Земля — волшебное творение, все зависят друг от друга. Люди, фейри, животные, насекомые, растения, океаны, реки… Если что-то удаляется, то появляется эффект цунами для остального.

Фейри живут среди нас, похожи на нас. Притворяются и вписываются в этот мир. Но они хотят нас уничтожить, сделать своими рабами, питаться нами и убивать нас.

Ты загадка, мисс Ковач. Волна, разбивающаяся обо все. В тот момент, когда ты появляешься в поле зрения, все переворачивается вверх дном и ломается.

Фейри почитали богов и богинь, и эта новая ценность быстро распространилась среди молодежи. Люди постарше придерживались своей веры в единого бога. Я не верила ни в то ни в другое. Я верила в себя, в свою семью и друзей.

Феям даже не нужно было использовать свое очарование, потому что большинство из них были похожи на людей и настолько ошеломляли, что человек сам попадал в их сети.

Феи не являлись милыми, крошечными, крылатыми существами, как их описывали в книгах из далекого прошлого. Даже близкого сходства нет. Похотливые, жадные, злые и горделивые, некоторые из них приманивали своей внешностью людей, чтобы питаться ими.

Когда стена между Потусторонним миром и Землей рухнула, магия выплеснулась и уничтожила множество созданных человеком вещей — те, что не смогли противостоять ее силе. Начиная от мостов до ноутбуков, все оказалось переработано в этом новом мире.

Когда двадцать лет назад между миром фейри и Землей рухнула стена, титулы потеряли свое значение. Правителям достался кусочек города, который они делили с фейри.

Фейри жили среди нас с незапамятных времен. Некогда они были правителями Земли, а потом им пришлось скрываться на протяжении веков, живя в царстве, называемом Потусторонним Миром. Так было до тех пор, пока старая, озлобленная королева фейри не изменила этого, разорвав завесу между мирами и соединив их вместе.

Эвадна мало что знала о магии, лишь те обрывки, которые она почерпнула, читая мифы и слушая сплетни, которые что долетали даже до таких отдаленных мест, как Дри. Но она точно знала, что волшебство можно не просто произнести, а спеть. Магия, проявленная через песню, всегда сильнее, куда более опасна.

После окончания Дестри каждый маг надевал серебряное кольцо. Сила их магии определялась по тому, на каком пальце они носили кольцо. Кольцо на мизинце свидетельствовало о весьма слабом магическом потенциале. Кольцо на большом пальце носили величайшие маги.

Эвадна родилась без магии в крови. Поэтому, чтобы обрести магический дар, ей необходимо обладать одной из божественных реликвий.

Столетия назад, когда королевство Корисанда только зарождалось, девять богов и богинь спустились вниз, чтобы жить среди людей. Они ели пищу смертных, пили их вино, спали в их постелях. И со временем их магия богов просочилась в кровь смертных, и родились волшебные дети.

– Еще одна проблема – это ресурсы, – продолжил Линкольн. – Город Ангелов не такой уж большой. Демоны значительно превосходят нас числом, и они захватили слишком много нашей земли. Мы пытаемся оттеснить их ряды и вернуть хотя бы какую-то часть территории, но, когда это, наконец, происходит, все выглядит вот так, – он указал на пейзаж за окном.

– Это светлая магия? – озадаченно спросил Линкольн. Я подняла бровь, но Шия проигнорировала его вопрос. – Это магия, от которой у него рога отвалятся, – заявила она.

Говорят, если жизнь подкидывает тебе лимоны – нужно сделать из них лимонад. Что ж, я просто утопала в лимонах.

В том, чтобы иметь лучшую подругу, было что-то успокаивающее. Не простую подругу, с которой вы разойдетесь через пару лет, а верного товарища на всю жизнь. Мы с Шией всегда были готовы поддержать друг друга, несмотря ни на что, и эта мысль дарила мне невероятное облегчение.

Ах, то самое подмигивание. Я невольно вздохнула. Подмигивание номер четыре. Каждый жест Линкольна, каждое выражение его лица, были высечены в моем сердце, и я научилась различать их без особого труда.

От последней строчки у меня закружилась голова. Армия Нечестивых? Что это вообще такое? Наверное, что-то похожее на Армию Падших, но... неужели теперь демоны отправляли детей сражаться и умирать за городскими стенами? Это было отвратительно.

Граната полетела под бензовоз, вторая взлетела вверх и упала на кабину машины. Буторин закрыл голову руками и бросился в сторону, в примеченную им канаву. Он упал, вскочил, и тут весь мир вспыхнул ярким огнем и жаром. Буторин не понял, упал ли он сам, или его швырнуло на землю взрывной волной.

В этот момент, поливая очередями то место, где он лежал минуту назад, трое словаков бросились с криками вперед. В одном из них Шелестов узнал офицера. Длинная очередь с фланга, неожиданная для врага, сделала свое дело – все трое, один за другим замертво повалились в траву, роняя оружие.

Максим повел стволом и дал короткую очередь. Один из солдат тут же рухнул в траву, вторая очередь прозвучала почти одновременно, когда Шелестов успел навести оружие на врага. Третий отпрыгнул в сторону и залег за стволом дерева. Видимо его пули не задели.

Шелестов успел выставить руки и принять удар ладонями о приборную доску, щепки полетели на лобовое стекло, но толстый металл капота «шкоды» выдержал удар, и машина вылетела в парк под густые кроны деревьев и сразу полетела вниз по склону.

Реакция у Шелестова была мгновенной. Он даже не успел подумать о том, что человек за спиной не станет сразу стрелять. По крайней мере, заминка в пару секунд будет. И Максим использовал эти две секунды, мгновенно просунув ствол своего пистолета под мышку и, не целясь, выстрелил в незнакомца.

Как только Буторин увидел спину офицера, он тут же шагнул из-за дерева навстречу солдату. Перед ним мелькнули испуганные расширившиеся от страха глаза, а потом он просто зажал врагу рот рукой и дважды ударил снизу вверх ножом под ребра.

Многолетняя выдержка позволила Лаптеву сохранять спокойствие и невозмутимость. Стоит фотография покойного диктатора три миллиона американских денег, и что с того? Мало ли поклонников Саддама Хусейна на Ближнем Востоке живет? Ребята там денежные, у каждого второго своя нефтяная вышка, почему бы за фотку любимого президента месячный доход не пожертвовать?

Примерно около часа дня в окошечко киоска постучал покупатель. Мамедов, не вставая с места, палкой с крючком на конце открыл дверцу и получил три пули в голову и грудь. Его тело обнаружили покупатели, заинтересовавшиеся странным шипением из колонок киоска звукозаписи.

Лев Иванович понял, что главврач и Саддам Хусейн говорят о нем, и захотел чуть-чуть, на самую малость, приоткрыть глаза, и в узенькую щелочку посмотреть, как на самом деле выглядит всесильный Раис. Эльза словно предугадала его намерения и сжала раненому руку: «Не сходи с ума! Увидит Саддам Хусейн, что ты подсматриваешь, и выжжет тебе душу».

Как по заказу, за покупками на базар заехала бригада скорой помощи. Санитар, штатный сотрудник военно-медицинского управления республиканской гвардии, поставил Нине укол в руку, вставил в вену капельницу. Потерявшую сознание женщину доставили не в больницу, а в Русский городок. Через час она скончалась.

Судьба в этот день благоволила подросткам. Солдаты их преследовать не собирались, до спасительных многоэтажных домов оставалось добежать совсем немного, но Сатана решил развлечься, пощекотать людям нервишки. Не иначе, как по его наущению, Борзых остановился и во всю мощь завопил: - Стреляй, криворукий урод! Только в ногу себе не попади!

Действительность оказалась еще хуже: длинноволосая хрупкая блондинка замерла перед письменным столом хозяина, а он… Морозов осторожно приблизился к девушке. Она стояла, закрыв рот ладошкой. Её любовник сидел, откинувшись в кресле. Голова его безвольно свисала на бок, по белоснежной рубашке с левой стороны груди расползалось алое пятно.

– Приведи мою дочь сюда, и я скажу ей это лично. Ярдли долго молча смотрела на него, недоумевая, как она могла любить вот такое? – Эдди, уясни вот что: я скорее умру, чем позволю ей встретиться с тобой. – Возможно, ты все равно умрешь, – усмехнулся он.

Какое-то мгновение Ярдли молча смотрела на дочь. – Да, мы его обязательно найдем. – Если он действительно подражает Эдди, для него высшей наградой, возможно, будет расправиться с нами, – спокойным тоном произнесла Тэра, уставившись себе под ноги. – Убить семью Эдди Кэла.

– Тут существует один-единственный путь. Эдди Кэла должны казнить. Он предпочтет умереть, но не выдать информацию задаром, поэтому вы можете отмахнуться от него, посчитав, что он говорит неправду, или… – Или? – Или дать ему то, что он хочет. – А что он хочет? – Вас.

Ярдли остановилась перед дверью в спальню. Двустворчатая дверь с бронзовой фурнитурой. Она мысленно представила себе, как Айзек утром распахнул обе створки… и увидел то, что увидел. Взявшись за обе ручки, она толкнула двери, как это сделал бы ребенок. Казалось, комната встретила ее безмолвным криком.

Ее бывшая начальница, вышедшая в пятьдесят лет на пенсию и открывшая ресторан, как-то посоветовала ей: «Покажешь свои чувства – и ты просто эмоциональная женщина, которой нельзя доверять. Будешь держать их в себе – и ты холодная сука, которой нельзя доверять. Выбирай, что тебе больше нравится».

Эдди Кэл. По профессии он был художником и скульптором. Из тех, кто всегда ходит в джинсах и футболке, заляпанных разными красками. Ярдли очень любила это в нем – полное безразличие к мнению окружающих. Она находила это неотразимым. Лишь потом, когда всплыли совершенные им убийства, Джессика поняла, что у него это получалось бессознательно.

Мало что способно повысить настроение так же, как книги.

Все, что мы ищем, оказывается именно там, где мы это находим.

Некоторым из нас приходится совершать массу ошибок, прежде чем мы станем такими, какими должны быть.

Жизнь так коротка; мы должны окружать себя людьми, общение с которыми доставляет нам радость, и бывать там, куда нас тянет сердце.

- Вот и поговорили… Славный получился разговор, - скривился Рыжий, посмотрев на запрокинутую голову Федора Агафонова. Каким-то чудом труп продолжал удерживаться на стуле, зацепившись ногой за ножку стола. Двое других, сидевших рядом, уткнулись лбами в столешницу.

Выхватив из карманов два револьвера, Семен тотчас выстрелил в грудь сидевшему напротив Рашпилю. Развернувшись, расстрелял еще двоих. - Заслужить, значит должен! Заслужить! - пальнул он в спину катранщику, попытавшемуся выскочить из комнаты.

Стоя на пустынной чужой улице, Иван Максимов окончательно уяснил, что идти ему больше некуда. Жилье, которое он оставил, было для него пустым. Посторонним. И если ему все-таки однажды удастся вырвать из своего сердца Варлену, то на этом месте останется большая черная пробоина.

Иван Максимов невольно обратил внимание на ладони говорившего: ухоженные, красивые, пальцы длинные и тонкие, не знавшие тяжелой и грубой работы, каковые бывают только у карманника. По всем приметам - виртуозный щипач.

Наклонившись над убитым, Иван Максимов внимательно всмотрелся в его умиротворенное лицо. На вид не более сорока пяти лет. Правильные благородные черты лица. Прилично одет. На дорогом демисезонном тонкосуконном пальто из темно-синего драпа, основательно перепачканного кровью и грязью, наблюдались два узеньких отверстия от ножа.

- На месте падения убитого Колокольцева очень мало крови. Это означает, что ножевые ранения нанесли в другом месте. - Глядя себе под ноги, стараясь не затоптать возможные следы преступления, Сизов добавил: - Капли крови ведут в сторону Тишинского рынка. Давай глянем.

Мягкая улыбка появляется на полных, таких привлекательных для поцелуев губах, прежде чем он беззвучно произносит нашу любимую фразу «Ты следишь за мной?»

Зи, ты заслуживаешь, чтобы тебя любили безоговорочно, но для того, чтобы это произошло, ты должен выложить на стол все свои карты.

Моя единственная надежда на то, что кнопка вызова стюардессы над его головой перегорит и перестанет работать.