Болванка, выпущенная «Зверобоем», пробила броню моторного отсека немецкого танка. Еще несколько секунд, и из клубов серого дыма вперемешку с паром, взметнулись языки яркого пламени, а потом взорвался бензобак, и в небо ударил с гулом столб огня.

Когда сердце его будет завоевано, у нее останется сколько угодно времени для того, чтобы влюбиться в него самой.

Ради одного человека нельзя менять взгляды на порядочность и добродетель.

Пренебрежение здравым смыслом - верный путь к счастью.

Нас часто обманывает собственное тщеславие. Женщины придают слишком большое значение единственному восхищенному взгляду.

Я бы охотно простила ему его гордость, если бы он не ранил мою.

Все знают, что критиковать людей некрасиво. Однако если мы будем просто запрещать себе осуждать — это путь в никуда. Запрет на критику можно сравнить с абсурдной ситуацией: как будто мы пытаемся заткнуть пробкой вулкан, в котором уже начались процессы «брожения» и лава готова вырваться наружу. Рано или поздно извержение все равно произойдет, да так, что мало никому не покажется.

В зависимости от темперамента люди по-разному воспринимают критику и проявляются в ней: «Кому она война, а кому мать родна». Холерика относят к очень горячему типу (человек-кипяток), сангвиника — к теплому, флегматика — к холодному, а меланхолика — к уязвимому, сверхчувствительному.

Критика и дети — несовместимые категории уже потому, что малыши изначально не воспринимают мир оценочно. Вспомните рекламу детского питания, когда ребенок широко открывает рот и ест все, что ему дают. Отец же, поддавшись искушению, пробует содержимое баночки и понимает, что еда безвкусная — без соли, без сахара... Он восклицает: «Да как ты это вообще можешь есть?!»

Корректная критика — это лучший способ проговорить все недоразумения и, «обнулив» эмоции, начать с чистого листа, выводя семейную жизнь, как спутник, на новую орбиту отношений.

Гуров вдруг почувствовал неприятную головную боль, и чем она была вызвана, описать бы не смог. Ощущения были паршивыми. Голова не то чтобы болела, она словно наполнилась дымом — глубоким, цвета густого маренго.

Гуров в который раз поймал себя на мысли, что камеры видеонаблюдения знают больше, чем те, на кого они смотрят.

Употреблять алкоголь во время выполнения задания было строго воспрещено, но иногда правила менялись. Стасу предстояла встреча, для проведения которой требовался ясный ум, и пиво он взял, скорее, для вида.

Гуров был благодарен такому подарку: современные напольные и настенные покрытия выглядят чудесно, но гораздо хуже «держат» отпечатки пальцев и любые следы, которых и без того днем с огнем найти сложно.

Льва Ивановича внезапно как холодным душем окатило. Он сделал в направлении оператора несколько шагов и остановился, заслоняя обзор. Парень недовольно вскинул брови: - Отвали, мужик!

Из дверей показались медики с носилками. Лежавшая на них молодая женщина была без сознания, на это указывала ее рука, свисающая с края носилок.

Первый выстрел прозвучал! Это пушка танка Доброжина. Потом еще один выстрел, и еще. Что он делает? Три выстрела подряд! Сожгут же! А может он и прав, прав, сибиряк, а я не додумался, спускаясь в люк, подумал с досадой Соколов.

В бой танкисты вступили на следующий день после начала войны, 23 июня. После ночного марша они сходу атаковали передовые части фашистов. Атаковали и отбросили. Это был первый бой молодого лейтенанта Алексея Соколова.

Тут же по колонне пронеслась команда «воздух». Ездовые били коней, пытаясь свернуть и укрыться с повозками в лесу, пехотинцы бросались в рассыпную подальше от дороги, падая в траву, забиваясь в овражки.

Русские дрались ожесточенно, до последнего патрона. А когда патроны кончались, они бросались в контратаку. Почему? Этого майор понять не мог.

В результате, корпус был буквально разрезан на части. Бригады и полки дрались в полном окружении, первое время поддерживая связь со штабом корпуса. Потом связь стала прерываться.

В первые же дни войны фашистам удалось во многих местах прорвать оборону развернутых в спешке приграничных частей Красной Армии. В прорыв бросались танковые армады с крестами на бортах, которые ускоренными маршами по дорогам двигались на восток.

– Они тебя тревожат? – спросил Брамалл. – Ты упомянул возможность поражения. – Ковбои хуже всего, – ответил Ричер. – Едва ли я способен сделать с ними то, чего еще не делала лошадь.

– Самый худший случай, – заметил Ричер. – Такое случается, – сказала Маккензи. – Чаще, чем никогда, реже, чем всегда. – И к какому варианту вы склоняетесь? – спросила она. – Надейся на лучшее, готовься к худшему.

– И почему вы решили, что речь обо мне? – спросил Ричер. Накамура снова включила запись. «Если это произойдет, отнесись к нему серьезно. Таков мой совет. Этот парень похож на вышедшего из леса Бигфута. Предупреждаю тебя, ясно?» ДетективНакамура нажала на «Сстоп». – Бигфут? – сказал Ричер. – Не слишком любезно с его стороны.

– Я хочу, чтобы вы покинули округ. – Меня такой вариант вполне устраивает. Я планирую уехать первым же автобусом. – Недостаточно быстро. – Намекаете, что я должен угнать мотоцикл? – Я вас отвезу. – Вы так сильно хотите от меня избавиться? – Это освободит меня от кучи бумажной работы. Точнее, нас обоих.

Он врезал байкеру ногой по колену, тот рухнул лицом на гравий, бум, и Ричер лягнул его по голове, но левой ногой, которая была у него слабее. Обычное дело для правши. Вполне разумное решение. Не нужно заходить слишком далеко. Глупость не является тяжким преступлением. На самом деле это вообще не преступление. Просто гандикап.

– Проклятье, кто вы вообще такой? – Просто человек, у которого не задался день. Конечно, это не ваша вина, но если б меня попросили дать совет, я сказал бы, что портить мой день и дальше – очень плохая идея. Это может оказаться каплей, переполнившей чашу. – То есть, вы мне угрожаете? – Скорее, это как предсказание погоды. Общественные услуги. Вроде предупреждения о торнадо.

Кудрявая резвушка Джойли остановила подруг: — Пошли во дворец — принесём янтарные бусинки и шёлковые ленты, нашьём их на платье, и наша королева будет самой красивой в Дримландии. — Но мы не можем уйти отсюда, — возразила Мерилли. — Платье должно наполниться солнечным светом, только тогда оно будет переливаться радужными бликами.

Чичяврики подбежали к троллю. Он бережно прижимал к груди старинную книгу. — Вы ничего не трогали? — строго спросил дедушка. — Нет, мы же обещали! — ответил за обоих Брегон. Дедушка Ватролль и не заметил, как виновато опустил глаза Клайм, густо покраснев от стыда.

Вдруг ему на глаза попался необыкновенный шарик. Он лежал прямо посреди стола, плавно переливаясь всеми цветами радуги. Шарик был величиной с лесной орех. У Клайма зачесались руки — до того захотелось потрогать шарик. В это время раздался голос дедушки Ватролля: — Брегон, Клайм, идите сюда!

В этот день все тролли собирали клюкву. Маленькие троллята сновали туда-сюда с корзинками ягод. Кстати, у троллей имена не такие, как у остальных жителей Дримландии. У малышей они состоят из одного лишь слога. Например: Ва, Ми, Ля... Когда троллята достигают совершеннолетия, к имени прибавляется окончание «тролль», и получается Ватролль, Митролль, Лятролль...

Дедушка Ватролль очень умный и помнит много такого, чего не помнит никто. А лет ему столько, что он уже и сам сбился со счёта. Дедушка любит сидеть на добротной дубовой скамеечке возле своего уютного домика, потягивая чай и размышляя о чём-то своём.

Посреди Серебристого леса на солнечной поляне, покрытой шелковистой травой, четыре придворных эльфийки шили праздничное платье для своей королевы. Много дней они собирали лёгкий пух одуванчиков, пряли из него пряжу, ткали полотно, кроили и сшивали. Наконец, работа подошла к концу.

…запряжённый в легчайшую колесницу (все звали её несерьёзным словом «качалка»), несётся, выгибая шею и разметав гриву белый лебедь Крахмал, - вот-вот взлетит, помашет крылом и растает в зелёном апрельском небе…

…мысленно создавая обнаженную Дылду, он словно бы составлял её из какого-то гибкого и сладостного конструктора, который, в конечном счёте, не имел никакого отношения к ней - живой, очень подвижной, смешливой и цельной…

…Нет-нет, это не про нас, говорил себе, у нас всё будет здорово: ясно и радостно. Никаких цыганских страданий. Никто не встанет между нами, - с какой стати? Мы же положены друг другу…

…словно занавес раздвинулся: соловьиный концерт был заявлен и нежными всполохами звени ахнул, стих… вновь пыхнул, распространяясь целой кавалькадой серебряных лошадок – цокотом, цокотом…по всему небу…

…над зеркальной гладью воды высился красавец-сосновый бор, отражаясь в озере гигантским золочёным гребнем, над которым в закатном небе золочёными пёрышками тлели редкие облака. Вся картина казалась отлитой на заказ искусным ювелиром…

…привычное, вскользь произнесенное «в ночном», вдруг Сташека подкупило, как и рукопожатие давнего врага, как и честное «устал», поманило серебристой рябью на реке, дунуло рассветным ветерком, окликнуло тихим лошадиным ржанием под звяканье упряжи…

Говорят, что женщины встречаются друг с другом или чтобы похвастаться, или чтобы поплакаться. Какая глупость! В смысле: почему «или»? Некоторые настолько талантливы, что могут совмещать: так сетовать на тяготы жизни, что все вокруг обзавидуются. Вика была как раз из талантливых. Сидя за столиком напротив старой знакомой, она изливала ей свои горести, картинно теребя дорогие кольца.

Читая эти строки, вы можете решить, что парфюмерные маньяки совершенно безумны, что так жить нельзя, и вообще им лечиться надо. И будете правы! Вот только это не лечится, а парфюмерию не любят лишь те, кто в ней ни разу ничего не понимает. Открыв для себя однажды мир божественных ощущений, не сможешь расстаться с ним никогда.

Не подумайте, что я люблю посплетничать. Я не передаю слухи. Почти никогда. А вот послушать иногда люблю. В нашем загородном посёлке летом наступает полный штиль. Хорошо, что есть вездесущая соседка Марина, добавляющая красок в эту сельскую идиллию. Сейчас, сидя на моей веранде, Марина прихлёбывает чай и смотрит на меня заговорщицки, не решаясь начать разговор.

— Здравствуй, Илья! — Здравствуй, Марта! Два лица, обращённых друг к другу, отразились на мониторах. Так ли звали наших героев, никто не ведает. Ясно лишь, что один хотел зваться Ильёй, а другая хотела походить на Марту — лучшую версию себя, мираж, явленный в пластиковой рамке чужого ноутбука.

Пружинящей походкой, подсмотренной в каком-то голливудском фильме, Оксана шла по Большой Дмитровке. 2005 год, согласно гороскопу, сулил ей невероятный финансовый взлёт и обретение большой любви. Девушка хотела получить всё и сразу и твёрдо верила, что выйдет замуж за долларового миллионера.

Однажды Лиза задумала подготовить однотомное издание «Братьев Карамазовых» для новой охоты. Найдя в сети аспиранта Литинститута, она сделала ему уникальный в своём роде заказ. Юноше предстояло подчеркнуть все классические фрагменты и снабдить текст цветными закладками. А ещё — широко раскрыть роман и слегка пожамкать каждую страницу.

«Мушкетер» — так назывались вакансии торговых представителей в международной компании, производившей энергетики. Рекрутера, который занимался поиском кандидатов на эту вакансию, звали Арамис (реальное имя). Звучало это так: «Здравствуйте, меня зовут Арамис, я ищу мушкетеров…» А когда кандидаты приходили в кадровое агентство, секретарь громко объявляла: «Арамис, к вам подошел мушкетер».

Одна очень эмоциональная дама узнала, что ее собираются уволить и передать дела более молодой коллеге. Все ожидали от нее криков и истерик, а она молча положила на стол «преемнице» веревочку и кусочек мыла.

Как-то рекрутерам в Москве поступил заказ от международной компании, которая искала менеджера по работе с клиентами в Ереване. Одно из обязательных требований — свободный армянский. Один из интервьюеров придумал, как проверить знание языка — просил спеть хорошую песню на армянском.

По дороге на интервью с Генеральным директором локальной IT-компании два кандидата один за другим попали в аварию. Просто мистика! Когда рекрутер назвала причину неявки второго кандидата, у директора хватило чувства юмора поинтересоваться: «Это такие кандидаты или я грешный?»