Академия серафимов – одна из девяти секретных академий мира, занимающихся образованием и обучением детей нефилимов.

Сожаление – эмоция, которая больно жжет изнутри даже самых сильных нефилимов.

– У всех нефилимов есть врожденный боевой инстинкт.

Все нефилимы происходят от определенных прародителей. Определенных классов ангелов, если так проще. Даже если у двух нефилимов из разных линий родства рождаются дети, они всегда наследуют ангельские гены одного, а не обоих родителей. Одна из наших целей, особенно с учетом того, что о твоих родственниках мы не знаем – определить, к какой линии принадлежишь ты.

Диверсанты трезво смотрели на вещи. В случае войны с Германи¬ей они предлагали одним ударом поставить ее на колени. Каким об¬разом? Очень просто: перекрыть немцам «кислород». Германская экономика имела два уязвимых места: румынская нефть и шведская железная руда.

Ранним утром 7 ноября 1938 года к воротам германского посоль¬ства во французской столице подошел Гершель Гришпан. Охраннику у ворот он заявил, что хочет сообщить важные све-дения германскому послу Иоганнесу фон Вельчеку. Поскольку по¬сла в тот момент не было, молодого посетителя отвели в кабинет секретаря посольства Эрнста фон Рата.

Обратите внимание, что у Гитлера нет еще ни пяди земли Закарпатья, а французский посол говорит в своем письме о следующих шагах фюрера для развертывания армии против России. Для отторжения Украины у СССР ему нужна территория Польши и Румынии.

Из всего вышесказанного можно сделать только один вывод: Гитлеру кто-то оказал огромную финансовую поддержку! Он от кого-то получил средства на такой экономический рост. Строительство автобанов и военные заказы сами по себе не мог¬ли поднять экономику.

Словно хороший предсказатель, Гитлер постарался рассеять все сомнения, которые могли бы возникнуть у тех господ из английской разведки, что будут читать его книгу. Союз Германии и России — это вековой кошмар англосаксов. А вдруг эти две континентальные дер¬жавы подружатся?

А то, что делает Гитлер, еще смешнее. Летом 1940 года после раз¬грома Франции он начинает атаковать Британию самолетами. Это недолгое воздушное единоборство войдет в историю под названием «Битва за Англию». Выиграли ее, как известно, англичане. Почему?

Быть сиреной — значит ничего не бояться, никогда не испытывать голода или жажды, никогда не сомневаться и не беспокоиться. Это совсем другой образ жизни. Беззаботный и чудесный. Иногда я хочу этого, но сирена убивает все человеческое внутри меня, заставляет забыть всех людей, которых я так нежно люблю.

Сирена все еще пытается взять верх надо мной. Она безжалостна и груба. Она жаждет получить удовольствие, почувствовать сладкий вкус силы.

— Ты прекрасна. Ты — самый потрясающий человек, которого я когда-либо встречал. Ты бесстрашная. Тебе нравится опасность, нравится заставлять своих друзей смеяться, а врагов дрожать от страха. У тебя есть сила, чтобы получить все, что только пожелаешь, но ты упорно трудилась ради того, чтобы стать тем, кто ты есть.

Половина, доставшаяся мне от матери-сирены, дает мне три уникальных дара. Пока со мной сила моря я одним пением могу заставить мужчин делать все, что захочу. Я способна читать эмоции мужчин — они проявляются в виде цветов, которые следует расшифровать. И последнее, — я могу сказать, что мужчина ищет в женщине, и использовать это, чтобы манипулировать им.

Королева сирен — поистине грозное существо. Морское чудовище, лихорадочно высматривающее человеческую добычу.

Он рывком притянул ее к себе, и она, слишком удивленная, чтобы сопротивляться, почувствовала запах смерти у него изо рта. Смерть сочилась из слов, из угроз и требований, которые он предъявил ей.

– Знаешь, что? Я бы, наверное, заплакала от радости, если б меня пригласили в вашу компанию тогда. Но сейчас, наверное, пройду мимо.

Хюльдар широко ухмыльнулся. – А, уже соскучилась… Фрейя состроила гримасу. – Нет. Ждать кого-то и искать – совершенно разные вещи.

Люди, повинные в самых отвратительных деяниях, зачастую оказываются последними трусами, когда преимущество не на их стороне. Им доставляет удовольствие издеваться над слабыми. Вот тогда они чувствуют себя сильными.

Хранить дурные секреты опасно; они будут глодать тебя изнутри, как черви гложут яблоко. Снаружи яблоко выглядит нормальным, но если ничего не делать, то рано или поздно черви выберутся на поверхность. Поверь, тебе это не понравится.

– Так мило, что вы беспокоитесь о моем здоровье, но мы не это здесь обсуждаем. Мы говорим об убийстве девушки и исчезновении паренька, а вы скрываете информацию. Ваша коллега только что пела вам дифирамбы. Говорит, вы недавно спасли человека на автостоянке. И вот вы молчите, отказываетесь говорить, хотя можете спасти еще одну жизнь. Жизнь совсем юную… Не могу в такое поверить.

Опыт обладает обучающей силой, которая намного превосходит слова.

Никто не знает, насколько велика Цитадель на самом деле. Я могу только сказать вам, что она больше, чем можно себе представить.

Легенда гласит, — продолжал Хьюго, — что Цитадель не всегда была изолирована от мира. Было время, когда на земле царил мир, и знания распространялись свободно. Люди поровну делили свой труд и обрабатывали землю, чтобы всем хватало еды. Все занимались искусством и наукой, жизнь была приятной, а города процветали.

Черный дракон, дракон Цитадели, несет в себе мудрость души. Напротив него красный дракон представляет неконтролируемые и разрушительные порывы нашей первобытной природы. На протяжении веков два дракона вели беспощадную битву, чтобы определить, какая из двух сил будет влиять на судьбу человеческой расы. Их почти равная сила и воля привели к тому, что борьба стала бесконечной.

Сам по себе инструмент никогда не бывает хорошим или плохим. Решающим фактором будет то, в чьих руках он находится.

Хорошая история подобна лекарству, подмешанному в мед, которое дают ребенку: ее поэзия успокаивает и занимает ваш ум, а глубокий смысл без труда проникает в подсознание.

Я не понимала, где заканчивается моя воля и начинается магия. Мой разум превратился в водоворот хаотического отчаяния. Я потеряла связь с землей под ногами, логику и все те амбиции, которые руководили моей жизнью. Все, что я могла делать, это двигаться вперед, шатаясь в темноте. В этот ужасный сон.

Любой, в ком есть хотя бы капля настоящей магии, по приказу короля Олдера переезжает в Айронвальд, королевский город. И даже они не могут сделать все, о чем он просит. Никто не может превращать железо в золото, покорять королевства или обращать вспять смерть. Одной лишь магии здесь недостаточно.

Я представила себе магию ясновидения как топор — инструмент, которым нужно овладеть. Он полезен, опасен, но он всегда находится во власти того, кто им владеет.

Моя магия была секретом, оружием, которое я не могла доверить никому другому.

Магия — это не просто какое-то желание, это множество желаний, которые загадываются снова и снова в течение дня. Это образ жизни. И без магии я — колесо, которое не может ехать.

Я не должна была обладать такой силой. Каждый день я пыталась приручить ее, сделать незаметной. Но она никуда не исчезала и лишь закипала внутри, становясь с каждым днем все сильнее. Гудела на кончиках моих пальцев, в груди, в горле. Разрасталась все больше и больше. Достаточно было лишь одной единственной искры… Моя магия — дикий зверь, неукротимая волна. Мой способ выжить.

– Истовые правоверные оптимисты – они дружно и весело живут по всей Котовропе. Но есть подлые, беспринципные шкуры, которые сбивают их с пути истинного! Мерзкие плаксы, бесхребетные нытики, тщедушные неудачники. У них много имен. Но служат они одному злу. И имя ему – пессимизм. На всех неверных лежит его печать. Пессимисты своим нытьем оскверняют веру в дивное будущее и чудесное настоящее.

Вскоре Миудея говорила только о двух вещах. Во-первых, о великом Хозяине, который живет где-то там (правой верхней лапой при этих словах обязательной надо было показывать вверх) и который всенепременно заберет к себе домой всех праведных котов. И, во-вторых, о его домашнем любимце, о блаженном Пушке, который когда-то уже жил в пентхаусе у Хозяина.

Пушок опустился на подстилку. За последний месяц кот сильно сдал. Он перестал следить за своим мехом, и тот обильно скатался. Шерсть из белой стала грязно серой. Половина усов сломалась, а нос превратился в одну большую ссадину – результат пьяного столкновения с мостовой. Картина перевоплощения Ученого Кота из лучшего друга во врага-завистника становилась всё отчетливее. Пушок сжал кинжал в лапе.

– Котафины – самое прекрасное место на свете. Но в соседи нам досталась Цап-Царапта. Когда-то мы были одним государством. А потом Цап-Царапта решила отделиться. Наш образ жизни, видите ли, их не устраивает. А мы всего-то отменили выборы. А то раньше столько возни было с избранием новых правителей. Приходилось бегать – агитировать, драться за голоса электората. Не надо нам такого счастья!

В какой-то момент особо прогрессивные мургиптяне даже стали высказывать крамольную мысль: «Имхокотус вон сколько лет у власти, а толку ноль. Другое дело – Пушок. Он, конечно, с судимостью, но зато как блестяще решил проблему с варварами…»