Неважно, сделанное дома, купленное в pasticcerie или съеденное в баре, в Италии, как и в большинстве других регионов мира, сладкое едят каждый день почти все. Это может быть ложечка сахара в утреннем или послеобеденном эспрессо, печенье или кусок сладкого пирога на завтрак, десерт после ужина — место для «сладкого момента» в течение дня есть всегда.

Все годы, что я помню, у нее рядом с подушкой стояла маленькая жестянка, полная печенья, для ее собственных полуночных «чрезвычайных ситуаций» или для раннего утра, когда все мы, внуки, заваливались к ней в постель и умоляли ее почитать нам сказки. Всю свою жизнь она почти никогда не расставалась с «печеньками», держа их под рукой.

Начать день с пирожного, печенья или сладких булочек — это прекрасно… К счастью, в Италии завтрак редко бывает несладким. Обычно он представляет собой горсть печенья, иногда тосты с вареньем, и практически всегда сладкое запивается кофе.

Сладости заставляют нас чувствовать себя счастливыми. Десерты эмоциональны — они пропитаны сладким сиропом ностальгии, ароматизированы приятными детскими воспоминаниями и подаются с порцией игривой прихоти. Когда нам грустно, мы хотим мороженого, заварного крема, пирожных и шоколада, а не салата и сардин.

Пока начальник службы охраны наливал, Вячеслав подошел к окну. Олимпийская деревня опустела. Спортсменов уже торжественно встретили в Москве. Оба рейса. Наверняка в Кремле прием устроят.

Получив технику оружие и средства связи, Богданов вернулся в отель, а уже вечером из города по трассе Мюнхен – Зальцбург одна за другой вышли три машины. В первых двух - боевая группа «Дон» с переданными офицерами службы безопасности, в последней, офицеры «Штази» во главе с майором Зиверсом.

Боевики, конечно, могут захватить частный дом, когда в нем никого не будет. Или с заложниками. Обстрелять самолет. Но вот уйти им из Лимберга уже не удастся.

- Главарь террористов, как и обещал, вышел на связь в 10 часов. Он сообщил об одиннадцати захваченных израильтянах. Хотя сбежавший из дома некий Тувье Соколовски, судья по тяжелой атлетике, рассказал о гибели двух спортсменов, вступивших в схватку с боевиками.

- Боевики не идиоты, Карл, - ответил Богданов. – Они уже внимательно отслеживают обстановку у здания проживания израильской делегации и сразу срисуют твоих и моих парней.

- Ни намека на принадлежность к Организации освобождения Палестины. Вот такие дела, Слава. Можешь сообщить своему куратору о бездарной работе майора «Штази» Зиверса, хотя уже наверняка сообщил кто-то другой.

Бальдур поцокал языкам. – Знаешь, он не единственный, кто играет в эту игру. Но он – один из немногих, кто в результате становится от этого еще омерзительнее. Худшего притворства я в жизни не видывал. У людей, когда они читают Библию, глаза бегают по строчкам. У него – нет. Держу пари, он просто сидит и мысленно разыгрывает свои больные фантазии с детьми.

Вчитываться не пришлось. Взгляд зацепился за имя обвинителя, и Хюльдар даже вскочил от неожиданности: Бенедикт Тофт, человек, умерший в подземном гараже.

Единственный свидетель по делу об отрубленных руках был мертв. На бетонном полу подземного гаража лежал Бенедикт Тофт, отставной прокурор и владелец дома, возле которого были найдены те самые руки. Теперь рассчитывать на его показания уже не приходилось.

Трёстюр с силой – так, что побелели костяшки пальцев – сжал подлокотники кресла. Черные тату проступили почти рельефно, и Хюльдар вроде даже разобрал слово ultio на левой руке и dulcis на правой. Ни первое, ни второе ничего ему не говорили.

Ухватившись за болтающуюся крышку, Хюльдар попытался вернуть ее на место и, собравшись с силами, позвал на помощь. Снова налетел ветер. Мышцы горели от напряжения, глаза слезились, а Хюльдар не мог даже поднять руку. В какой-то момент он пожалел, что не сидит в офисе, разбираясь в банальной школьной загадке. Потому что там, в окрашенной красным воде, плавали две человеческие руки.

Хюльдар нашел нужное письмо и прочитал еще раз про себя. «В 2016 умрут следующие люди: К, С, БТ, ЙЙ, ПВ и Э. Скорбеть по ним никто не станет. А уж я – меньше всех. Жду не дождусь». И никаких сердечек или улыбающихся рожиц.

Человеку свойственно размышлять об абстрактных материях, особенно в том возрасте, когда все, что он в этой жизни мог, он уже сделал, а силы ещё есть, и при этом вокруг нет ни войны, ни революции, и всё идёт как идет. Бежать некуда и пока незачем, спасаться не от кого и, что немаловажно, борьба за кусок хлеба и крышу над головой выиграна — по крайней мере для него и его ближайших наследников. Тут в

Мир изменился. Он менялся постепенно и те, кто им ещё вчера командовали как хотели, этого не заметили и не поняли. Они по-прежнему делают всем замечания по любому поводу, признают или не признают президентов и правительства, устраивают или пытаются устроить перевороты, ссылаются на международное право, интерпретируя его в собственных интересах, накладывают санкции, требуют и критикуют...

Печально, когда приходится в очередной раз разочаровываться в человечестве. Но, наверное, ничего с этим не поделаешь. Такое уж оно. Не так печально, когда происходит это из-за очередной партии, тем более, партии-неудачника. Вечного, с начала 90-х, борца за власть и президентство, которая все свои шансы упустила так давно, что многие в стране уже и не помнят, когда это было — родились позже.

Предложение Польши, обращённое к ФРГ, использовать вместо "Северного потока — 2" для поставок природного газа в Европу, их собственную трубопроводную систему "Baltic Pipe", поражает своей оригинальностью. Такой аттракцион невиданной щедрости... Редко когда цирк на конной тяге таких масштабов можно увидеть. Во всяком случае в Европе.

Насчёт того, что Навального не могли отравить "Новичком", потому, что это газ, не говорил и не писал нигде. Его, как и Скрипалей, им не могли отравить совершенно по другой причине. Боевое ОВ — это штука, применение которой заточено на горы трупов. Которых ни в Солсбери нет, ни в Омске. А был бы "Новичок", в какой угодно форме, были бы трупы.

Ну, ладно. Чего по прошлому страдать? Его не вернёшь. Хотя бы воспоминания сохранить — уже хорошо. Что были мы в космосе, были в Антарктиде, были в глубинах океанских. Что не всё деньгами мерили и были в стране такие люди, которыми весь мир до сих пор гордится. И это точно не те, кто сейчас в высоких кабинетах сидит.

Я выросла в лесу вместе с амазонками. Моя жизнь складывалась вполне нормально — во всяком случае, нормально для воспитанницы амазонок — а потом в лесу случился пожар. В день пожара моя опекунша погибла, самородки живой лазури, защищавшие район, где я жила, были похищены, а я обнаружила, что могу творить магию.

Амазонки не рассказывали истории о войне, но Широн как-то раз поведала своей воспитаннице о том, как полтора века тому назад горстка воительниц-кочевниц основала поселение в чаще леса Аркадия, богатого залежами живой лазури.

Гиперборея, город магов. Говорят, там всегда жарко, ибо царит вечное лето, а улицы вымощены золотом; настолько велико богатство этого сказочного града.

В прозрачной поверхности отражались облака, а за ней виднелось множество круглых башен, одна выше другой; вершины некоторых башен почти касались внутренней поверхности купола. Зеленые, синие, охровые, розовые — это буйство красок казалось миражом на фоне серых болот, свинцового неба и мрачных гор.

Хотеть нравиться другим – совершенно естественное и вполне невинное желание, если только оно не становится всепоглощающим и не ведет человека к глупым или нескромным поступкам. Учитесь узнавать и ценить похвалу, которая заслуживает того, чтобы ее получить, и вызывайте восхищение хороших людей тем, что вы настолько же скромны, насколько и красивы.

Пожалуй, я пойду прямо сейчас, прежде чем я успела подумать об этом и испугаться.

Радости быстро идут на смену горестям, и я склонна думать, что перемены уже начались.

Любовь изгоняет страх, а благодарность способна победить гордость.

Когда вы чувствуете, что недовольны своей судьбой, вспоминайте о дарованных вам радостях и будьте благодарны.

Если Мартын – ментовской агент, он мог пообещать Лесе отпущение грехов. Ну, а чем он еще мог ее купить?.. Вряд ли Мартын похож на идиота, но Ялик, похоже, готов был использовать любую возможность, чтобы спровоцировать его на ошибку.

Дверь открылась, и комната наполнилась хрустальным сиянием порочной чистоты. Леся стояла перед ним с распущенными волосами, в длинном прозрачном халате на голое тело, запах желания, смешанный с ароматом французских духов, глубоко проник в его сознание.

Он выходил в крайнюю точку на одной линии с противником, чтобы не оказаться в клещах. И как только добился своего, резко свернул вправо. Губастенький разгадал маневр, принял стойку, собираясь встретить его мощным ударом.

Удар оказался еще и мощным, слышно было, как что-то хрустнуло в грудной клетке. Щекастый упал, попробовал подняться, но у него остановилось дыхание, он в ужасе вытаращился на Мартына.

Он стоял к ней боком, нижнюю часть тела скрывала спинка дивана, а верхняя была обнажена. Мощная шея, на сильных рука бугрились трицепсы, напряжены были и мышцы спины. Он поступательно двигал бедрами, ногами упираясь в пол, его голая задница мелькала перед глазами.

Мазай только схватился за штангу, когда тяжелый баскетбольный мяч с силой ударил его в голову. Мазай надавил на штангу, но слабо и не в том направлении. Эффект внезапности не сработал, и атакованный Альберт легко выровнял ситуацию, толкнув штангу на Клеща.

Смерть приходит под утро. Если с ней не договориться, разумеется.

Страх невидим, именно поэтому его сложно преодолеть.

Бойся пламени — оно твой спутник, а сожженные кости — лишь память о прошлом, которое погребено в рыхлой земле.

Для нее этот город, окутанный туманом, казался до боли знакомым, угнетающим и мрачным. Он был таким же, как ее приют: старым и угрюмым, в нем витала магия. Ее вязкие нити тянулись вдоль улиц. Черные, скользкие, с редкими голубыми прожилками.

От него пахло крепким кофе, привычным мужским одеколоном с легким хвойным шлейфом и прошлым, которое медленно ускользало из рук.

Близкие люди есть у всех. Живые или мертвые, но они есть.

Мы проигрываем, не успев даже начать. Враг может не беспокоиться, сражений не будет. Дайте жителю Анк-Морпорка дубинку, и кончится тем, что он забьет себя до смерти.

Настоящий ночной кошмар – это разъяренный библиотекарь. Со значком Ночной Стражи.

Если не получается расправиться с драконом, коронуй его и сделай вид, что так все и задумывалось.

Что общего способность убивать драконов имеет со способностью править королевством?

Нет такого понятия, как умеренная осторожность. Вы либо очень осторожны, либо мертвы. Вы еще ходите и дышите, но конечный исход уже предопределен – вы все равно мертвы.

Хороший книжный магазин - это просто-напросто благовоспитанная Черная Дыра, которая умеет читать.

Я понимаю, что это звучит так, будто я сторонница всяких теорий заговора, но мне кажется, что Хаос хочет, чтобы ты была именно здесь. Если я и узнала что-то о Кассардиме, так это то, что совпадения здесь далеко не случайны.