Я не главная героиня веб-новеллы! Может, я и слабая, но мозги на месте! Я могу постоять за себя!

Быть подругой такой красотки… не так уж и плохо? Понятно, почему все на нас смотрят…

Первый день учебы в средней школе. День, когда моя жизнь начала походить на сюжет веб-новеллы, приготовив невероятные испытания мне на пути. Но это было только начало.

Такая дерзкая девушка…Однако… Мне это в ней нравится.

К тому же таких красавцев отхватывают самые смелые, верно? А я не глупая, чтобы упускать такой шанс.

Я не хотел жениться, но думаю, что если женюсь на вас, то все будет не так плохо.

Когда смотришь на что-то прекрасное, настроение улучшается, правда?

До сегодняшнего дня мне встречалось 3 типа женщин. Краснеющие, но желающие внимания. Преследовательницы, притворяющиеся равнодушными. Однако. Та девушка… Проявила ко мне вежливость, будто бы ей ничего не нужно.

Но никогда не знаешь, будет ли это нора с лисами или же сокровищница, доверху набитая драгоценностями.

... чтобы быть счастливым, нужен дар. Для счастья нужен слух, как для пения или танцев. Поэтому я думаю, что счастье передается по наследству и его можно завещать.

Каждый должен, как дождевой червяк, сам прогрызть себе дорогу вперед.

Некоторые улыбки могут подолгу жить на лицах мужчин и женщин, не исчезая столетиями. Они даже достаются в наследство следующим поколениям.

Любовь жива до тех пор, пока она изменяется. Стоит ей перестать изменяться — это конец.

Приходи в пять тридцать. Куда угодно, только не опаздывай.

Если вы что-то ищите и не находите, не теряйте надежды. Может быть, это "что-то" найдет вас.

А в кладовке лежали шесть свечей странного желтого цвета. Алексей уже встречал такие и пояснил Федору Ивановичу: – Они отлиты из человеческого жира. Того несчастного, который лежит в выгребе. Полицмейстер отшатнулся: – Господи! Какой ужас! Зачем им такие свечи? – Старая разбойничья примета: если идти на дело с такой свечой, оно обязательно будет удачным.

Благово самодовольно улыбнулся и продолжил: – Воды в утопленнике всегда изрядно. В легких, в левом сердце, возможно и в желудке. Если Архипа Осташкова окунули головой в ушат, то воду туда набирали не из реки или канала, а из городского водопровода. – Могли и из Невы, – опять возразил Алексей. – Могли, но зачем? Канализации в столице почти что нет, а водопровод есть во многих домах.

Игафракс положил испорченную монету на буфет и удалился. Лыков с Цукеркой впервые остались одни. Алексей подошел к женщине, та смотрела на него с вызовом. Потом шагнула навстречу и жарко обняла. Силач чуть отстранил ее, посадил себе на ладонь и поднял на уровень груди. Хозяйка ахнула, а сыщик так на ладони и понес ее в другую комнату, где он разглядел кровать…

Лыков ухватил наглеца за кисть, резко повернул и ответил в тон: – Ну-ка, ну-ка… Что я вижу? Никак якорь. Ты моряк, что ли, братское чувырло? Покажись, кто таков. Парень заорал от боли и попытался вырваться, но куда там. Новенький выкручивал ему руку все сильнее. Крик перешел в вой, потом в визг. Кругом столпились другие арестанты и с интересом наблюдали. Со своих постов пялились караульщики.

– Гниль есть, только как ее вычищать, ума не приложу. Идет зараза от командира Седьмой роты капитана Рутковского. То ли он сам банкомет, то ли на его квартире балуются, но – играют, стервецы. На деньги. А какие у офицера деньги? Жалование подпоручика – сорок восемь рублей в месяц. Ну, столовых двадцать рублей. Едва хватает на еду и обмундировку. Откуда берутся средства на карточную игру?

Алексей сварил похлебку, сделал из кавказской брусники чай и долго сидел, глядя на пламя. Ему было бесконечно жаль убитого им храброго достойного человека. Действительно, что он тут делает, в чужой земле? Пора домой. А эта боль останется теперь с ним. Навсегда. Могли бы быть друзьями. Иметь подобного друга – большая честь…

И тут у меня в голове случился небольшой взрыв. Его глаза. Те самые глаза. Взгляд Майлза содрал с меня слои кожи и пригвоздил к месту. К моему лицу, шее, ушам прилила кровь. У него были самые голубые глаза на свете. Совершенно невероятного цвета. Ладони зачесались от желания взять фотоаппарат и сделать снимок. Мне было необходимо запечатлеть его глаза.

Я не могла позволить себе принимать реальность на веру. Но не ненавидела всех тех, кто делает это. Я не ненавидела их, просто они не имели отношения к моему миру. Но я отчаянно хотела жить в их.

Мой первый друг оказался галлюцинацией, впечатляющим началом моего нового статуса душевнобольной. После всего этого мама впервые отвела меня к доктору, и визит к нему отметил мое вступление в мир безумия

Иногда мне кажется, что люди воспринимают реальность как нечто само собой разумеющееся.

Тем не менее... позволив сердцу затуманиться ненавистью и местью, ты только ранишь себя. Вместо этого гордо иди по своему жизненному пути и устреми взгляд вперед.

Жаль, что я не могу остаться и впитать сколько-нибудь маны: мне нужно поторопиться.

Не стоит на слово верить этому неизвестному голосу. И неважно, насколько доброжелательно и почтенно он звучит…

Я посвятил всю свою жизнь тому, чтобы стать сильнейшим. Но ради чего? Славы? Почета?

Хватай маму, и без оглядки бегите туда, откуда мы приехали.

Похоже, я слишком долго жил в своем мирке и позабыл, что везде найдутся такие отбросы, как они.

— Я рада, что не потеряла тебя сегодня, особенно для себя самой. — Она нежно приложила ладонь к моей щеке. — Ты сделал то, что должен был сделать. Мы по-прежнему вместе. Так что никаких сожалений!

— Даже если весь мир ополчится против вас, я останусь на вашей стороне. Чего бы мне это ни стоило.

— Я не стану защищать слабых, руководствуясь одними лишь чувствами.

Я притянул ее к себе и крепко обнял, чувствуя ее неровное дыхание, когда она пыталась побороть свои страхи. Прижавшись губами к ее макушке, я закрыл глаза, желая забрать себе бремя, которое она несла.

Хоть Меган не подала виду, я почувствовал, как она напряглась под моими ладонями, и легонько сжал ее плечи, давая понять, что я рядом.

У меня в этом отношении было больше практики, я всю жизнь замораживал воспоминания и чувства, и все же даже мне было трудно оставаться бесстрастным.

Настало время своими глазами увидеть то, что может предложить мне этот мир.

Чем светлее ядро маны, чем оно чище, тем больше в нем силы.

Теперь я знаю куда больше, но это так захватывающе — все время учиться чему-то новому!

В моем прежнем мире существовало такое понятие, как «энергия ки», которую натренированные люди,благодаря постоянной практике, использовали для укрепления своего тела и оружия.

В общем, я благодарен за то, что родился в любящей семье, однако и в этой жизни случаются трудности.

Твоя музыка, Арабесса, — это твой способ выражения эмоций, и я готов слушать тебя вечно.

«Я хочу, чтобы ты жила жизнью, о которой не будешь сожалеть», — сказал отец. Но разве возможна такая жизнь тогда, когда болит душа?

Но именно этого она сама и хотела: этого шанса, возможности самой сделать выбор. Продолжить дело своих родителей, придать смысл всему, что она сделала, будучи частью Мусаи. Самая почетная обязанность, которую только можно представить, и единственный путь, который она могла бы выбрать.

«Как солнце, луна и звезды, — говорили они, — Король Воров всегда был и всегда будет. Бессмертный, как сам Адилор».

Каково это, быть свободной и не обремененной обязанностями, пусть даже на один вечер? Например, как ее сестры сегодня? Как и большинство находящихся в этой комнате? Каково это — исполнять любое свое желание, не заботясь о последствиях, потому что с ними разберется кто-то другой?

Всю свою жизнь она ненавидела Ангела смерти. Но в то же время провела жизнь, гоняясь за ним, как мотылек за пламенем.

Баланс жизни и смерти находится в хрупком равновесии, Сигна. А это равновесие не должно нарушаться никогда, иначе мир поглотит хаос.

Большинство людей боятся смерти. Они живут в страхе всю жизнь, хотя видят меня только на последнем вздохе. Конечно, есть горстка людей с острым глазом. Они всю жизнь пытаются разгадать загадку загробной жизни и мельком заглядывают за завесу. Но представ передо мной, даже они оказываются достаточно мудрыми, чтобы бояться.