Но никто никогда никого не может вам вернуть: если уж взял – храни.

А предложи им снова стать юными, вы что думаете, они выберут путь, по которому идут их дети? Это показалось бы им невыносимым. Они попросят перемотать пленку на том магнитофоне, который называется жизнью, и снова пойдут туда, где уже были.

Впрочем, я часто предпочитаю людей обычных людям незаурядным – с какой неизбежностью они бьются, как светлячки или ночные мотыльки, под огромным абажуром, который есть жизнь.

Не следует восхищаться своими героями и героинями, да и завидовать им не надо – это чистейший мазохизм.

А от этих интерьер-дизайнеров ничего другого и не дождешься! Кому ни закажи – у всех получается не жилье, а декорации для киносъемок.

И будь мне пятнадцать лет – я бы непременно в тебя влюбился. Но мне тридцать четыре года, и так просто я уже не влюбляюсь. Не хочу становиться еще несчастнее, чем был до сих пор.

Время течет и меняется, как зыбучий песок. И под ногами у нас - вовсе не то, что было еще минуту назад...

Врать – ради чего бы то ни было – удовольствие весьма сомнительное.

…я не делаю ничего, за что бы меня потом ненавидели. И пользоваться чужими слабостями не люблю.

Палки и камни могут переломать тебе кости, а слова — нет.

Белая ложь - она и не ложь вовсе. Это когда вы говорите правду, но не всю. Например, когда тебя спрашивают: «Что ты собираешься сегодня делать?» - ты отвечаешь: «Пойду рисовать к миссис Питерc». Ты не говоришь: «Я позавтракаю, схожу в туалет, порисую с миссис Питерc, после школы приду домой, покормлю Тоби, поужинаю, поиграю в компьютер и лягу спать».

Некоторые собаки умнее и интереснее, чем многие люди.

... в общем, они были опасны, а значит, притягательны.

В сущности, единственный идол, единственное божество, которое я чту, – время, и совершенно очевидно – все, что бы ни происходило со мной, плохое ли, хорошее ли – все соотносится с ним.

Вопреки тому, что обычно думают, безделье – такой же сильный наркотик, как труд.

Народ. Не дано понять, что это слово даже оскорбительно, что есть какой-то человек и еще человек, есть женщина, ребенок и еще какой-то человек, что каждый не похож на другого и понятен во всех своих притязаниях и что в большинстве случаев, вопреки расхожему представлению, этот каждый не может ни понять другого, ни увидеть его, ни прочесть.

...мы проводим на этой планете лет семьдесят-восемьдесят. Что для нас важнее - понять физические принципы устройства атомной бомбы или разобраться в побуждениях человека и удержать его от ее использования?

Как знать, может, теми, чье детство и юность состояли лишь из любви, доверия и радости, боль страданий переживается намного острее?

Самоутверждается ли, в той или иной степени, человек, надевающий темные очки? Ты скрываешь под ними глаза, что можно счесть признаком слабости и боязливости, но, с другой стороны, приобретаешь вид хладнокровный и отчасти непроницаемый.

Женщине тяжело признаться, что человек, которому она отдала всю свою жизнь, совсем не ценит этот дар.

Реальность там, где течёт красная кровь, если кольнуть иголкой.

Любое враньё повергает человека в хаос.

Нельзя всю жизнь оставаться испуганным ребенком, закрывая глаза на то, что ждет впереди. Только знание правды дает человеку силу. Каким бы горьким это знание ни оказалось.

И если уж говорить начистоту, из всех авторов я выше всего ценю лишь тех, кто заставляет лично меня читать не отрываясь. Отложил книгу в сторону — все! Значит, больше не интересно.

Если человек не выглядит тем, кто он есть, он просто еще не принял отведенную ему форму.

– А ведь у нас троих все так хорошо вместе получалось… – продолжал расстраиваться Донгар. – Мэнквов, вот, перебили…
– Мэнквов, кажется, перебила я? – вложив в вопрос целый Океан ехидства, поинтересовалась Аякчан. – Или мне померещилось?

О том, как неприятно быть пойманной на холодненьком

– Хотя не очень-то я верю, что они на самом деле так дергаются из-за сказочного персонажа тысячедневной давности!
– За одним сказочным персонажем мы по всему небу гонялись – и он от нас удрал!

– Слушай, Донгар, кажется мне, что если ты сейчас не заткнешься, одна достославная пока-еще-не-жрица тебе снова по морде врежет.

Не все же им тюленей пинать да подношения Храму присваивать, иногда и работать надо!

Мне осточертела система, при которой кто богаче, тому достается самая прекрасная девушка, при которой художник без постоянного дохода вынужден продавать свой талант пуговичному фабриканту.

Самопожертвование, как высокая выборная должность, как унаследованная власть, для каких-то людей, в какие-то моменты - роскошь, но влечет оно за собой не гарантию, а ответственность, не спокойствие, а отчаянный риск. Собственной инерцией оно может толкнуть к гибели, - спадет эмоциональная волна, породившая его, и человек навсегда останется один на голой скале безнадежности.

Сентиментальные люди, как известно, воображают, что мгновение можно продлить, а романтики тешат себя уверенностью, что нельзя.

Между высоким мнением о себе и уверенностью в себе - большая разница. А уверенным в себе мужчина должен быть обязательно.

Если человеку нравится жизнь, если он способен получать удовольствие от каждой минуты, если умеет находить для себя радости в мелочах, если не боится ничего нового, то он молод, какие бы цифры ни значились в его паспорте. Но когда ничего этого нет — человек стареет, окукливается, пусть ему нет и сорока.

Поговорка гласит, что дух побеждает плоть.

Наверное, мне никогда не понять, что притягивает двух людей друг к другу; с таким же успехом можно пытаться постичь Вселенную. Ты не можешь измерить ни первое, ни второе. Мир таков, каков он есть, а ты пролагаешь свой путь уж как можешь.

Потянулся за медом, а угодил в медвежий капкан; радовался, что поймал бабочку, а пригляделся - оса.

Воистину, хуже слепца тот, кто видеть не хочет.

Нечего кусать руку, которая тебя кормит.

Всему свой черед, и кому судьба ночью помереть, уж будьте уверены, до рассвета не дотянет.

Дверная ручка - это протянутая для приветствия рука дома.

Если я искренна сегодня, какое мне дело, что завтра буду раскаиваться.

На свете есть много женщин, которые соблазнительно раздеваются, но тех, кто соблазнительно натягивает одежду, могу спорить, найдется немного.

Но так уж устроен человек. Никакого равновесия. Как река. Меняются берега - меняется течение.

Уж не рассчитываете ли вы доказать этой женщине, что она должна сдаться? Мне представляется, что истиной этой проникаются под влиянием чувства, а не силою рассуждения, и чтобы убедить в ней, надо не доказывать, а растрогать.

Красивая внешность – дар случая; изящные манеры, которые почти всегда приобретаешь опытом; несомненный ум, но такой, который в случае нужды можно подменить краснобайством; довольно похвальная дерзость, но ей вы, может быть, обязаны легкости, с которой одержали свои первые успехи. Если не ошибаюсь, то вот и все, чем вы можете похвалиться. Ибо что до славы, которую вам удалось стяжать, то, полагаю, вы не станете требовать, чтобы я высоко оценила умение поднимать шум или им пользоваться.

Китайцы говорят, что лучше ничего не есть три дня, чем один день не пить чая.