…тусканцы верят, будто Бог — это и есть земля, и когда ты умираешь, то просто возвращаешься к Богу. Тогда мне это показалось убедительным.

…отец рассказывал, как они впервые увидели город — с моря, со стороны гавани. «Мы были очень молоды, смутно мечтали о чем-то, но сами не знали о чем», — говорил он. Рен видела, к чему привели их мечтания: к непосильному труду и вечному отсутствию средств к существованию.

Иногда необходимо быть не лучшим в каком-то деле, а первым.

Темнота не длится вечно.

Любовь – это всегда прекрасно.

Все в этой жизни можно пережить. Правда, перед этим хорошенько наревевшись.

Все, что ты называешь минусами, делает тебя особенной.

Никогда не знаешь, кто изменит твою жизнь.

Счастье не прячется, оно всегда рядом. Поджидает у светофора, за углом любимой кофейни или, как в случае с нашими героями, сидит за соседней партой.

Враги, друзья, любовь и ненависть – я испытаю все и благодаря этому вспыхну ярче. Прежде чем умереть, я буду жить.

Космос не прощает ошибок даже тем, кто находится в седле.

Только волку известно, как тяжко придется оленю, когда явится тигр.

Не думай о страхе. Нет – используй его. Как топливо, как гнев. Этот страх ужасен, уродлив, глубок... однако он мой, и больше ничей.

Храбрость не в том, что ты делаешь, а в том, что ты способен выдержать.

– Доброе! – эхом отозвалась Кристина и потянула руку к моей разбитой скуле. На сей раз я перехватил ее ладошку и прижал к своей щеке. – Ты мой подорожник, – вновь улыбнулся я. – Таких комплиментов мне еще никто не делал, – тихо рассмеялась Кристина. – Расскажешь, как все произошло?

Тут лучшее в мире море и лучшие в мире звезды, понимаешь? Скоро ты сам в этом убедишься. И разве можно променять такое богатство на что-то другое?

– Как бы там ни было, мне бы хотелось стать чьей-то музой, – вдруг важно заявила Женька. – Изменить чью-то жизнь... – Ты-то изменишь, – улыбаясь, пообещал я Женьке. – Будь в этом уверена.

Разве, живя у самого моря, могут появляться дурные мысли?

Ты лучшее, что со мной должно случиться.

Кто я для них, если не веду себя как идеальная дочь?

Я давно перестала беспокоиться о том, что ждёт меня завтра. Пускай завтра вся наша страна уйдёт под море. Пускай завтра нас предадут все, кому мы доверяли. Пускай завтра туман поглотит всё, что нам дорого. Но сегодня мы вместе. Я и он.

В нашей стране просто не принято убивать тех, кто был однажды избран небесами.

Невозможно быть самым мудрым, самым сильным, самым храбрым всегда и во всём. Поэтому и нужны друзья. Они направят на верную дорогу и проведут по ней, какая бы вокруг не сгущалась тьма.

Пока мы живы, у нас всегда будет возможность встретиться снова, — произнесла я дрожащим голосом. — И мы найдём друг друга. Обещаю.

Смертные живы лишь мгновенье, но наша любовь связана вечностью.

Никогда еще я не чувствовал себя таким очарованным кем-то, это гребаная магия или гипноз, и определенно ее воздействие на меня влечет за собой необратимые последствия.

Да, мы немного похожи, но ее мужество и сила не сравнятся с моими, потому что она чертова богиня стойкости и отваги, и я возможно влюблен в эту ее сторону, которой готов поклоняться, лишь бы свет и вызов в необычных глазах Наоми никогда не угасали.

Вот как выглядит слепое доверие на самом деле. Нам не обязательно знать человека целую жизнь, чтобы почувствовать связь, которая обволакивает тело спокойствием и теплом.

Так же как лжец узнает лжеца, потерянный человек сразу замечает другого такого же хаотично дрейфующего в пространстве.

Не зря говорят, что любовь сильнее всего, но они не добавляют главную истину, заложенную в основе этой силы — шрамы, оставленные после исчезновения любви всегда глубже и кровоточат дольше, чем те, что высечены на коже.

В какой-то момент прозябания в коконе безвыходности я пообещала, что больше не буду пресмыкаться, а сделаю то, чего мало кто ждет от такой хрупкой девушки — спасу себя сама.

Он вызывает во мне столько чувств, сколько я не испытывала еще никогда, но почему-то не могу заставить его увидеть, какое разрушение он приносит и что творит со мной, когда я и так очень хрупкая. Дрю никогда не сможет восстановить меня так, как мне нужно. Он умеет только разрушать, а я не могу бесконечно страдать, не разбиваясь при этом вдребезги.

Наконец-то появилась девушка, которая стоит моего времени, усилий и внимания. Неважно, хочет она этого или нет, все равно получит.

– Все поступки имеют последствия. Я и есть это последствие, милая.

Все отдают предпочтение тому, кого ты изображаешь. Никогда не стремятся по-настоящему узнать, какой ты на самом деле. Никто не хочет видеть темные осколки твоей души. Только хороший образ, который являешь миру. Как только покажешь себя настоящего, сразу испугаются или испытают отвращение.

– Девушек полно, но ни одна из них не завладела моим вниманием, как ты. Ни одна не привлекает меня и не вызывает желания владеть ею, оставить ее себе.

Я хочу, чтобы ты убегала, изо всех сил старалась от меня уйти, при этом в глубине души зная, что тебе это никогда не удастся. Я хочу все это. Поэтому дам тебе еще один шанс сбежать.

Его голос мощнее шторма, древнее звезд. Он повторяет мое имя, угрожая хаосом и тьмой всем тем, кто встанет между нами.

Я любила ее. Я боялась его. Но они оба были моей семьей. До того рокового дня.

Мое будущее было предопределено еще до того, как я научилась задавать вопросы.

Вначале я его ненавидела. Возможно, отчасти я все еще ненавижу. Но одно я знаю точно… Он — мой воздух. Без него я не выживу.

Стальному мечу никогда не стать шелком.

Она была воплощением красоты и доброты. Она была всем тем, что я знала о загадочном чувстве, имя которому — любовь.

— Но лучший способ разозлить любого мужчину — это задать ему один гипотетический вопрос. — Какой вопрос? — Спроси, любил бы он тебя по-прежнему, если бы ты стала червяком, — сказала Эмили со злобной ухмылкой. — Поверь мне, этого он не перенесет!

Отвергнуть несчастье непросто. До того как мы встретились, я была словно парализована. Ты спас меня, иначе бы я утонула в прошлом…

Но создание семьи — командное дело, а его товарищ по команде, похоже, ушел с поля только потому, что они пропустили три гола. Жизнь — это не те голы, которые ты пропустил, а те, которые забил.

— Я Близнецы, Колин. И ты знал, что получаешь, когда женился на мне. — Нельзя использовать знаки зодиака для оправдания всего на свете, — вздохнул Колин. — Слышу глас Тельца! — Тара закатила глаза.

Даниил Альбертович по-прежнему хранил молчание. Только ручка выпала из его руки, глухо ударившись о стопку бумаг, лежащих на столе.

Признаться, Виктор смог меня удивить. Утонченная, воспитанная и статная Анастасия никак не клеилась у меня с развязной и хамоватой Аннушкой. Впрочем, не зря говорят, что противоположности притягиваются.

— А прядильного станка нет? — Этого нет, — покачал головой Субботкин, не уловив мой сарказм. — А ты что же, Татьяна, и прясть умеешь? — Умею, но в данном случае рассчитываю сразу же уколоться о веретено и впасть в продолжительный сон. Может быть, когда я проснусь, окажется, что всего этого я от тебя не слышала?