Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю? И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. [Быт 3:1-3]

— Сколько я показываю пальцев, Уинстон? — Четыре. — А если партия говорит, что их не четыре, а пять, — тогда сколько?..

Если ты в меньшинстве — и даже в единственном числе, — это не значит, что ты безумен. Есть правда и есть неправда, и, если ты держишься правды, пусть наперекор всему свету, ты не безумен.

Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.

Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются — безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.

Иерархическое общество зиждется только на нищете и невежестве.

Власть — не средство; она — цель. Диктатуру учреждают не для того, чтобы охранять революцию; революцию совершают для того, чтобы установить диктатуру. Цель репрессий — репрессии. Цель пытки — пытка. Цель власти — власть.

Они впечатляют, они завораживают, они притягивают. Согласитесь, проходя мимо старинного дома, каждый из вас хоть на миг останавливал свой взгляд на нем. А в голове наверняка возникала мысль: «Вот бы заглянуть внутрь и все рассмотреть, понять, как жили москвичи сто и двести лет назад».

Особняк — это городской дом. Стоит, как правило, отдельно, обособленно — отсюда и название. Строились они крепко, на совесть, для долгой и в идеале счастливой жизни одной семьи.

Одна лишь вера укрепляет слабого, одна лишь вера постигает невидимое, одна лишь вера достигает того, что неприступно, — насколько ей возможно и насколько позволено. Святитель Григорий Нисский

Равнодушие верующих — вещь гораздо более ужасная, чем тот факт, что существуют неверующие. Священник Александр Ельчанинов

Вера — душа народа. Когда гаснет вера в народе, то он превращается в безжизненный труп, быстро разлагающийся, предающийся тлению. Святитель Филарет, архиепископ Черниговский

От оборудованного под летнее жилье сарайчика до берега канала прости-рался пестреющий цветами луг. Потом цветы разом исчезли, а трава выбросила метелочки, и луг точно поседел, из веселого сделался элегантным, вроде стильно-го ковра в гостиной. Через несколько дней пришел глуховатый старик в белой рубахе и все выкосил. Луг снова помолодел, превратившись в стриженый круг-лый затылок футболиста.

Любовь эта занимала в нем примерно то же место, что Сибирь на карте страны: куда ни ехать, все через нее.

В каждом фабричном здании, среди кирпича, мутного стекла, станков, же-леза и бетона, есть уголок, в котором теплится жизнь: какая-нибудь выгородка позади стеллажей со сверлами и деталями, где под лампочкой с газетным абажу-ром, сидя за щербатым столом на табуретах и клеенчатом топчане, играют в до-мино и наливают в граненые стаканы. Так в расщелине отполированных ветром скал все ж таится пятнышко

Мечтать всего лучше ночью, когда окна не зашторены и по стене ходят светлые уличные тени.

Прогуливаясь солнечным днем, он любил наступать на головы теням дру-гих прохожих.

Волосы у него были промыты так чисто и причесаны так аккуратно, что по пробору пробегал огонек от люстры.

Самая короткая и красивая чешская сказка: «Они ушли».

«Какое сходство между океанским пароходом и совет- ской жизнью?» — «Широкие горизонты, тошнит и убежать нельзя».

На политзанятиях: «Американские агрессоры вмешиваются во внутренние дела Советского Союза во всем мире...»

Армянское радио: «С кем граничит СССР?» — «С кем хочет, с тем и граничит».

Армянское радио: «Будет ли третья мировая война?» — «Не будет. Будет такая борьба за мир, что во всем мире камня на камне не останется».

«Что такое уцененный анекдот?» — «Это анекдот, за который раньше давали десять лет, а теперь только три».

Подумайте: все эти вымершие животные вовсе не сказочные монстры. Они когда-то были живыми - охотились, спасались от охотников, заботились о потомстве. Об этом нельзя забывать.

Наличие перьев и легкие трубчатые кости дают основания считать, что велоцираптор относится к животным, ставшим родоначальниками сегодняшних птиц. А возможно, он и сам происходит от летающих ящеров. Тем со временем надоело летать – утомительное все же занятие, - и они стали охотиться на земле.

Соблазнительно и даже лестно вообразить, как наши далекие предки прятались в норах, выжидая, когда придет время их потомков – наше с вами. Но эволюция функционирует не так. Мы вовсе не являемся целью и конечным этапом развития. Мы всего лишь дальние родственники существ, выработавших навыки выживания даже в условиях, когда выжить почти невозможно.

Но кто знает, какую форму жизни мы оставим после себя? Есть мечтатели, собирающиеся распространить наш род на другие планеты. Возможно, это и удастся в конце концов, но как будет выглядеть человек, живущий в других условиях, какие ступени эволюции ему придется пройти? И как будет выглядеть его потомство?

Все виды со временем исчезают.

Важнее всего – забота о планете, понимание ее нужд, умение приспосабливаться к меняющимся условиям. Тогда есть надежда, что жизнь нашего рода продлится еще долго. Поколение следует за поколением, и кто знает – если хватит ума, нам, возможно, суждено наслаждаться нашей дивной Землей еще многие миллионы лет.

— Даже не представляешь, как мне не терпится закончить начатое и прикончить её. Как там её звали? Эмили? Эмилия?

— Признаю, смерть медленная, но не мучительная. Эту я приберёг для тебя.

— А если что-то случится с тобой? — парировала она. — Что тогда, Саймон? Пусть Вадим тебя убивает? И Нолана заодно. Один ты не справишься. Никогда не справлялся, а когда пытаешься...

— Спасибо. Ты даже не представляешь, как благодарны мои солдаты за этот подарок.

— Уходите, — в унисон закричали дятлы, и к ним присоединились другие птицы. — Уходите, уходите, уходите...

— Они могут быть где угодно, — ответил Бэк. — Нас и так слишком много, мы привлекаем внимание. Нам нужно добраться как можно быстрее.

Сегодня мы вынуждены констатировать, что у людей нет врожденного иммунитета к нацизму и экстремизму. Неонацизм во многих местах планеты поднимает голову... Популяризаторы фашизма имеют сегодня определенное влияние на молодые умы, что таит огромную опасность для будущих поколений. Необходима огромная воспитательная и просветительская работа...

Приговор Международного военного трибунала неизменно считается справедливым и заслуженным. Однако с первого дня его оглашения и по день сегодняшний подвергается критике его оправдательная часть... Троица оправданных трибуналом – Шахт, Папен и Фриче... вовсе не спешили воспользоваться свободой, а, наоборот, письменно просили полковника Эндруса оставить их в тюрьме...

Учреждая Международный трибунал, представители стран-победительниц, безусловно, и не думали в ходе процесса перевоспитать матерых нацистов. Задача была иная – силой неопровержимых улик доказать их вину... в назидание другим – потенциальным – злодеям... И все-таки процедура была соблюдена не зря. Выступления подсудимых наводят на мысли о том, насколько трудно искоренить зло фашизма.

Чем больше изучаешь обстановку в мире в период гибели Третьего рейха, военного торжества союзников и необходимости решать, что делать с нацизмом и нацистами после окончательной победы, тем лучше понимаешь, что у нюрнбергского Суда народов было куда больше шансов не состояться. Уж слишком велика была преграда из исторически обусловленного недоверия между государствами и народами...

В книге изложены самые яркие эпизоды Суда народов, приводятся ранее не публиковавшиеся материалы, свидетельства участников процесса, их родственников и очевидцев, недавно рассекреченные архивные документы. Книга сознательно написана так, чтобы она была понятна и интересна, в том числе и молодым читателям. В ней нет затянутых рассуждений и нравоучений, зато есть горькая правда истории.

«Живые и мертвые пришли на суд народов! Незримо присутствуют они в зале суда! Они на трибуне обвинителей! Трепещите, преступники!» (Роман Кармен. Фильм "Суд народов")

СОПАЙПИЛЬЯ Чили Примерно на 20 штук • Подготовка: 45 мин. • Отдых: 1 час • Приготовление: 30 мин. + 2–3 мин. 250 г очищенной тыквы 300 г пшеничной муки экстра 50 г сливочного масла 1 ч. л. разрыхлителя ½ ч. л. сахара ½ ч. л. соли 1 л растительного масла для фритюра Нарежьте тыкву крупными кубиками и готовьте на пару примерно 25–30 минут, до мягкости (лезвие ножа должно легко проходить).

КАМИЙО Боливия Примерно на 20 штук • Подготовка: 30 мин. • Отдых: 15 мин. • Расстойка: 2 часа 30 мин. • Выпечка: примерно 15 мин. Для опары 130 г цельнозерновой пшеничной муки 375 мл теплой воды 10 г сахара 10 г сухих дрожжей Для хлебного теста 520 г цельнозерновой пшеничной муки 250 г молока 15 г сахара 1 ст. л. соли 110 г размягченного сливочного масла

ДЕРЕВЕНСКИЙ КАРАВАЙ Англия На 1 каравай около 700 г • Подготовка: 20 мин. • Отдых: 10 мин. • Расстойка: 2 часа • Выпечка: 35 мин. 500 г пшеничной муки в/с или экстра 7 г сухих или 20 г свежих дрожжей 260 мл теплой воды 6 г сахара 8 г мелкой соли 4 ст. л. растительного масла (+ немного для смазывания чаши)

КАЙЗЕРЗЕММЕЛЬ Австрия На 9 булочек • Подготовка: 25 мин. • Отдых: 10 мин. • Расстойка: 1 час 30 мин. • Выпечка: 18 мин. 400 г пшеничной муки в/с 10 г солодовой ячменной муки 5 г сахара 15 г сливочного масла комнатной температуры 50 мл молока 15 г свежих дрожжей 19 мл теплой воды

Простота и доступность необходимых ингредиентов позволилихлебу распространиться по всему миру, на любых почвах, как плодородных, так и бедных. При неизменном составе — мука, вода, соль и дрожжи — хлеб знает, как использовать местные ре- сурсы: маниока в Африке, пшеница в Европе, кукуруза в Южной Америке. Хлеб дарит нам впечатления без границ, гораздо более экзотические, чем можно себе представить.

Они так долго держали меня в заключении. Они издевались надо мной. Я не видел, как растут мои дети. Я лишился своего брака, потерял лучшие годы своей жизни. Я испытывал чувство озлобленности... Но я понял, что если, миновав тюремные ворота, сохраню в себе ненависть к своим тюремщикам, то они останутся со мной. А я хотел стать свободным. И поэтому я отказался от ненависти. Я забыл ее...

Это один из самых важных моментов в жизни нашей страны... Вы проявили упорство и решимость вернуть себе эту страну, и теперь каждый из нас может с нескрываемой радостью громко провозгласить на весь мир: ”Свободен! Свободен! Наконец-то свободен!” Я преклоняюсь перед вашим мужеством и стою сейчас здесь с сердцем, полным любви ко всем вам... Я ваш слуга… Важны не отдельные люди, а коллектив…

Когда телевизионная команда сунула мне к лицу какой-то темный пушистый предмет, я слегка отшатнулся, задавшись вопросом, не было ли это каким-то оружием, о котором я, сидя в тюрьме, еще не успел узнать... Оказавшись посреди толпы, я поднял вверх правый кулак — и вокруг меня раздался настоящий рев. Я не мог открыто позволить себе этого жеста нашей организации в течение двадцати семи лет...