— У настоящей принцессы отважный взгляд, а еще наивное, но хрупкое сердце.

Ли Сюнь — человек смелый, с далеко идущими планами, который может перевернуть мир программирования. И даже у него были абсолютно человеческие проблемы…

— Не важно, чем ты хочешь заниматься в будущем, не важно, каких целей добиваешься — ты можешь рассчитывать на меня.

— У меня очень корявый код… А у тебя — изящный! Кто бы знал, что любовь можно передать через код.

Меня любят, потому что я резок и прямолинеен. Меня не любят, потому что я резок и прямолинеен.

Если у вас нет проблем, значит, у вас нет работы

Я думаю, что успех — это сочетание способностей, труда и везения.

Я действовал многофункционально еще до того, как узнал о том, что это такое.

Мы не нашлись что возразить и молча смотрели, как подбежавшие собаки, радостно виляя хвостами, помогают Хучику уничтожать горы крема. Псы были явно довольны: не каждый день на их долю выпадает такой праздник. — А камин-то цел, — невпопад заявил Семен Андреевич.

Вот здесь, в дамской комнате, тарахтел журналист, — за одним из унитазов и лежал «ТТ». Оружие немедленно доставили в специальную лабораторию, и только что, буквально несколько секунд назад, нам сообщили, что именно из этого оружия был вчера застрелен хозяин небольшой нотариальной конторы Григорий Яковлевич Сруль.

Я протянула руку и обомлела. Чуть в стороне, между ящичком с инструментами и домкратом торчала рукоятка пистолета. Я аккуратно вытащила находку, села в салон и принялась ее разглядывать. Большой черный тяжелый, из дула пахнет какой-то кислой дрянью. Страшно похож на настоящий, и скорее всего так оно и есть. У меня никогда не было такого. Ну и что мне теперь делать?

Алиса решила, что муж постарел, и успокоилась. Жизнь казалась ей прекрасной. Она забросила работу и занялась разведением комнатных цветов. Неизвестно, сколько времени Алиса пребывала в блаженном неведении, но однажды, выворачивая карманы брюк мужа перед стиркой, она обнаружила квитанцию из медицинского центра на фамилию Молокян...

еще одна ошибка Виталия: я нигде не работаю потому, что богата просто до неприличия. Но, в отличие от большинства присутствующих в этом зале, моя семья получила капитал абсолютно законным путем — в наследство.

Скучный вечер приближался к завершению. Дамы, увешанные ожерельями, серьгами и браслетами, уже разговаривали тише, кое-кто из мужчин включил сотовые телефоны. В последнее время на тусовках стало модно их отсоединять, всем своим видом демонстрируя: видишь, пришел в гости и забросил все дела.

У меня есть он — мальчик с глазами цвета счастья. Мой родной. Мой любимый. И он обязательно придет и станет моей анестезией. Моей отдушиной. Моей верой в то, что я еще кому-то небезразлична в этом полном уродливых чудовищ мире.

— Что ты делаешь? — хрипло спросил он. — Считаю твои родинки, — целовала я очередную, до которой дотронулась. — Зачем? — взъерошил Ярослав мою макушку. — Чтобы помнить тебя… всегда.

— Я не монстр, — шептал он мне на ухо. — Ты хуже?

Я хотела жить, а не существовать под ее гнетом. Хотела любить не таясь. Хотела совершать собственные ошибки и учиться на них. Я хотела быть личностью, а не блеклой зашуганной тенью, которая шарахается от звука имени собственной матери.

Стоило только кончикам пальцев соприкоснуться, как нас било молнией и притягивало. Веки тяжелели. Дыхание перехватывало. Сердце в груди билось так, что, казалось, еще чуть-чуть — и оно просто проломит ребра и выскочит, стремясь стать еще ближе к объекту своего поклонения.

Я тоже хотела быть с ним. Пусть и так, когда нас соединяла только невидимая нить радиоволны, которая пульсировала под нашими пальцами и отдавалась прямиком в самое сердце. Бам! Бам! Бам! Прием, прием, как слышно? На связи любовь…

Просто я наконец это заметила. Все мы... были просто детьми, которые страдали от потери близких.

Как только пройдет эта ночь, я буду ждать того дня, когда мы снова сможем встретиться.

Я так упрямо и отчаянно продолжала жить… И что же в итоге у меня осталось?.. С какого момента все пошло наперекосяк?

Среди дворян, которые постоянно плетут свои интриги, я никому не могла довериться.

Кто бы что ни говорил, для меня важны только семья Нойшванштайн и четверо детей… Вплоть до этого дня я делала все, чтобы защитить их.

Хоть особняк и был полон разных драгоценностей и в нем неустанно тек родник с водами цвета нефрита, да и сад бы полон ароматных роз… До самого конца девочка с розовыми волосами в ослепительном блеске особняка так и не смогла понять, кто же она такая.

— Ты воровал мои вещи! — зашипел белый кот, при- жимая уши. — Это мой дом, убирайся! — Да кому нужен твой тухлый чай!

Повзрослей уже и, если хочешь ко- му-то помочь, делай то, что в твоих силах, а не пытайся прыгнуть выше головы. А иначе и не поможешь никому, и сама сгинешь.

Заблуждаясь, мы множили ненависть. И ненависть вернулась к нам в ответ.

Самое ужасное зло мы совершаем ради добра. И хуже всего то, что мы не считаем это злом.

Хочешь увидеть всю полноту божественного мироздания — путешествуй...

«Еда и чтение – это два удовольствия, которые превосходно сочетаются». Клайв Льюис, писатель и поэт

Особой магией обладают супы: они способны превратить хороший день в тот, что вы запомните навсегда. Например, я всегда буду помнить съеденный после катания с горок мамин суп. А какой суп для вас тот самый? Запишите его рецепт

Два голоса сверху загоготали. После чего один из них добавил: – Геращенков слишком много позволяет этому Бурлаку. Но ничего-ничего, скоро мы до него доберемся! Как покончим с Двуреченским, так сразу! А пока... еще растворчику... чтобы жизнь медом не казалась... Ратманов почувствовал холодок от укола, а потом как по венам побежало инородное вещество. Рита в ужасе отпрянула от него: – Жора! Жора!

Взгляд Ратманова стал максимально жестким. Он добрался до соперника в несколько прыжков и, не раздумывая, швырнул того вниз. Гиляровский хохотнул, глядя, как пьяница летит с лестницы. Но когда тот все же поднялся и предпринял попытку вернуться к квартире, журналист взял забулдыгу на себя, вывел обиженного на улицу и еще долго что-то ему втолковывал.

Возвращаясь домой после тяжелейшего рабочего дня, чиновник для поручений при сыскной полиции удивлялся, а где-то даже и восхищался своим «заклятым другом» Викентием Саввичем Двуреченским. Опять же обманет и обведет вокруг пальца, как ребенка? Как пить дать!

...Открыл глаза в темной тюремной камере. И снова это тошнотворное чувство, когда ни черта не понимаешь: как попал сюда, зачем ты здесь и кто ты вообще такой?! Лишь где-то над ним звучали более-менее знакомые голоса: – Ты нарушил устав, – произнес голос, принадлежавший подполковнику Геращенкову, старшему офицеру Службы эвакуации пропавших во времени.

Утопая в грязи и борясь одновременно с дождем, градом и ураганным ветром, он все же дополз до ближайшей образовавшейся лужи. Бросил взгляд вниз. И прежде чем по нему ударила молния, успел произнести: – Японский бог!

– Что стряслось, милейший? – процедил хозяин сквозь зубы. – Мертвое тело, – загадочно уведомил тот. – Так... – вздохнул Монахов. – Говорят, тот самый! – Какой тот самый? – поручик на секунду приостановил сборы. – Ну, тот самый, пропавший без вести... С нижегородской фамилией...

Подкравшись к дому, сыщик заглянул внутрь. Но внутри было темно и ничего не видно. Тогда Гуров снова подошел к двери, засунул руку во внутренний карман куртки и достал «Макаров». Потом взялся за ручку двери и дернул. Однако дверь была заперта.

Он блефовал. Телефон Теплова не нашли, и, скорее всего, его не удастся найти: кто-то заинтересованный забрал телефон из кармана убитого миллионера. Но Гурову хотелось посмотреть, как прекрасная Инна отреагирует на угрозу разоблачения. Она отреагировала самым неожиданным образом.

«Перед нами два ключевых вопроса, на которые должно ответить следствие, - размышлял сыщик. – Вопрос первый: что заставило Павла Теплова выйти на сцену? И вопрос второй: кто стрелял боевым патроном?»

Взглянув на шею убитого, он тоже заметил маленькое пулевое отверстие. Кровь из него уже перестала идти, но до этого ее вылилось немало – вся рубашка старинного покроя, которую для представления надел организатор театра, была ею пропитана. Возле тела на полу сидела красавица Юля, жена убитого. Она ничего не говорила, не спрашивала, только тихо раскачивалась из стороны в сторону.

Сыщик шагнул к краю сцены и сказал, обращаясь к зрителям: - К сожалению, спектакль доигран не будет. Только что на ваших глазах погиб один из участников представления, Павел Петрович Теплов. Я пока не знаю, что здесь произошло – несчастный случай или убийство. Но в любом случае вы все являетесь свидетелями этого происшествия.

- Отдайте мне оружие! Немедленно! Бизнесмен не возражал. Гуров не стал тут же осматривать пистолет, просто положил его себе в карман. Затем склонился над Павлом Тепловым. Тот был еще жив. На его губах пузырилась кровавая пена, он явно хотел что-то сказать.

Гуров бросил взгляд по сторонам. Бойцы Хворостова расползлись вдоль обочины, стараясь держаться подальше от калитки, а один из них скрылся за бортом джипа. Крячко, лежа на животе в грязи, держал пистолет в руке, вопросительно глядя на друга.

И сразу же вслед за этим из дома раздался выстрел. Судя по звуку, стреляли из двустволки, и это предположение сыщиков подтвердили следы картечи, которые резанули забор из профлиста.

Из-за поворота рядом с домом, с противоположной стороны от того перекрестка, где сыщики оставили свою машину, вылетел черный «Джип». Водитель, видимо, увидев троицу у калиток, нажал на тормоза. Внедорожник немного занесло на мокром асфальте, но остановился он словно влитой прямо напротив калитки.

А еще преступники были невероятно наглыми. Судя по тому, что Гуров помнил об этом районе, поджидать девочку можно было только на дороге непосредственно рядом с отделом полиции! Они совершенно не боялись, что полицейские заметят сам момент похищения.

Максима арестовали около трех месяцев назад по подозрению в предумышленном убийстве, совершенном с особой жестокостью. По версии Сергей Голованова из Лефортовского отдела полиции, Ненашев зверски убил парня, с которым у него возникла ссора во время одновременного участия в онлайн-игре.