Прошло еще десять минут, а Гофман всё не выходил из туалета. Телохранители начали беспокоиться. Они постучались в дверь и, когда никто им не ответил, ворвались внутрь. На полу около унитаза лежал мёртвый Гофман. Из раны торчала рукоятка острозаточенного напильника. Он был убит ударом острого предмета прямо в сердце, среди профессионалов такой удар называется «укус шершня».

« Если положить в карманы одежды куски колбасы, то после авиакатастрофы поисковые собаки быстрее найдут твое тело

Если у человека на вешалке стоят его личные пантофли, значит, он в этом месте живет и его любят

Деньги для того, чтобы их тратить, – отмахнулся Степа, – другой радости от них нет.

Читать Арину Виолову, как есть из мусорного ведра. Она не писатель, спит с издателем, отсюда ее популярность.

Под каждой крышей свои тараканы, – философски заметил муж, – не следует заниматься дрессировкой чужих насекомых.

Если у человека сгорел дом, то он погорелец! А если все затопило, то как беднягу назвать? Утопленец?

«Цветным не нравится книга "Маленький черный Самбо". Сжечь ее... Белым неприятна "Хижина дяти Тома". Сжечь и ее тоже. Кто-то написал книгу о том, что курение предрасполагает к раку легких. Табачные фабриканты в панике. Сжечь эту книгу. ...книга — это заряженное ружье в доме соседа. Сжечь ее! Разрядить ружье!»

Принимая себя такими, каковы мы есть, мы лишаемся надежды стать теми, какими должны быть.

Подчас любовь - это просто твоя способность любить, а не заслуга того, кого любишь.

Свободен лишь тот, кто умеет улыбаться.

Наши проблемы - это прежде всего то, что мы сами о них думаем.

Вы должны понять, что любовь - это тайна, пролегшая меж двумя людьми, а не сходство двоих.

Вам нравится быть любимым. Мне же нравится просто быть.

Ванечка, ладно бы Топтыгина она нашла. Эти представители рода человеческого умны, сильны, часто богаты. Ее возлюбленные — суслики.

То Эли милая, ласковая, замужняя дама. То гадкая особа в разводе. Настроение и, соответственно, поведение родственницы напрямую зависят от того: есть у нее законная половина или женщина в свободном полете.

Меня дрессировали, как пуделя, — заулыбалась Вера, — поэтому, став взрослой, обожаю перед сном есть в кровати роллы! Вытираю пальцы о пододеяльник и ощущаю себя счастливой. — О! — воскликнул я. — Никогда подобным не занимался. Роллы в постели! Звучит заманчиво.

Есть женщины — кактусы. Что им не скажи, они иголками заколют. Встречаются леди-водопады, начинают рыдать при каждом удобном случае. Существуют и денежные вампиры, при общении с упомянутой особой останешься без копейки.

Вот до чего дошел прогресс, — вздохнула Ирэн, — жаль, в планшет обкаканую собаченьку не укутать. — У меня есть пресса, — прошептала Анна Ивановна, — только там одни объявления. — Отлично, — улыбнулась соседка, — текст в данном случае не важен.

Почему-то принято считать, что все представители сильного пола не ведают страха. Но это не так. Боятся все. Просто одни трясутся, дезертируют с поля боя, а другие клацают зубами, но идут в атаку и побеждают.

Если не хочешь, чтобы твоя жизнь пошла под откос, никогда не общайся с теми, кто пустил под откос свою жизнь.

У тебя возникла огромная проблема длиной с Великую Китайскую стену и толщиной с Кутафью башню Кремля! Ты мучаешься, задаешь кучу вопросов себе и другим людям, переживаешь, думаешь: «Почему так получилось?» Это все твои эмоции! Убери их! Отбрось! И тогда сообразишь, что произошла простая фигня. А с ней легко справиться.

Никогда не верил в энергетических вампиров и прочую фигню, но после общения с этой мадам понял: есть, есть душевные кровососы! Они среди нас! Короче, купи носки из стопроцентной шерсти себе и Вовке, их надо нацепить в прихожей. Ирина не желает видеть ваши туфли и тапочки. Только новые носки! С чеком, где стоит число покупки. Если носки были приобретены месяц назад, то их использовать нельзя!

Роза Леопольдовна ухитрилась сохранить детскую веру в слова людей, поэтому она, услыхав от мужчины «люблю тебя», полагает, что вслед за этим высказыванием ей подарят обручальное колечко. Но для некоторых представителей сильного пола признание в чувствах ничего не значит, оно как ритуальное пение. Ну что-то вроде «люблю, люблю, трамвай куплю». Почему Краузе на ее пути постоянно попадаются подобные?

Я еще раз посмотрела в зеркало, потом зажмурилась. Нет, не желаю видеть эту женщину. Но нельзя же жить с закрытыми глазами! Придется их распахнуть. Давай, Лампа, прояви храбрость! Может, мне просто показалось, что посеребренное стекло продемонстрировало монстра? Ну, раз, два... Романова, подними веки! Я уставилась в зеркало. Надежда на то, что чудовище исчезнет, не оправдалась.

Человек большой мастер сам себе создать проблемы. А чтобы жить счастливо, надо понять: все свои сложности ты организовал лично. Вот тогда и жизнь наладится.

Артем открыл глаза и понял, что лежит на чем-то твердом. Он очнулся от нестерпимой боли и сразу все вспомнил. Мирный вечер в доме у реки, шухер, побег, погоня, разборка, выстрел... С трудом он повернулся на бок и почувствовал, как потекла кровь по предплечью. «На этот раз ты конкретно вляпался, - подумал он. – После такого уже не оправиться».

Когда пуля настигла Лазарева, он еще бежал. Капитан попытался замедлить бег, как будто это могло спасти, предотвратить неизбежное. Пуля вошла в грудь где-то посередине. Лазарева отбросило назад, он попытался удержать равновесие, но не смог. Боль пронзила сердце. Упав на землю, он встретился взглядом с Абрамцевым. Растерянность застыла на лице, он закрыл глаза.

Абрамцев не сомневался, что этот мужчина – не кто иной, как Григорий Ухряков, по кличке Хромой. Его не было в доме, потому что он решил порыбачить! А ведь всего одна секунда отделяла Хромого от того, чтобы избежать ареста. Вот уж действительно ирония судьбы. Но теперь все будет в порядке. Они дождутся, когда Хромой войдет в дом, и начнут действовать.

Григорий снова заржал, переломил обрез, ловко поддел использованный патрон, тот полетел на пол. Достав из кармана россыпь патронов, загнал один в патронник. Щелкнув затвором, он навел оружие на Егора. - А ты мужик крепкий. Мне это нравится, - осклабился он. – Ладно, ближе к делу. Давай, показывай, где тут у тебя особо ценные посылки.

Егор заметил, как алчно заблестели глаза парнишки, и мозг пронзила мысль: его дни сочтены. Вот он стоит здесь, в почтовом вагоне, который десять лет был его вторым домом, а через несколько минут его не станет.

- Всем стоять, - негромко произнес Григорий. – Руки в гору, мордой в пол. Живо! Егор рук не поднял и на пол не упал. Вместо этого он повернулся туда, откуда шел пугающий булькающий звук. Он встретился с удивленным взглядом Трофимыча. В его горле образовалась огромная дыра, которая быстро наполнялась кровью. Именно кровь издавала тот булькающий звук.

Добравшись до Джамбо, он упал рядом с ним и, переводя дух, попытался перевернуть его на спину. Сдвинуть одетого в бронежилет обездвиженного человека, лежащего среди груды битого бетона и кирпича на животе, с распростертыми в разные стороны руками, оказалось не таким простым делом.

- Похоже, живой, - тихо, словно боясь задуть вяло разгорающуюся спичку, неуверенно произнес Смарт. - Чего встал? Помогай давай! - уже увереннее крикнул он товарищу, поднимая обмякшее тело за плечи.

Где-то за спиной застрочил пулемет прикрытия. Это Родя, увидев в окнах вспышки автоматных очередей, вынуждал противника скрыться за толщей стен, не давая вести прицельный огонь по наступающим товарищам.

Но долго оставаться незамеченными им не удалось. Пройдя буквально пятнадцать-двадцать метров, Джамбо явственно услышал ни с чем не сравнимый, характерный свист пролетающей рядом и уходящей в рикошет пули. Вокруг, то тут, то там вдруг затанцевали вздымающиеся фонтанчики сухой земли и откинутого пулями дерна.

В фиксирующую камеру ББАКа было отлично видно, как разметало в разные стороны разорванные осколками в клочья тела находящихся внизу людей. Сквозь мгновенный огонь яркой вспышки можно было успеть разглядеть, как человека в черном отбросило на машину, после чего он, с ужасной гримасой смерти на лице сполз в лужу собственной крови. А это означало, что поставленная задача выполнена успешно.

Картинка на мониторе сперва на пару секунд замерла, потом, слегка пошатнувшись, поплыла дальше. Это со смертельным шипением понесся вниз пятикилограммовый заряд, укрыться от которого у находящихся внизу людей уже не было никаких шансов. Еще несколько секунд, и камера зафиксировала яркую вспышку буквально в метре от «важного человека».

Немец начал хрипеть и извиваться, горло его обдало огнём, глаза покраснели и стали вываливаться из орбит. Он хрипел, кашлял, из ноздрей лились сопли вперемешку со спиртом. Тело бедолаги извивалось как поджаренная на сковороде пиявка.

Луковицкий правой рукой ухватил связанного немца за подбородок, а левой вытащил из-за голенища нож. Немец начал дёргаться, но Луковицкий в считанные секунды разжал рот пленника лезвием ножа. Из пораненных губ и дёсен хлынула кровь.

Немец сумел сбросить захват, ткнул Шпагина кулаком в живот и собирался было закричать, но не успел. Старший сержант Луковицкий подскочил к шустрому немцу и саданул ему ногой в пах.

Подойдя ближе, Зверев внимательно осмотрел светловолосого. Кожа на лице паренька была рассечена в нескольких местах, переносица опухла, через прокушенную губу были видны осколки передних зубов.

На двух старых вытертых стульях сидели худощавый светловолосый парень лет шестнадцати с отекшим от синяков и ссадин лицом и примерно такого же возраста здоровяк с искривлённым от боли лицом.

Коротышка рухнул как подкошенный. Хруст тем временем метнулся к бритоголовому и ударил по коленке носком ботинка. Бритоголовый согнулся, согнул руки и прижал подбородок к груди.

Ей нравилось, как пахнет Джекс. Яблоками, волшебством и холодными снежными ночами, когда хочется свернуться клубком и забраться под теплое одеяло.

Она хотела забыть его улыбку и ямочки на щеках, хотела забыть сверкающие голубые глаза и то, как он называл ее Лисичкой. В груди внезапно защемило от мысли, что она больше никогда не услышит это прозвище. И вот тогда Эванджелина поняла, что не хочет забывать. Не хочет забыть ни одного момента ее жизни.

Я верю, что каждому уготован счастливый конец. Но не думаю, что этот самый конец можно найти лишь на последней странице прочитанной книги, или что каждый герой будет жить долго и счастливо. Шанс поймать счастливый конец есть всегда, но вот удержать его гораздо сложнее. Он словно сон, который желает сбежать от ночи.

Она не хотела, чтобы кто-то обнимал ее, пока она заливается слезами, и говорил, что все будет хорошо. Сейчас Эванджелина хотела чувствовать ярость, чувствовать злость, хотела, чтобы злодей сказал ей, что она поступила правильно, что сделала то, что должна была.

Мне бы хотелось, чтобы у нашей истории был другой конец.

Победа в любви — не столько успех в битве, сколько извечное продолжение борьбы, выбор любимого человека, за которого ты готов отдать жизнь, снова и снова.