В одной из наших последующих бесед Джулия почти вскользь рассказала, что в детстве Джексон страдал от фарингита и ряда синусовых инфекций. Однажды ему восемь раз за четыре месяца давали антибиотики, а в пять лет ему удалили аденоиды. Она не помнит, когда именно начались эти болезни. Было ли это примерно в то время, когда он учился есть?

Первые попытки самостоятельного приема пищи выглядят неаккуратно, но они очень важны. Дети получают удовольствие, а также важную информацию, познавая новые вкусы и текстуры с помощью каждого из своих органов чувств. Трогая, рассматривая, нюхая, пробуя и даже слушая, дети развивают доверие и понимание в отношении новых продуктов питания, с которыми они сталкиваются.

Несмотря на то, что вы познакомитесь с семью уникальными детьми — с семью уникальными проблемами, вы увидите три повторяющиеся темы: окружающая среда, повторное воздействие и практическое исследование. И хотя я не сторонница универсального подхода, я считаю, что обращение к этим проблемам обеспечивает детям поддержку, необходимую для расширения их рациона.

Она наклонилась и поцеловала его в обе щеки, как будто они были в чертовом Париже. — Спасибо за ужин, капитан. Обещаю держаться от тебя подальше.

Женщины защищают. Растят. Кораблю дают имя женщины в надежде, что она защитит экипаж. И, может быть, замолвит за нас словечко другой важной женщине в нашей жизни — океану

Я уже начала думать, что в Вестпорте комплименты запрещены законом.

Она впервые ощутила, что «Безымянный» – это немного больше, чем просто четыре стены.

Он — закоренелый рыбак. Она — богатая, предприимчивая светская львица. Он даже не в состоянии заказать что-нибудь новенькое в ресторане, а она обедает со знаменитостями.

Варварьинская церковь построена в первой половине XIX века, в пору расцвета Плёса как торгового, купеческого, города. Ее хорошо видно и с Соборной горы, и с горы Левитана. Считается, что именно эта церковь привлекла Левитана и его друзей, и они решили остаться в Плёсе. Здесь также хорошая вечерняя подсветка.

ДЕРЕВЕНСКИЙ КУРИНЫЙ СУП-ЗАТИРУХА Ингредиенты: 200 г курицы 2 л воды 4 картофелины 1 луковица 1 морковка 5 ст. л. муки 2 яйца 1 лавровый листик соль, перец, зелень по вкусу

Чебоксары — это ад интроверта. Чихни в автобусе (в доковидное время) — и получишь три совета, как вылечить насморк, а контролер тут же подсядет к тебе и поделится советом дедушки, конечно, состоящим из водки, перца и теплого одеяла, — в общем, страшный сон кардиолога. А ничего, работает!

А еще в Тутаеве есть единственный, пожалуй, в России, муниципальный хостел. В двух минутах ходьбы под горку до причала, идеально чистый, с очень приятным персоналом, и останавливаются в нем вполне себе приличные люди. В хостеле один номер «люкс» — небольшая комната с двумя кроватями, окном, за которым Волга, Казанская церковь и лодочки, с крохотной прихожей и большим санузлом с душем-джакузи.

Где поесть? Ресторан-музей «Собрание» в Ростовском кремле прекрасная русская кухня: расстегаи, оливье, уха и тут же шалфей в кляре, и луковый мармелад — привет тебе, Тоскана! — и пхали из свекольной ботвы — хм-м-м, Грузия? — и варенье из лепестков роз — Востоком повеяло! Адрес: Ростовский кремль.

В номере с бревенчатыми стенами да в полной тишине спалось прекрасно. Утром, чуть свет, открыли окошко, а там уходящий в поля легкий туман, тишина, пустая деревенская улица, и до завтрака еще уйма времени, значит, бегом — туда, в поля. А потом и завтрак. Кому кашку, а кому омлет, тот самый, из печи, в глиняном горшке, который подают на пеньке из бе- резы. Вкусный, горячий, да такого размера...

В тюрьме он не провел ни дня, находясь под домашним арестом всё время рассмотрения апелляций и кассаций. Спустя 35 лет после резни в Сонгми он признался: «Нет ни одного дня, когда я не испытывал бы мук совести…»

Процесс стал одним из самых ярких в истории французского правосудия и расколол французское общество не менее радикально, чем за сорок лет до этого – знаменитое «дело Дрейфуса». Девушка, отравившая своего отца и покушавшаяся на жизнь матери, не оставила равнодушным буквально никого. Она стала символом бунтарства для левых и примером пагубного разрушения традиционных ценностей для правых.

Поднялся Плевако: «...Печенеги терзали её, половцы, татары, поляки... Но теперь, теперь... Старушка украла старый чайник ценою в тридцать копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно...» Что же, выдумка? Нет, не выдумка. Только был там не жестяной чайник, а массивный серебряный кофейник, и не 50 копеек, а 300 с лишним рублей...

«Лев Толстой очень любил детей…» – так начинается десяток «литературных анекдотов» великого насмешника Даниила Хармса. А вот судебную власть гений русской литературы жаловал не очень. Что, впрочем, не мешало ему регулярно заимствовать сюжеты из судебной практики…

Среди Романовых за три столетия кого только не было: в основном, разумеется, военные разной степени талантливости и служебного рвения; но случались и литераторы, и ученые. Был один официально осуждённый преступник – царевич Алексей Петрович; ну, да то дело семейное, политическое. А вот воров не было. До 1874 года.

...эта книга – эхо тех самых передач «Эха Москвы», причем эхо «вторичное». Еще до появления первой книги такого рода («Суд идет», Эксмо, 2018) у редакции популярного исторического журнала «Дилетант» возникла мысль завести постоянную рубрику «Процесс» по сюжетам наиболее интересных программ. Они-то и перекочевали в книги – сначала первую, потом вторую; сейчас вы держите в руках третью.

Прощение — тяжелый нравственный шаг, прописанный в Евангелии, требующий максимум усилий и помощи свыше. Даже произносить это слово хочется с приды- ханием и шепотом, потому что оно тяжелое и к нему не знаешь, как подойти. Прощать нам надо, но если мы не простим, то что будет? Мы просто не будем прощены. Нам чисто эгоистически, желая быть прощенными, нужно прощать, иначе нам ничего не простится.

Лентяем быть нельзя. То, что Бог лентяям не помощ- ник и не любит лентяев — это аксиома. Но семь дней в неделю трудиться тоже неправильно. В чем смысл отдыха в заповедях, то есть «шесть дней работай и делай всякие дела твои, а седьмой день — суббота — Господу Богу твоему»? В чем смысл Шаббата? Это намнадо тоже понять, потому что здесь очень много интересного. Бог приказал людям отдыхать,

Со здоровьем все ясно — весь мир работает на него. С болезнями сложнее — к чему они, есть ли в них смысл? Люди приходят к Богу с полной уверенностью, что они-то хорошие, и просят, чтобы Бог увел от них все злое. А то, что мы состоим на три четверти из всякой дряни, это большая terra incognita для людей.

От монаха милостыня не нужна. Монахи, кото- рые желают милостыню раздавать, нарушают обеты, и любой старец скажет: «Перестань. Твое дело не мило- стыню раздавать, твое дело — молиться Богу за всех. Путь раздает милостыню тот, кто работает и зараба- тывает».

Очень важно уметь зарабатывать, трудиться. Можно помогать своим родителям в том, чем занимаются они, чтобы знать цену заработанных денег. Здесь есть своя философия, необходимая простому человеку, который не хочет быть миллионером, но и не хочет быть бедным. Семейные люди — неизбежные работяги и неизбежные стяжатели в какой-то степени. Поэтому они и спасают душу свою милостыней.

История сотворения мира, как ее описывает Библия, говорит о человеке не как об ангеле, а как о существе из плоти и крови, нуждающемся в питании. Бог само- бытен и не нуждается ни в чем. А человек не самобытен, ему нужны воздух, одежда, общество и, конечно, еда.

Король — бледно-синий. Окружающая его аура вовсе не похожа на спокойную, мирную магию жизни. Его сила мучительная, злая, жестокая. И весьма подходит к мрачному лицу.

Эльф кажется прекрасным, но столь же устрашающим. Он как ядовитый цветок, великолепный и беспощадный. И когда его глаза вспыхивают ярче, я понимаю, что вижу перед собой лицо самой смерти.

Придут эльфы и заберут женщину из дома и семьи, чтоб исполнить договор, который могли бы легко отменить. Они посадят ее на трон, но зачем? Чтобы просто существовать? Не имея ни власти, ни ответственности? В чем смысл заключенной эльфами сделки, если им нужна лишь марионетка? Зачем вообще забирать одну из нас?

Я уже не в первый раз задаюсь вопросом, на что же похожа Грань. Если бы я оказалась прямо перед ней, то смогла бы понять, что нахожусь на границе людских земель и дикой магии? Может, там потрескивает воздух, будто летом перед грозой? Или в теле возникает дрожь, как от порывов ветра на высоких горных уступах? А вдруг я, не сознавая, шагну за черту?

Три тысячелетия назад между эльфами и людьми был подписан договор. С тех пор ровно каждые сто лет среди жителей Кэптона избиралась Людская королева. Найти ее никогда не составляло труда. В конце концов, лишь она одна владела магией. Но сейчас никто из девушек Кэптона не творил поступки силой мысли, не заставлял растения пробиваться из бесплодной земли, не обладал особой властью над животными.

Есть лишь две причины, по которым эльфы приходят в наш мир: война или жены. Но, как бы то ни было, они несут собой смерть.

— О чём вы говорите? — допытывалась Люси. — Она поинтересовалась, как ты дышишь. — Скажи, что у меня три сердца!

— Я работаю с осьминогом, — смущённо пояснил Леон. — В воде мы почти всегда вместе. — Что-то вроде домашнего питомца? — Нет-нет, мы напарники.

Водорослевая слизь!

В глазах руководителя проекта всё чаще читается упрёк: «Почему твой осьминог ничего не находит? Что ты делаешь не так, Леон?»

— А ты… — Тим прочистил горло, — и человеческие мысли читать умеешь? — Пока нет, — пожал плечами Леон, — но я ещё не пробовал заняться этим всерьёз.

Люди сначала обещают, а потом забывают.

Мы знаем, что мир без боли - это мир без чувств... но мир без чувств - это мир без боли.

Чтобы управлять судьбой, нужен выдающийся ум. Чтобы осуществлять планы, нужен дурак.

Он знал, что, когда люди добры к тебе, в конце концов придется платить за это.

У меня нет проблем. Я - часть проблемы.

Эмоции нужно было погребать без сожалений, потому что так ты показываешь свою силу. И он похоронил свою боль. Он год за годом скрывал всё, что причиняло ему боль, расстраивало, беспокоило, и он убегал от собственных кошмаров, пока они не выследили его, как хищные звери — добычу.

Гепард умирает однажды, антилопа тысячу раз.

В этом была какая-то ирония: всю жизнь его учили, как быть воином, как будто это и значило быть мужчиной.

Кошмары преследуют нас, как хищные звери, но исчезают при свете дня.

— Никогда не извиняйся за то, кто ты есть, — шепчет он. — Не умаляй себя, чтобы другие могли почувствовать себя важными.

Тяга к смерти записана в человеческих генах. Если она не находит выражения в драке с внешним врагом, то люди набрасываются друг на друга. По этой причине мы, кошки, не являющиеся природными самоубийцами, должны прийти им на смену.

Никогда не пойму людей! Мир рушится, а им лишь бы веселиться!

Эх, люди! Бывают моменты, когда я удивляюсь, зачем теряю время на попытки их спасти, если они все делают для того, чтобы сгинуть.