Вчера, вернувшись к себе, я раскинула карты Таро, посмотрела в хрустальный шар… И ужаснуласьГотовьтесь ко всему ужасному! Сегодня, максимум завтра, к Вам придет неизлечимая болезнь! Смерть стоит у порога! Не люблю быть вестницей всего плохого, обычно молчу. Но Вы доставили мне радость, поэтому и решилась написать. Не за горами Ваша мучительная кончина, подготовьтесь к ней!

Можно иметь три диплома о высшем образовании - и оставаться идиотом.

Солдаты стояли в полный рост – вести огонь лежа не было никакого смысла, пространство было открытым, и укрыться было негде. По той же причине не ложились и каратели. Это был странный бой, это был бой вопреки всем разумным правилам.

Откуда-то сбоку вышел майор Литке. Он остановился неподалеку от солдат, отдал им команду и поднял руку. Затем что-то отрывисто крикнул и резко опустил руку. И тотчас же грянули автоматные очереди. Но ни одна из пуль не зацепила Старикова, все просвистели выше, ударились о стену и с визгом срикошетили в разные стороны.

Сейчас для Колхоза было главным и самым важным в жизни – убить того немецкого солдата, на которого он бросился. В каком-то невероятном прыжке он его настиг, сбил с ног, навалился на него, обеими руками схватил его за горло, изо всех сил сжал пальцы...

И только когда Воробей приблизился к полицаям вплотную, кто-то из них ухватил его за шиворот и уволок за штабель из мешков, набитых песком. Какое-то время Старикову и Лысухину ничего видно не было. Но вскоре из-за мешков во весь рост поднялся Воробей и призывно замахал руками.

Стариков, стараясь не потревожить застоявшуюся на дне канавы воду, пополз к Лысухину и Воробью. И когда он приблизился почти вплотную, Лысухин нанес неожиданный резкий удар по голове Старикова. Стариков охнул, и обмяк.

Неожиданным резким рывком он приблизился к Воробью, и таким же резким рывком выдернул у него из рук автомат. – А-а... – растерянно произнес Воробей, ничего не ожидавший такого выпада. – Цыть! – свистящим шепотом произнес Лысухин, и приставил к горлу Воробья нож.

- Ваня! - ахнула Рина. - Что это? - Символ вечной любви! И образ прекрасного мужа, - затараторил Иван Никифорович, - всегда зеленый, молодой, живет столетиями, не требует особого ухода. Редко пьет, молчит, не спорит. Розы и прочие с ними цветуйки быстро завянут. Кактус же никогда не бросит хозяйку, он с ней навечно. Всем мужьям следует дарить женам только кактусы в знак вечной любви к супруге.

Из груди вырвался выдох. Ай да Танюша, ай да молодец! Ловко ты, душа моя, улепетнула от Вольтарена Мирамистиновича! Теперь необходимо с таким же блеском осуществить вторую часть отлично разработанной операции под названием “Удрать от гастропсихолога”. Сейчас позвоню Димону. Но…

- Ваши документы, - потребовал юноша. - Причина проверки? - осведомиласьРина. - Ой! У нее кот на голове сидит, - воскликнул страж дорог, - непорядок. - Где в правилах указано, что провоз домашнего животного на макушке хозяина запрещен? - осведомилась Ирина Леонидовна. - Водитель, то бишь я, ничего не нарушила, трезва как монахиня. Альберт Кузьмич присоединен к пассажиру. В чем проблема?

“Рано или поздно случится день, когда кто-то из тех, с кем имеешь дело, доведет тебя до точки. Тебе захочется заорать, впасть в истерику, наподдать человеку в нос! Поддаваться данному желанию нельзя. Как ему противостоять? Начинай думать, что загибаешь пальцы на левой руке, считай про себя: “Раз, два…”. Обычно я успокаиваюсь до “семи”. Если же и на “десять” не полегчало, переключаюсь на ноги.

Доктор не обманула, уколы почти не ощущались. Но когда я через час подошла к зеркалу, предвкушая узреть личико десятиклассницы, то остолбенела. На меня смотрела подушка. В верхней ее трети кто-то нарисовал очень темным фломастером две жирные дуги. Под ними имелись щели, далее располагались два здоровенных яблока, еще ниже наблюдалась пара сине-розовых сосисок, под ними висело нечто квадратное.

Простая фраза: “Не нервничай, все будет хорошо” может вмиг привести человека в бешенство.

Разъяренную женщину от дикого кабана отличает наличие серег в ушах.

Дашенька, мы поселимся у вас временно. Заработаем денег, найдем подходящий участок, построим дом и уедем. В благодарность за доброту я буду заниматься с вами фейслифтом. До сих пор мне не удалось продемонстрировать мою авторскую методику. Уберу вам бульдожьи щеки, опухшие веки, печать смерти над губой, рытвины носогубных складок, разглажу канаву между бровями. И ни копейки за это не возьму.

Любовь разная бывает. Одна похожа на торт, другая на цветок, моя – эпидемия чумы. Прекрасно осознаю: нам никогда не жить вместе, надо разрубить канат, которым меня к Мухину привязало. А не могу! Чума – болезнь смертельная!

Если хочешь поймать преступника, думай, как он. Превратись в того, за кем охотишься, суди обо всем с его позиции. Но когда, наконец, все выяснишь, сбрось чужую личину, сожги ее, как одежду со вшами. Некоторые талантливые, умные, успешные следователи заигрываются и переходят на другую сторону баррикады. Полицейский и преступник очень похожи психологически..

Александр Михайлович уверен: если что-то получилось удачно, то это его рук дело. А вот если он сейчас споткнется о корень дерева и шлепнется, то ответственность за падение несу я. Почему? А зачем я ему в спину смотрела, глазами в лопатки толкала, идти мешала?

Если я возьму в ипотеку десять миллионов, то потом придется двадцать пять лет отдавать деньги банку с большими процентами, а если украду десять миллионов, то меня посадят лет на шесть, и никаких процентов.

Катерина с ненавистью посмотрела на Воловцова, что его, впрочем, ничуть не задело. Какая разница, как смотрят на судебного следователя допрашиваемые? Ведь в конечном итоге важны показания, а не проявление каких-то там симпатий или антипатий...

Поскольку начала она рано, то в своей профессии преуспела настолько, что знающие толк в телесных утехах мужчины предпочитали «отдыхать» непременно у нее. Катька-шоколадница охотно воплощала в жизнь самые невероятные и горячечные пожелания своих клиентов.

Согласно протоколов осмотра, труп лежал лицом к земле. На нем было осеннее драповое пальто, высокие кожаные ботинки с калошами, теплые суконные брюки, чесучовый пиджак и жилет из того же материала. Одежда нигде не была порвана, лишь запачкана в результате волочения трупа.

– Это я совершил все убийства в Третьем Лаврском проезде. И теперь нет мне прощения, – мужчина в драповом пальто шумно сглотнул и повесил голову, выражая всем своим видом сожаление и покорность. – Совесть меня заела!

Помимо изрубленных топором и исколотых, по вей видимости, ножом Анфисы Петровой и ее дочери Тамары, пристав обнаружил еще одну дочь Анфисы, Клавдию, шести лет, у которой было перерезано горло и исколото лицо, а также сына Петра двух лет, изрубленного едва ли не на куски.

Войдя в квартиру, Емельянов, и правда, увидел распластанную на полу окровавленную женщину, лежащую недалеко от входной кухонной двери. Это была квартирная хозяйка, двадцативосьмилетняя Анфиса Петрова. По всем признакам она была мертва.

Полицейский сразу опознал «беретту». Черный глаз вороненого ствола завораживал. Время как будто замедлилось. Он видел, как нападающий нажимает на курок и ждал смертельной вспышки, после которой для него уже ничего не будет. Во всем теле стало удивительно пусто до звона в ушах.

- Стоять, сыны вонючего ишака! - заорал он по-таджикски. Это сработало. Охранники оторопели от неожиданной команды, и Юрген успел рвануть Андреаса за пояс. Нелегал огляделся вокруг. На асфальте корчились от боли избитые, не успевшие убежать студенты.

Резкий разворот на 180 градусов, в народе называемый «полицейским», и вот они уже мчатся навстречу банде преследователей. В лобовую против двухтонного автомобиля у легкого мотоцикла нет никаких шансов. Мотоциклисты на скорости вильнули в стороны, но удержать разогнавшихся железных коней на таком вираже не смогли, и разлетелись, кто куда.

Батый бил без замаха, по-боксерски. Голова, печень, солнечное сплетение. Увернулся, удар прямой ногой по коленной чашечке. Швырнул в лицо следующего кружку с пивом, пока противник утирается, добил уже хромого резким ударом локтя. Боксерская двойка, корпус, голова, прямой ногой в живот. Пригодилось все, чему их с Зенитом почти месяц натаскивали бывалые бойцы спецназа КГБ.

Как только нежданных гостей заметили, завсегдатаи онемели от такой наглости. - Привет, фашисты, - Юрген подцепил массивный стул и с силой запустил его в сидящих за ближайшим столом. Тяжелый предмет завалил сразу троих.

Дучке уже лежал на полу, у него было разбито лицо, он мог только закрываться от ударов. Юрген перехватил занесенную для удара руку и, используя принцип айкидо, сместил центр равновесия нападавшего, просто дернув его в сторону. По инерции противник улетел, ударившись о скамью.

Мы, женщины, никогда не врем! Мы уходим от ответа, темним, морочим голову, сочиняем, юлим, недоговариваем, изворачиваемся, грешим против истины, несем чушь, заговариваем зубы, суесловим, пускаем пыль в глаза, выкручиваемся, рассказываем сказки, вешаем лапшу на уши, метем пургу, льем пули, передергиваем, загибаем, темним. Вот все это мы делаем. Но лгать? Нет, ни одна женщина никогда не врет!

Одна из центральных газет опубликовала фельетон под названием «Муха в белом халате». Бойкий на руку журналист вдоволь поиздевался над идеями Лапина и завершил свою статью словами: «Предлагаю сшить для насекомых одежду медиков. Но это шутка. Муха в белом халате, которая всем без разбора начнет прививки делать – сюжет для фантастического романа. В действительности ее не существует. И это радует».

Единственное облако на небе моего счастья – мой вес, который постоянно норовит увеличиться.

Часто у женщины, которая счастлива в браке, для того чтобы ей жизнь медом не казалась, бывает на редкость вредная свекровь.

Птица судьбы имеет на редкость мерзкий характер. Вдобавок, она истерична. Пошлет кому-нибудь подарок, сына, как Игорь, потом спохватывается, кричит: «Что я сделала?» И в следующий раз приносит в клюве тому, кого наградила ранее, замечательную пакость.

Если сидеть на жесткой диете, то жирный сыр со сливочным деревенским маслом необходимо есть без хлеба. От мучного толстеют.

Я вытащил из бардачка маленький горный фонарик и осветил известняковые стены. Обошел их по кругу. Сзади, над апсидой находилось то, что я увидел в передаче, сделанной двадцать лет назад: каменное изображение лежащей пары, мужчины и женщины, обе руки нежно прижаты к щекам друг друга.

Проклятие следователя: когда решение перед тобой, а ты его не видишь. Будь осторожен, #Кракен, убийца изворотлив. Пора бы тебе уже догадаться, кто он.

Смерть наступила за два часа до того, как тела перенесли в подземную часовню храма. Нет следов сексуального насилия и самозащиты со стороны жертв. В отсутствии результатов вскрытия, которое будет проведено в течение сегодняшнего дня, мы можем предположить, что вероятной причиной смерти стало удушение, вызванное множественными укусами пчел в горло жертв.

Я должен был все это озвучить, сформулировать, высказать, чтобы мысли перестали быть навязчивым шумом в голове. «Договорились, – заключил я. – Я все скажу». – Какого черта Тасио снова взялся за убийства – двадцать лет спустя и в той же манере – если сейчас он заперт в тюрьме Сабалья? Может ли человек, каким бы дьяволом он ни был, находиться одновременно в двух местах?

Внутри у меня что-то дрогнуло. Я не мог не думать о том, что дышу одном воздухом с убийцей. Что всего несколько часов назад говнюк и психопат занимал то же положение в пространстве, что и я. Я всматривался на неподвижный воздух собора, как будто в нем могли остаться его следы. Я будто бы узнавал его шаги, видел его поступь на быстрой перемотке в своем воображении.

– Ты о чем, Эсти? Я плохо соображаю. – Археологи из реставрационной команды собора обнаружили в склепе два обнаженных тела. Юноша и девушка, ладони на щеках друг у друга. Что-то напоминает, верно? Приходи немедленно, Унаи. Это серьезно, очень серьезно. – И она нажала отбой. «Быть такого не может», – подумал я.

– Срочно пришлите подкрепление на луг за клубом! Там кто-то кричал! Впереди внезапно возникли две фигуры, четко очерченные лунным светом. Одна из них, в худи с накинутым на голову капюшоном, стояла спиной к ним, другая почти полностью скрывалась в траве. – Полиция! – выкрикнул Пол. – Стоять! Фигура в капюшоне тут же выпрямилась и бросилась в темноту.

Она потянулась за пакетиком для улик и положила его на стол. Внутри лежала маленькая, поникшая, мокрая веточка красавки, блестящие асимметричные листочки которой соседствовали с пурпурно-черными цветками и блестящими ягодками. – Похоже, что этот побег намеренно засунули Бенджамину в горло, – сказала Мио.

Ванесса вздохнула, глядя на Бенджамина. И тут вдруг заметила на его правой ступне небольшую выпуклость с крошечной точечкой в центре. – По-моему, след от укуса, – пробормотала она.

– Это предостережение прочим потенциальных партнерам, – добавил Деймон, не сводя с Ванессы затравленного взгляда темно-синих глаз. – Тот, кто это сделал, хочет сказать: этот человек – мой. Больше никто не предъявит на него права. Он больше никому не достанется. – Он повернулся к Полу. – С остальными тремя было проделано то же самое?

– Брачная пробка, – отстраненно произнесла Ванесса. – Брачная что? – изумился Пол. – Это еще один ритуал, используемый некоторыми видами насекомых при спаривании. Они откладывают в половых путях специальный секрет, который образует пробку, предохраняющую самок от оплодотворения другими самцами. Пол резко хватил ртом воздух, а вид у юного констебля был такой, будто его вот-вот стошнит.

– Ни хрена себе… Журналисты раздуют из этого бог весть что. – Да, и это еще одна причина, по которой нам нужен эксперт. Судебный энтомолог, которую я имею в виду – не просто специалист по личинкам. Она знает все, что нужно знать о насекомых и пауках в общем и целом. К тому же она раньше жила в той деревне. Уехала много лет назад. – Ясно. А она сечет в своем деле? Пол кивнул. – Лучше прочих.