– У нас есть планы на сегодня? – поинтересовалась я, распахивая шторы. – Думаю, прогулка по деревне субботним утром могла бы быть внесена в план первым пунктом. Надо показаться народу. Посмотреть, что к чему. Собственно, я еще ничего тут толком не видела. Кроме трупа.

– Ой, ради всего святого! – воскликнула моя спутница. – Прекрати вести себя так, будто ты чертов телохранитель – этим ты только расстроишь аборигенов. Едва мы вышли из дома – и ты только и делаешь, что следишь, нет ли за нами хвоста.

– Вы обещали мне праздную жизнь, – напомнила я, выкладывая на тарелку леди Хардкасл вторую сосиску. – И ты ее получишь, – она нанизала сосиску на вилку и помахала ею перед собой. – Герти договорился насчет двух подающих надежды потенциальных слуг, и они придут к нам завтра. Так что скоро у тебя появится столько времени, что ты не будешь знать, куда его девать.

Их всех, как солдат, окружала смерть, и они пользовались ею как собственным оружием. Испугаться смерти для воина – то же, что пригласить ее, чтобы отдать душу.

Такие браслеты носили только Щиты Сенапа – самые мерзкие среди солдат крепости. Одной рукой они предлагали доброту, а другой вырывали сердце.

Вопреки себе самой она тянулась к нему. Очень жаль, что придется его предать.

Вирусы гриппа размножаются очень быстро - симптомы проявляются через два-три дня после заражения, а коронавирусу требуется до 14 дней. Так как же определить у себя наличие коронавируса?

Специальных препаратов, лечащих коронавирус, нет. Лечение при заболевании, вызванном новым коронавирусом, заклюючается в снятии симптомов и поддерживающей терапии. Ведётся разработка лекарства, направленного на специфическое лечение коронавирусной инфекции и её профилактику.

Коронавирусы, как правило, являются зоонозами, то есть вирусы передаются от животного к человеку и лишь после передаются дальше от человека к человеку. Источниками прошлых вспышек заболеваний, связанных с коронавирусами, изначально были цветы и одногорбые верблюды, прежде чем заразились люди.

Мало кто знает, что коронавирус был открыт ещё в 1960 году и получил своё название из-за ворсинок на своей оболочке, по виду напоминающих корону. Известно, что коронавирусы могут вызывать целый ряд заболеваний - от обычной простуды до ближневосточного респираторного синдрома (Mers) и тяжёлого острого респираторного синдрома (Sars).

Когда я вызволяю коробку, Рен поднимает свободную руку и кладет ее на мою. Одной прижимает пистолет ко лбу, другой — мой кулак к груди. Его сердце бешено бьется, точно как и мое. На меня смотрят голубые глаза-льдины, чистые, как небо у нас над головами. Девушки на свою беду могли бы утонуть в этих глазах.

Впервые за долгое время в груди возникает знакомое ощущение, как будто кто-то изнутри резко толкнул меня локтем. Там, где сердце. Я закрываю глаза и дышу ртом, ожидая, когда это пройдет.

Я поворачиваюсь на восток, в сторону деревни. И хоть ее и не видно отсюда, я живо представляю себе лесопилку у реки, ее без устали крутящееся колесо, которое засасывает озерную воду. Бревна размалывают в волокнистую массу, и целые бочки воды во время этого процесса превращаются в пар. Озеро становится облаком.

Хочешь выжить — стань умнее его. Если бы я шла на поводу у своих инстинктов, если бы убегала, когда он входит в комнату, вздрагивала всякий раз, когда он берет в руки нож, или молоток, или ружье, он бы понял, что что-то не так. Начал бы задавать вопросы, волноваться, и тогда мне пришлось бы беспокоиться по-настоящему. А последнее, что тебе нужно, — это заставлять убийцу нервничать.

У людей столько способов увидеться друг с другом: машины, автобусы, а с помощью больших пальцев они могут легко открывать двери; они могут уйти из дома в любое время и прийти, когда им заблагорассудится. Я никогда не знал такой свободы, и это научило меня терпению: я должен ждать у двери, положив голову на лапы и навострив уши, чтобы не прослушать шаги

Я заметил, что некоторым людям бывает очень трудно найти друзей. У собак всё просто. Обнюхиваете друг друга, вежливо пьёте из одной миски и наслаждаетесь вечной дружбой. А вот если ты человек, нужно столько всего помнить: тут потрясти руку, тут показать зубы, тут кивнуть, но не слишком сильно. Я помогаю, как могу.

Краков был первым путешествием и началом целой эпохи моих путешествий, которых набралось за семь лет больше ста пятидесяти. За это время я совершил почти шестьсот перелетов, преодолев в небе дистанцию равную трем расстояниям до Луны. Побывал на всех континентах, совершил кругосветку и посетил почти сто стран мира, некоторые из которых по 10 раз и более.

— Поищите целые кровати в соседних номерах. Лампочку выкрутите там же... Феерично! Еще никогда в жизни мы не носили по лестнице кровати, собирая их из откровенного хлама по разным номерам (потому что у девчонок в комнате с ними тоже оказалось не все хорошо), и не чинили проводку в монгольском отеле. А когда, закончив ремонт в номерах, мы к ночи улеглись спать, началось невероятное.

В Монголию мы решили ехать со своим диваном. Ну а почему бы и нет? Кто-то берет в путешествие гитару, кто-то любимую собачку, а я решил, что хочу взять с собой… диван. Какая-то мебельная комиссионка на окраине Иркутска, два часа танцев вокруг машины в попытках взгромоздить эту дуру на крышу, и в итоге почетное место в кузове Toyota Hilux.

Вы когда-нибудь поднимались на борт ледокола по веревочной лестнице с крохотного резинового катера в неспокойных водах северных широт? В теплом бушлате и с 15-килограммовым рюкзаком фототехники за спиной? То-то. А другого варианта заброски на ледокол у нас не было, так что пришлось сжать сфинктер и шустро взлететь по лестнице на палубу.

Сколько раз я читал в комментах к очередному путешествию: «Везет!», «Как круто!», «Я бы тоже хотел/хотела!», и вот она — возможность. Сделать-то нужно немного: чуть поднапрячься, написать небольшой текст о себе, найти, чем можно зацепить чувака по ту сторону айфона, чтобы он выбрал твое сообщение из остальных… Но нет! Даже на это у многих нет желания.

— Так, ну вот мы и в Кончинке! (Есть такой населённый пункт на границе Московской и Тульской областей, не удивляйтесь). — Роберт от неожиданности аж дернулся. Посмотрел в окно на знак, ухмыльнулся.

Страх – это то, что мне очень хорошо знакомо. Клаустрофобия, панические атаки, страх оставить включенными газ и воду, страх сойти с ума, страх одинокой беспомощной старости, страх морщин, страх полноты, страх смерти близких, страх финансовой несостоятельности, страх войны, в общем – та еще трусиха!

Наступление эры радиотелефонов застало меня в «Ночных снайперах», где продвинутым мобильным пользователем была Диана Сергеевна. Настоящая фанатка всевозможных информационных технологий: интернета, сотовой связи, скайпа, ICQ. Меня это нередко раздражало и даже вызывало приступы ревности – она постоянно с кем-то созванивалась и переписывалась.

Самое ценное, что
есть у каждого из нас, – индивидуальность. Максимум, что человек может
приобрести за свою жизнь, – самого себя. Лучшую версию самого себя. Какой смысл играть чужую роль, беспрекословно доверяя законам, придуманным задолго до тебя обществом, с которым, по большому счету, тебя мало что связывает?..

Когда пришло время определяться с инструментом, я категорично заявила: «Хочу играть на скрипке». Сказала как отрезала. Это был совершенно осознанный выбор. Когда выбираешь такой инструмент, как скрипка, поначалу не представляешь, какие сложности тебя ждут. Не говоря о тех сложностях, которые поджидают соседей.

Маме и бабушке, слава Богу, хватило мудрости и терпения меня не форматировать под среднестатистические стандарты. Некоторые родители берут на себя завышенные полномочия и пытаются кроить судьбу ребенка по-своему. На меня же старались не давить, оставляя за мной право на собственное мнение и самостоятельные решения. Первое из которых я приняла в пять с половиной лет...

В тот день, когда меня забрали из ЛПМИ насовсем, мы с мамой привычно пошли на прогулку. Дойдя до места, где мы раньше поворачивали назад, мама не остановилась. Я же знала границу, до которой обычно гуляли. Не сразу вняв уговорам, я тронулась с места, но очень неуверенно... Демаркационная линия была преодолена – во всех смыслах. Мне было чуть меньше трех лет, когда я стала Светой Сургановой.

Мне гораздо легче рисковать жизнью ради человека, чем быть с ним любезной, когда мне этого не хочется.

В восемнадцать лет ни голова, ни сердце не болят долго, а ласковое слово может помочь преодолеть большинство невзгод.

Счастливейшее королевство женщины – дом, а высочайшее искусство – править в нем не как королева, но как умная жена и мать.

Помни, погоду в семье делаешь ты и, если у тебя подавленное настроение, не жди солнечных дней.

Cердце, как цветы, – их нельзя открыть силой, они должны раскрыться сами.

Можно флиртовать вот так, – сказала Джули, шутливо выставив грудь вперед, – а можно вот так. – Она постучала пальцем по виску. – Второй вид дается сложнее, потому что в него приходится вкладывать больше себя.

От одного взгляда на эту тринадцатилетнюю девочку захватывало дух. Она была похожа на тех несчастных детей, которым крепят крылышки на спину и фотографируют для календаря в образе ангелочков. Длинные светлые волосы падали ей на плечи непокорными завитками, а голубые глаза пронзали насквозь. Селеста производила впечатление… Да, его без преувеличения можно было бы назвать неземным.

Просто нужно встретить правильного человека. Кого-нибудь необычного. Того, кто понимал бы меня. Того, с кем бы мы идеально подходили друг другу. Я хочу, чтобы в наших отношениях были жар, химия и неразрывная связь. Понимаешь, о чем я? Мне хочется именно такого. Я оставила обычное и посредственное в прошлом.

Так что следующий Новый год мог начаться с долгого, чувственного поцелуя. Порой, когда они переписывались, у Джули возникало странное ощущение. Будто она чувствует его и знает, каково это – находиться рядом с ним вживую. Джули одернула себя. Что за глупые мысли. Может быть, между ними не пробежит искры. Может, вся эта глупая игра в переписку сводилась к одному флирту и ни к чему большему.

Мэтт приходил ей на помощь, каждый раз, когда ей это требовалось. Для такого зазнайки он оказался на удивление хорошим учителем, поэтому они часто занимались вместе допоздна. Разумеется, за все это время ей ни разу не представилось возможность помочь ему. Не стоило тешить себя надеждой, что у Мэтта могут хоть с чем-нибудь возникнуть трудности.

Она шмыгнула носом и почувствовала, что еще секунда – и она превратится в хлюпающую смесь слез и соплей. Вот что с людьми делает любовь. Выворачивающая наизнанку, всепоглощающая, вдохновляющая, многогранная, повергающая на колени любовь.

Человек понял несбыточность своей мечты и стал глядеть на звезды, которые теперь были от него дальше, чем когда-либо, с горечью и разочарованием.

Сотни ученых, не помня себя от счастья, раскручивают колесо науки. У тысяч инженеров и специалистов кругом идет голова от их невероятных открытий. Как далеко вы ушли от остальных людей? На миллион лет или больше?

Если когда-нибудь вернешься не таким, каким улетал, уноси ноги. Не жди ни минуты.

И я не собираюсь вместе с вами наносить визит верховному королю Элдреду, принц Балекин. Понимаете, я уже был во дворце. С вашим братом Даином. И принес клятву верности. Если он станет верховным королем, я готов принести присягу ему и только ему одному.

— Ты сказала, что это подарок на то время, когда тебя не будет рядом. Разве такое случится?

— И в этих историях герою необходимо сделать что-то невероятно ужасное с этим существом. Скажем, отрубить ему голову. Пройти испытание. Но испытание не любовью, а доверием, которое и снимает чары.

Что бы мы ни любили, любовь — наша самая большая слабость.

Ройбен попытался открыть рот, сказать хоть что-нибудь, чтобы остановить взмах ее руки, но приказ королевы сковал его, не позволяя совершить ни малейшего движения. Какой глупец! Нефамаэль насмехался над ним, искусно провоцируя, чтобы он совершил ошибку. Даже то, что прежде королева упустила возможность упрекнуть его, вероятно, было частью плана.

— Я говорю только с вами, госпожа, — сказал Нефамаэль. — Но не о вас. Ваши слабости мне знать не положено.

Вот и вы не такой, как все. Я было надеялась встретить заурядного мужика, чтобы он по условиям контракта не пил и не курил месяц, полюбить его за этот месяц и зачать хорошего мальчишку. Больше женщине разве что надо? Чтобы любовь и дети. На большее мы и не претендуем. Сами справляемся. И чтобы дети были здоровы, сыты, обуты, одеты, образованы, сильны и умны. Всего-то. И любили бы всё живое.

Я вас понял. Я, простой придворный офицер, герцог по дяде, скажу вам так. Мало ли кто как рождается, и мало ли какие родители друг друга ненавидят и готовы убить, а их дети терпеть не могут друг друга и родителей. И ничего из этого не следует. Жизнь идет! Мало ли! Если бы все вешались из-за семейных неприятностей, вообще бы на свете остались одни зайцы да медведи.