства, но что она мне ненавистна в полнейшем значении этого слова».
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
Разочарование и отчаяние Чайковского были настолько сильны, что он задумал довольно необычный способ уйти из жизни. Петр Ильич вошел по пояс в ледяную воду Москвы-реки, надеясь тяжело заболеть и умереть от простуды. Такой исход можно было бы принять за несчастный случай и тем самым не нанести слишком сильного удара его престарелому отцу и братьям. Однако организм композитора оказался удивительно крепким: «ледяная ванна» не вызвала никаких серьезных последствий.
