На африкаанс разговаривают в Африке. В основном, в ЮАР, Намибии. На остальной территории он также распространен. Как в странах бывшего СССР, когда нужно разным народам пообщаться, они говорят на русском. Ну а африканцы – на африкаанс. В командировке я поднатаскался в языке, но не так, чтобы вести непринужденную беседу. Больше слушаю и вникаю.

Турист сидел ко мне спиной. Но эту спину я узнаю в толпе. Командир! Генерал… Какая разница, какой генерал. Какая у него приставка «майор», «лейтенант», «полковник». Генерал, и все! За глаза Шефа называли Потапыч.

За окном где-то далеко шумел бразильский карнавал. В душе плескалась юная мулатка – прелестная дева, с которой я познакомился несколько часов назад. Приятно после жаркого секса опрокинуть стопочку обжигающего рома, отхлебнуть горячего кофе, закурить сигару, открыть ноутбук. Ощущаешь себя настоящим самцом. Тем паче, что прелестница в душе в два с лишним раза моложе тебя.

Протасов не стал разыгрывать сцену, не стал ничего говорить. Пиджак и стены сараев превратили выстрел в еле слышный гулкий хлопок.

Никто из сидящих в «тарантасе» не понял, что произошло. Никто, кроме Василькова. Он, уложив на сиденье Костю, прыгнул к Егорову, схватил его за пиджак и рванул назад ‒ подальше от крутившейся под ногами гранаты.

Мишка припомнил первый день на передовой. Как нырнули под вагон четверо бывших блатных, как их выловили и по¬ставили перед строем. Как капитан-энкавэдэшник махнул рукой, и мощный винтовочный залп раскидал по земле их мертвые тела…

- Боюсь, не доживет до утра, ‒ негромко поделился Иван с товарищами результатом первичного осмотра. ‒ Пока он в сознании, попробую задать пару вопросов…

Из-под арки выскочил невысокий мужичок. Девушки заметили, как в его руке блеснул тонкий металлический предмет, как мужичок взмахнул им и коротко ударил сверху вниз…

‒ Обычное дело ‒ убийство с целью ограбления. Совершено группой от одного до трех человек. Засели в подворотне, дождались одинокого прохожего и нанесли жертве удар ножом в шею.

Стреляли из пистолетов – дружно и плотно – из северного конца подвала. Гордин распластался за бетонным постаментом. Не отказала же интуиция! Закричали офицеры, захваченные врасплох, покатился фонарь.

Взрыв в городе прогремел - как гром среди ясного неба! За сквером, там, где начиналась плотная застройка, встало облако дыма. Капитан Волынцев, грязно ругаясь, первым побежал через парк.

Это был тот самый объект – загруженный в автотранспорт. Два двухтонных грузовика – не так уж и много. Вывозили самое ценное (включая продукцию), остальное могли бросить.

Немец ударился о каменную стену затылком, треснула кость. Глаза фашиста остановились, он сполз по стене с приоткрытым ртом, волоча за собой кровавую дорожку, сел неловко – явно не жилец.

Старший лейтенант лихо провел подсечку, и немец разбил лицо о брусчатку. На нехватку мышечной массы Валентин не жаловался - схватил фашиста за шиворот, стал поднимать. Тот брыкался, шипел, давясь кровью.

Находка была жуткой. Женщина лежала в мусоре, одетая в глухую ночную сорочку, ноги были подогнуты, позвоночник искривлен. Белокурые волосы растрепались, перепачкались грязью.

– Боже мой, Фэй! Что случилось? Наконец-то. Она подняла глаза и увидела, как к ней осторожно приближается Крис. Мона размахивала руками. Плевалась и фыркала. Хватала ртом воздух. Вот она скрылась под водой. Опять показалась, закричала, но хлебнула воды и ушла вниз. Больше она не поднималась. Остались только темная вода и пенящиеся волны...

– Я хочу установить камеры во всех офисах и комнатах. Камеры наблюдения. Такие, чтобы никто не видел. Думаю, это единственный способ поймать лазутчика. Я уже связался с охранной фирмой. Они приедут послезавтра. Я хочу, чтобы ты помогла мне их принять. – Во всех комнатах? – Именно.

Тут раздается звук. Он доносится с моря и эхом отдается о скалы. Глухой, монотонный рев со стороны старого маяка. Туманный рупор. Моя первая мысль: этого не может быть. Известие предназначено кому-то другому, какому-нибудь старику в деревне или склонному к суициду придурку, блуждающему в лесу. Это предупреждение тому, кому суждено умереть.

Тезис 4: Темнота является сутью света. В миллиметре под поверхностью земли царит полная темнота. Внутри твоего тела совершенно темно, тем не менее ты живешь и излучаешь энергию. ДНК, присутствующая в твоих клетках, светом не обладает, однако она – схема того, кто ты есть. Темнота является сутью света

Тезис 3: Сумерки одного человека являются рассветом другого. Твое истинное «я» может существовать только при свободе от постоянной боязни возмутить или обидеть других, или причинить им вред. Жажда одобрения является наихудшей болезнью человека.

Не думайте, что вы обладаете иммунитетом к сектам – это может случиться с кем угодно и когда угодно. Особенно когда вы меньше всего это подозреваете.

Прямо на ее глазах происходила удивительная метаморфоза: Аладьин медленно расправил плечи, поставил голову прямо и перестал смотреть куда-то в сторону — из угловатого, вечно ноющего слюнтяя с бегающими глазками он вдруг превратился в спокойного, уверенного в себе мужчину с холодной сталью в глазах.

Аладьин сидел в неубранной постели, неотрывно смотрел в точку на стене и время от времени вздрагивал, словно по телу пробегала судорога. Убранство комнаты было скупым — стул, стол, кувшин, керосинка. На оберточной бумаге лежали аккуратно порезанные кусочки сыра — очевидно, остатки скромного вчерашнего ужина. — Вы написали формулу? — поинтересовался Илья Алексеевич. — Они п-придут за мной....

— Господа, — начал он торжественным тоном, — я решился пригласить вас выступить свидетелями финальной части грандиозного эксперимента, который длился пять дней. Вернее, сам эксперимент длился более тридцати лет, — профессор обвел глазами лабораторию, — а пять дней — это лишь кульминация долгого пути.

Илья Алексеевич встал. Баратова вздохнула с некоторым облегчением, потому что не хотела сообщать крестнику причину собственного визита к прорицательнице — она рассчитывала узнать, кто виновен в смерти супруга, которого нашли мертвым в своем кабинете вот уже шесть лет назад. Экспертиза установила отравление, но ни виновного, ни причину убийства следствие так и не определило.

Профессор подошел к очагу, запрокинул голову к потолку и около минуты шевелил губами, после чего вылил содержимое пузырька в небольшое отверстие, которое, как оказалось, имелось наверху шара, и кивнул ассистенту. Аладьин запечатал дырку глиной, потом обхватил шар длинными щипцами и поместил шар в огонь.

Под сводами было темновато. Старший дворник Сидоров водил фонарем, освещая участки, на которые устремлял взор сыщик. Стены были обильно покрыты пятнами крови, стекшей струйками вниз; имелись следы рук. Темнели пятна и на земле. Илья Алексеевич поднял с земли студенческую фуражку, повертел. Эмблемы не было.

Теперь английские колонии непосредственно граничили с юга с двумя государствами буров. С севера, впрочем, тоже. И с востока, и с запада. Исторический опыт показывает: соседство с англичанами никого не доводило до добра. А уж полное окружение англичанами...

Особо напоминаю: дикий террор в ходе сипайского восстания происходил в те самые годы, когда англичане поднимали шум до небес об «ужасах российского крепостного рабства» и проливали реки крокодиловых слез о судьбе поляков, «стенавших под русским игом»...

Военные и штатские в равной мере вершили кровавый суд или убивали туземцев без всякого судебного разбирательства, независимо от пола и возраста.

Французские войска состояли из французов. Турецкие – соответственно, из турок. Сардинские – из итальянских. Что до британцев, изрядную часть их воинства составляли не этнические англичане, вообще не жители Британских островов и не подданные Великой Британии. Навербованные в Европе наемники – немецкие, фламандские, польские и чешские. Ну вот не любила Англия воевать собственными руками!

Но меня не отпускает одна мысль: а как быть с теми десятками миллионов (так!) трупов индийцев, на которых, словно на питательном растворе, и выросла промышленная держава номер один – Великая Британия. И долго удерживала это первенство.

Мебель, одежда, товары всех сортов летели через окна на улицы и сгребались теми, кто там находился... На улицах лежали трупы старых и молодых, богатых и бедных, которые погибли, защищая свой город... Весь день саперы заняты были тем, что жгли город, а солдаты и лагерная прислуга тащили все, что плохо лежало.

Ее отец был чудовищем и едва не свел ее побоями в раннюю могилу. Эти шрамы не рассосутся. Не те, что на теле, а те, что на душе. Они даже не исцелились до конца. Ремесло аккредитованного убийцы дало ей то, что Рил обрести не рассчитывала. Четкую обоснованность действий. Добро против зла. Добро побеждает. Зло будет наказано. Она будто убивала собственного отца – снова и снова.

За свою карьеру он слышал их не единожды. Два дульных выхлопа, соответствующие двум винтовочным выстрелам с большого расстояния. За ними последовали звуковые следы летящих пуль. Два глухих удара означали столкновение этих пуль с человеческими телами. И последние два глухих удара, когда трупы довереннейших телохранителей Ди Карло рухнули на землю. Охранный периметр прорван.

Роби так ничего и не нашел. Много времени не потребовалось – дом не так уж велик. А что его поразило, так это сходство дома с его квартирой – не по размерам и планировке, а по содержимому. Вернее, по его отсутствию. Никаких личных вещей. Никаких фотографий. Ни сувениров, ни безделушек. Ничего, показывающего привязанность Рил к кому-либо или чему-либо. «Точь-в-точь как у меня».

Открыв ноутбук, Уилл вставил накопитель, и жизнь Джессики Элиз Рил ожила перед ним во всей своей мегапиксельной красе. Но прежде чем он успел приступить к чтению, прожужжал телефон. Роби открыл письмо, только что порхнувшее в его ящик. Весьма лаконичное. «Извини, что дошло до этого, Уилл. Разумеется, в живых может остаться только один. Эгоистично надеюсь, что это буду я. С уважением, Д. Р.».

– Надо ее взять, – заявил Гелдер. – Живую или мертвую. Предпочтительнее живую, чтобы мы могли выяснить, что это за чертовщина. – Понимаю, – отозвался Уилл. – Не сомневаюсь, у вас есть план, как это осуществить. Синий поглядел на Гелдера. Гелдер поглядел на Роби. – Вообще-то, вы и есть план, Роби, – выложил он.

Ее рассудок заполнял пробелы, о существовании которых полиция и не догадывалась. Мишень была просто мишенью. Монстром, заслуживающим смерти. Это не интересовало Рил ни капельки. Она прикончила множество монстров. Их место занимали другие. Уж так устроен мир. Тут можно лишь постараться чуточку вести в счете. Рил сосредоточилась на других вещах. Тех, что полицейские не видели.

Ваша вторая ошибка – ее мнимый таллинский адрес, который вы внесли в учетную карточку якобы с ее слов. Вы ведь были в командировке в Таллине в сороковом, это отражено в вашем личном деле.

Определив по петлям дверцы в перегородке, что она открывается внутрь, я ее бесцеремонно пнул, прошел внутрь, взял тот стул, что не валялся, а стоял, как приличному канцелярскому стулу и полагается согласно орднунгу, вынес и поставил рядом с Линдой.