Меня не возмущают те, кому больше по вкусу кабацкая музыка. Другой они и не знают. Меня возмущает содержатель кабака. Не выношу, когда уродуют людей.

...никто никогда не помог тебе спастись бегством, и не твоя в том вина. Ты построил свой тихий мирок,замуровал наглухо все выходы к свету, как делают термиты. Ты свернулся клубком, укрылся в своем обывательском благополучии, в косных привычках, в затхлом провинциальном укладе, ты воздвиг этот убогий оплот и спрятался от ветра, от морского прибоя и звезд. Ты не желаешь утруждать себя великими задачами, тебе и так немалого труда стоило забыть, что ты - человек. Нет, ты не житель планеты, несущейся в пространстве, ты не задаешься вопросами, на которые нет ответа: ты просто-напросто обыватель города Тулузы. Никто вовремя не схватил тебя и не удержал, а теперь уже слишком поздно. Глина, из которой ты слеплен, высохла и затвердела, и уже ничто на свете не сумеет пробудить в тебе уснувшего музыканта, или поэта, или астронома, который, быть может, жил в тебе когда-то.

Зазвонил телефон. Я поднёс трубку к уху и подождал. Я никогда не заговариваю первым, когда мне звонят. Не я же, в конце концов, звоню. Звонят-то ведь мне.

Жуть в полосочку!

Вселенная расширяется — каждая частичка удаляется от другой, швыряя нас в тёмное и полное одиночества пространство, отрывая нас: ребёнка от матери, друга — от друга, направляя каждого по собственной тропе к единственной цели — смерти в одиночестве.

Чем больше я узнаю, тем больше вижу такого, о существовании чего даже не подозревал. Раньше я тешил себя дурацкой мыслью, что смогу знать все, вобрать в себя все знания человечества. Теперь же я надеюсь, что окажусь способным узнать только о наличии знания и понять хоть малую его крупицу. Хватит ли мне времени?

Принимать вещи, как есть, — это настоящий дар, особый образ мысли, который открывает перед нами необозримые перспективы.

2002
…Я люблю раннее утро. Я люблю наблюдать за рождением нового мира, осознавая вместе с этим процессом себя, и желая, чтобы этот волшебный момент раннего просыпания природы видел только я. 4 часа утра. Москва. Ботанический сад, самый его конец, там, где течет речка. Местные милиционеры меня давно знают и привыкли к тому, что часа в 3 утра на дорожках сада могут встретить меня, гуляющего в тапочках и уткнувшего свои глаза в небо. На моих губах играет улыбка и я пытаюсь говорить то, что забуду через несколько минут, но выговорю свое состояние моему миру. Я благодарен природе за то, что она есть, я благодарен себе за то, что я живу вместе с природой, я благодарен своей земле за то, что она носит меня. Я думаю о своем существовании. Как ни странно, у меня нет цели в жизни. Той самой цели, к которой необходимо стремиться всю свою жизнь. Нахрен!!! У меня есть желания, у меня есть моя голова, которая постоянно думает. Моя жизнь - анализ, мой мозг это сложный 7-потоковый процесс параллельно-ассоциативного мышления. У меня уже давно нет чувств, есть только мои ощущения. Ощущения того, что мой мир любит меня. Я благодарен своему миру за это, я благодарен деревьям, которые растут вокруг меня. Я благодарен земле, по которой хожу босыми ногами, оставив тапки на мертвом асфальте, я благодарен тактичности сонного сержанта, с которым завтра мы будем пить пиво, а послезавтра клеить девок. Эта благодарность к моему миру дает мне надежду, что мир знает меня, что моя вселенная хочет, чтобы мне было хорошо. Я иду домой, улыбаясь своим мыслям и раскинув руки в стороны, кивая очумевшим прохожим, сонно бредущим куда-то зачем-то… Я жив.

«невозможно» - это слово, которое придумали неудачники, чтобы оправдать свое бездействие.

Смех смехом, конечно, но подумай сам - как часто мужики после того, как найдут ту самую, (временно?) единственную, расслабляются, и начинают жрать, срать, валять дурака и забивают на все то, что делает мужчину мужчиной?

Она в очередной раз убедилась, что климакс - не что иное, как насмешливое предупреждение Бога человечеству, искуственно продляющему себе жизнь. Или гадкая шутка. Еще какие-то сто лет назад средний срок жизни не превышал пятидесяти лет, и женщины, жившие после климакса двадцать, а то и тридцать лет были примером из ряда вон выходящим.

— Любите музыку? - спросила моя новая знакомая.
— Если она хороша и звучит в хорошем мире.
— В хорошем мире нет хорошей музыки. Воздух в хорошем мире не колеблется.

24 - возраст революционеров и рокеров.

Один из главных мифов про пикап и пикаперов состоит в том, что это прямой синоним промискуитету, то есть беспорядочным половым связям.

Реальность складывается из хаоса и противоречий, и, если их удалить, то, что останется, уже не будет реальностью. Можно подумать, что, следуя языку и логике, которые, на первый взгляд, представляются весомыми и обоснованными, кусочек реальности все-таки удастся исключить, но эта отброшенная действительность непременно будет поджидать вас где-то в готовности отомстить.

Когда надежда пылает ярко, - сказал он, - терпение быстро сгорает.

Надежда - лишь предвестник сожаления.

Я убежден: несоразмерная похвала несет куда больший вред, чем несоразмерная критика.

Большинству людей на свете не нужна истина, которую можно подтвердить. Настоящая истина почти всегда связана с болью, как ты сама и сказала. А людям, за редким исключением, не хочется испытывать боль. Они хотят лишь уютной душевной истории, которая дала бы им почувствовать, будто их жизнь наполнена хоть каким-нибудь смыслом. Вот почему до сих пор процветают религии.

Но главное, сколько бы ни было в небе лун — он, Тэнго, на свете только один. Что это значит? А то, что куда бы тебя жизнью ни заносило, ты — это ты. Со своими проблемами, своими способностями, единственный и неповторимый. Вот в чем загвоздка. Не в луне, а в тебе самом.

Все высокопарные фразы, словесные красивости, выражение лица либо игра, либо... Боже мой, только сейчас до него дошло, что Дона тупа, как блондинка.

— Милорд, — продолжил он, — я не трус. Как человеку военному, мне пришлось пройти через все опасности, какие могут встретиться на земле, и я по праву могу сказать, что никто не видел, чтобы Ричард Браун хоть раз опозорил честь своей шпаги. Но в эту страшную минуту, когда я почувствовал на себе взгляд дьявола, принявшего образ человеческого существа, когда старуха потянулась ко мне, чтобы заключить меня в свои объятия, я потерял присутствие духа, все мужество моё растаяло как воск.

Но пойми одно: риск - очень ароматная специя для блюда человеческой жизни.

Одним словом, не забывайте: главное в искусстве одеваться в стиле «гулящей» женщины — минимализм. Чем меньше одежды, тем лучше.

— Если она прыгнет в машину, я ей помогу. Если же нет...
Собака забралась на заднее сиденье и потеряла сознание.

Изучите свои права, не забывайте про обязанности, но помните, что лучшим юридическим паролем на все времена, в любом обществе и для любой семьи была и остается любовь.

Это я предатель, обманщик, трус. Меня одного надо презирать. Ни мать, ни отец не бросятся мне навстречу в стране праведников. И семья дель орте не встретит меня ласково и не возьмет с собой прогуляться среди облаков.

И всегда так выходит – мне дарят подарки, а меня от этого только тоска берет.

Смотри, как люди сходят с ума по машинам. Для них трагедия, если на их машине хоть малейшая царапина, а они вечно рассказывают, на сколько миль хватает галлона бензина, а как только купят новую машину, сейчас же начинают ломать голову, как бы им обменять ее на новейшую марку. А я даже с т а р ы е машины не люблю. Понимаешь, мне не интересно. Лучше бы я себе завел лошадь, черт побери. В лошадях хоть есть что-то человеческое. С лошадью хоть поговорить можно.

Оттого что человек умер, его нельзя перестать любить, чёрт побери, особенно если он был лучше всех живых, понимаешь?

В этом-то и все несчастье. Нельзя найти спокойное, тихое место - нет его на свете. Иногда подумаешь - а может, есть, но, пока ты туда доберешься, кто-нибудь прокрадется перед тобой и напишет похабщину прямо перед твоим носом

В любой повседневной сценке можно за пару секунд высмотреть что-нибудь удивительное

Вправить человеку мозги может только время

День отдается семейным ссорам, ночью же к человеку возвращается Любовь. Потому что Любовь сильнее этого словесного ветра.

Мне всегда была ненавистна роль наблюдателя. Что же я такое, если я не принимаю участия? Чтобы быть, я должен участвовать.

Угораздило же бедняжку родиться в конце ХХ века. Подобным тут не место, им бы в век XVII, а то и к рыцарям! Сразу видно, к современной жизни она не приспособлена и от того несчастна и одинока, у таких девчушек даже подруг нет, не говоря уж о друзьях...

Женщины могут скрывать свои мысли и желания за внешней неприступностью, однако руки и ноги любой женщины гораздо красноречивее любой их мины. И если больше внимания обращать на то, как они теребят перчатки, кольца, браслеты, то есть все, что попадется под руки, либо двигают стопой, переставляя её с мыска на пятку или просто покачивая изящной туфелькой, многое становится понятней.

«Черт побери, — усмехнулся про себя Береславский. — В древний русский город Приволжск как за линию фронта собираюсь. Имена, фамилии, явки. Яду, что ли, в воротник зашить?»

Все точно. Агата. Пчеломатка. Самое подходящее для неё слово. Пчел много, а пчеломатка одна. И все к ней с поклонами и дарами. И как иначе? Вот — столько прошло лет, а она по прежнему процветает. Как же это Митя от неё улетел? Неужели не прилетит? ему же это было просто необходимо. Как он стонал тогда самозабвенно: «Ага-та, Ага-та!!!»

Испытывай чувство вины. Печалься из-за того, что случилось. Но двигайся вперед. Не позволяй этим чувствам уничтожить себя. Прости себя.

— Потому что иногда человек может быть так погружен в детали, что они заслоняют от него целое. Дело не просто в платье или волосах. Дело в тебе. Ты прекрасна. Так прекрасна, что это причиняет мне боль.

Любовь — не секс в пустой комнате на вечеринке. Любовь — это то,чем ты живёшь и за что умираешь.

Невозможно заставить себя полюбить... Любовь либо есть, либо ее нет. И если ее нет, нужно иметь мужество признать это.

С тем, кого любишь, можно быть где угодно,и это будет потрясающе.А вот если ты с тем, кого не любишь, то не спасёт самая роскошная постель в мире.

«Если работа не позволяет вставать попозже, то я возьму себя в руки и буду так планировать день, чтобы ложиться пораньше»

Нет, — стиснув зубы, отвечал себе Фесс. — Да, я блуждал в тумане, да, я не видел цели — потому что не может же оказаться целью вечное бегство от ищеек Инквизиции. Я раз за разом пытался отвечать «нет» соблазнам Тьмы, я делал своё дело, я шёл, я... я...

Не слишком ли много «яканья» ? — сказал он сам себе. — Ты не знал, куда идти. Ты не знал, что делать. Ты бежал от Тьмы, от масок, от Инквизиции. Ты бежал от всего. Дракон попытался указать тебе путь, но, как известно, до конца проходят лишь ту дорогу, на которую встали сами, по собственной воле.