Я с детства знал, за кого воевать: за наших против немцев, за красных против белых, за честных граждан против преступников. Сейчас, вне человеческого измерения, все запуталось, но ясно было одно: я оказался в центре противостояния двух невероятно могущественных и непостижимых сил.

Если что-то и сдерживает их от того, чтобы начать стрельбу, то только перспектива отхватить пулю в ответ, пусть и от фактически убитого оппонента. А представь, что один из них получает возможность спокойно выстрелить в лоб другому, так, чтобы точно и наверняка?

Холостяк Гуревич искренне, можно сказать, самозабвенно любил женщин, и они с энтузиазмом отвечали ему взаимностью. Незамужняя - да и замужняя тоже, что уж таить грехи – прекрасная половина коллектива НИИ видела его в томных мечтаниях, которые порой воплощались в жизнь, пусть даже и ненадолго.

Это только на первый взгляд кажется, что восемь лет – очень долгий срок. Годы порой летят куда быстрее часов, проведенных в ожидании, или серых унылых дней, особенно, если время подчинено устоявшемуся и неизменному распорядку. Только и успеваешь замечать, как меняются времена года.

Согласно полученной оперативной информации за квартирой дважды потерпевшего Рубинчика велось наблюдение посредством слежки из неопознанного транспортного средства! – взревел я, надсаживаясь, как на плацу. – Номерной знак государственной регистрации…

Вероятно – запомните это слово! – смерть наступила в результате падения с высоты. Об этом говорят характерные травмы теменной и затылочной части головы, частичная деформация костей черепа и состояние шейных позвонков. Если проще, то вот здесь – видите? – следы мозгового вещества на асфальте, а голова у него болтается, как на веревочке, потому как позвонки компрессионным ударом раздавлены в крошево

Как же он ненавидит это ее умничанье, эти бесконечные сомнения. На протяжении нескольких месяцев Джанго была совершенно бесполезна, ее книжные теории не продвинули следствие ни на шаг, но теперь, когда все закончилось, она продолжает мутить воду и отравлять Брагину существование. Стерва. Ехала бы ты в свою Москву, стерва.

И еще. Пальцы Кирилла в чем-то выпачканы. Брагин не успевает понять в чем именно – ребра ладоней отделяются друг от друга. Открываются двери, распахивается театральный занавес. И он снова видит застывшее лицо. Красивое, но абсолютно лишенное жизни, как… маска. Нет. Даже думать в эту сторону запрещено. - Ты – не он, - сказал Кирилл.

Туман из вентиляции – вещь неприятная, после него некоторое время болит и кружится голова, и ощущается металлический привкус во рту, но это довольно быстро проходит. За то время, что я нахожусь без сознания (не знаю, сколько это длится), он успевает принести порцию галет и воду, а что потом? Смотрит на меня или уходит сразу? Или прикасается ко мне?..

Он – посетитель «Розового опоссума… Он мог приходить за кольцами, их обычно покупают вместе с наручниками и маской из латекса. «Опоссум» работает до двух часов ночи, без перерывов. И мне приходится торчать там три дня в неделю, иногда – больше, если увольняется очередная сменщица: в нашей секс-богадельне - страшная текучка. И я давно могла бы уйти… почему, черт возьми, я этого не сделала?

А она… она не знала, какая страшная судьба ей уготована, подумать не могла, что кромешный ад – вот он, ждет за углом. Продолжала жить своей обычной жизнью, полной планов и надежд, о чем мечтают молодые девушки? Уж точно не о том, чтобы их обнаружили задушенными, с содранным лицом, прикрытым восковой маской.

К виду растерзанных и поруганных тел невозможно привыкнуть, как и объяснить звериную жестокость насильников. Впрочем, и объяснять не надо. Зверь – он и есть зверь, и должен быть изловлен. В идеале – посажен на кол и живьем изрублен на куски. Так думает Брагин-человек. Он думает еще о множестве вещей, - о мести, о каре, о Божьих Мельницах, чей неспешный ход сводит с ума.

Если у мужчины в голове каждый день бубнит голос: «Не кури, сядь на диету, не пей, не опоздай на работу, не забудь поздравить сына с днем рождения, в субботу едем к маме, почему так мало денег принес», то не надо пугаться. Это не симптом психиатрического заболевания. Когда голос примется в очередной раз ныть, посмотрите по сторонам, где-то поблизости определенно окажется ваша любимая жена.

Если Гарик неожиданно исчезает из Ложкина и где-то проводит время, то жди беды. Скорей всего, родственничек Феликса уж в который раз занялся бизнесом. Чего он только ни придумывал ранее. Хотел разводить енотов-полоскунов, которые заменят собой стиральные машины. Но особенно восхитила меня съедобная втулка от рулона туалетной бумаги. Воистину гениальная идея.

В комнату вдвинулся полковник. Я вытаращила глаза. На Дегтяреве были розовые бархатные штаны, напоминающие бриджи. Чуть пониже колен они сужались и завершались широкими отворотами, на которых сияли ослепительно-белые стразы. Далее шли светло-бежевые чулки, а лаковые туфли с золотыми пряжками полковник держал в руках. Торс толстяка упаковали в шелковую блузу с жабо и рукавами «летучая мышь».

В жизни большинства из нас рано или поздно случается событие под названием – свадьба, деваться некуда. Лучше просто пережить катастрофу! Нервничать бесполезно, спорить по поводу костюма пустая затея. Все равно тебя поймают, заставят влезть в неудобную одежду, причешут, засунут твои ноги в тесные ботинки. Прими это испытание достойно.

Я достала из гардеробной красные сапоги-ботфорты с золотыми каблуками, синее мини-платье, широкий пояс с пряжкой. Килограмм тонального крема, нарисованные соболиные брови, разноцветные веки, яркий румянец, губы в красной помаде... Когда я, вся такая красавица, вышла в коридор, собака Мафи, которая именно в этот момент куда-то по нему бежала, села и отчаянно завыла.

Если вы грустите одна дома, то включите сериал про маньяка-вампира, сразу услышите чьи-то шаги в квартире.

Мы, женщины, никогда не врем! Мы уходим от ответа, темним, морочим голову, сочиняем, юлим, недоговариваем, изворачиваемся, грешим против истины, несем чушь, заговариваем зубы, суесловим, пускаем пыль в глаза, выкручиваемся, рассказываем сказки, вешаем лапшу на уши, метем пургу, льем пули, передергиваем, загибаем, темним. Вот все это мы делаем. Но лгать? Нет, ни одна женщина никогда не врет!

Одна из центральных газет опубликовала фельетон под названием «Муха в белом халате». Бойкий на руку журналист вдоволь поиздевался над идеями Лапина и завершил свою статью словами: «Предлагаю сшить для насекомых одежду медиков. Но это шутка. Муха в белом халате, которая всем без разбора начнет прививки делать – сюжет для фантастического романа. В действительности ее не существует. И это радует».

Единственное облако на небе моего счастья – мой вес, который постоянно норовит увеличиться.

Часто у женщины, которая счастлива в браке, для того чтобы ей жизнь медом не казалась, бывает на редкость вредная свекровь.

Птица судьбы имеет на редкость мерзкий характер. Вдобавок, она истерична. Пошлет кому-нибудь подарок, сына, как Игорь, потом спохватывается, кричит: «Что я сделала?» И в следующий раз приносит в клюве тому, кого наградила ранее, замечательную пакость.

Если сидеть на жесткой диете, то жирный сыр со сливочным деревенским маслом необходимо есть без хлеба. От мучного толстеют.

Павел по стенке добрался до стоявшего в коридоре шкафа и, спустя пару секунд, в его руке сверкнул воронёной сталью его табельный ТТ. «Ну давай, сам напросился», — сквозь зубы процедил Зверев.

Одновременно с тем как Зверев повалил Зинку на пол и накрыл её собой, прогремели два выстрела. Пули пробили фанерную стену, и Зверев почувствовал жуткое жженье в правом боку.

Кулак Зверева врезался в небритый подбородок, но так как он был плотно прижат к плечу, голова коротышки даже не шелохнулась.

Степка обозвал соседа «поганым ментом» и вшивым «интелиге́нтишкой», чем очень сильно разозлил Зверева. В результате чего разбушевавшийся дебошир получил пару увесистых оплеух и едва не лишился ещё одного пальца, но на этот раз уже на руке.

— Наш грабитель тоже невелик ростом и получается, что мог взять чулки для себя! Сердобольный и не связан с криминалом… Выходит, что наш воришка — женщина?

— Пропажу картины мы обнаружили примерно через полчаса, после того, как вошли в дом. Она висела вот здесь, - Сычёв указал на одиноко торчащий гвоздь в стене напротив окна. -Воры вырезали её чем-то острым, а рамку не тронули.

– Мы не звери, Сонни. И это на самом первом месте. Далее, – продолжал Вито, поднимая палец, – то, что ты предлагаешь, настроит против нас все семьи, а это, Сон-ни, будет нашим концом. – Пап… – Sta’zitt’! – Вито пододвинул стул к сыну. – Выслушай меня, – сказал он, кладя руку Сонни на колено. – Впереди нас ждут неприятности. Серьезные неприятности, не детские шалости. Прольется кровь.

– Я гангстер, – сказал Сонни, – как и он. Но отец пытается делать вид, будто он законопослушный бизнесмен. – Он законопослушный бизнесмен, – сказал Корк. – Он руководит компанией «Дженко пура», торгующей оливковым маслом. – Совершенно верно, – согласился Сонни, – и все бакалейные лавки в городе предпочитают закупать «Дженко пура», если не желают страховать свое имущество от пожара.

Хотя логика рассудка не понимала, каким образом убийство Фануччи может отомстить за смерть его родных, логика сердца все поняла. И это явилось началом. Следующим человеком, которого убил Вито, стал сам дон Чиччо. Вито вернулся на Сицилию, в свою родную деревушку Корлеоне, и выпотро-шил ублюдка, как свинью.

– Это телка Луки Брази, идиот. – Я понятия не имел, – сказал Том. – А кто такой Лука Брази? – Кто такой Лука Брази, – повторил Сонни. – Тебе лучше не знать, кто такой Лука Брази. Лука вырвет тебе руку и забьет тебя до смерти обрубком только за то, что ты на него косо посмотрел. Я знаю очень крутых ребят, которые до смерти боятся Луку Бра-зи. А ты только что отколол номер с его девчонкой!

Том взял со спинки кровати свой свитер. Накинув его на плечи, он завязал рукава на шее. – Я ирландский немец, – сказал он. – С чего ты взяла, что во мне есть что-то ита-льянское? Взяв со столика пачку «Уингс», Келли вытряхнула одну сигарету и закурила. – Потому что я знаю, кто ты такой, – сказала она. Она театрально помолчала, словно играя роль. – Ты Том Хаген. Приемный сын Вито Корлеоне.

Лука оглянулся на своих людей, и те рассмеялись. Он прислонился к кузову гру-зовика. – Видишь, вот как я предпочитаю вести дела. Я знаю о тебе все. Ты не знаешь обо мне ничего. – И все равно один «кусок» – это нечестно. – Да. Нечестно, – согласился Лука. – Наверное, честно было бы две с половиной тысячи. Но вся беда в том, что вы украли этот виски у Джузеппе Марипозы.

Я была готова поставить на карту все, что у меня было, лишь бы найти свою вторую половину.

Если я буду позволять Люциферу и его демонам разжигать во мне ярость — тьма внутри меня будет только расти, пока не поглотит меня целиком. Я потеряю самое дорогое, что у меня есть.

Но, самое главное, я была влюблена. В Линкольна. Эта любовь была подобна самому яркому свету, который я когда-либо видела, и она постоянно жила у меня в сердце. Ни разлука, ни расстояние не могли притупить это чувство. Оно придавало мне сил и заставляло идти вперед.

Каждому человеку нужен друг, который будет поддерживать его в те моменты, когда хочется сдаться.

Впервые с тех самых пор, как я оказалась в преисподней, во мне вспыхнула неукротимая решимость. Князю Тьмы почти удалось меня сломать, но в конце концов я сломаю его.

Король Франции, командовавший едва ли не самой сильной армией в христианском мире, росточком чуть превосходил карликов, носил обувь на высоких каблуках и старался компенсировать свою невзрачность многоцветьем одежды. Габариты Папы произвели на него столь неизгладимое впе-чатление, что из уголка рта потекла струйка слюны. В этом благоухающем саду Александр и провел переговоры, которые спасли Рим.

Лукреция рассмеялась. — Мы с тобой развяжем священную войну. — Реакция Чезаре ей понравилась. — Папе прибавится дел. Ему придется задабривать Милан, ко-торый очень обидит смерть Джованни от твоей руки, и пытаться заключить союз с Неаполем. Мавр может захватить тебя и бросить в подземелье. Папа поведет свою армию, чтобы освободить тебя, а тут и Венеция попытается отхватить у нас кусок территории.

Жажда мести превратилась у кардинала Джу-лиано делла Ровере в навязчивую идею. Часто он просыпался в холодном поту, дрожа всем телом, потому что Александр не покидал его и во сне. Даже по утрам, когда делла Ровере молился под мра-морными статуями милосердных святых и вели-колепными портретами христианских мучеников, он не переставал думать о том, как уничтожить ненавистного Папу.

Аталанта отвесила ему пощечину. — Меня предал сын! — заголосила она. — Раскрой глаза, мама. Не только Торино, но и кузен Тила тоже участвовал в заговоре против тебя, — настаивал Нетто. Чезаре услышал больше чем достаточно. Быстро вернулся в покои Тилы. Узнав, что произошло, Тила пришел в ярость. — Сплетни! Этот мерзавец Нетто пытается украсть корону у собственной матери. Хочет убить и меня.