Единственный выход — это выжить. Вот только эта задача не из простых.

— У меня выдалось тяжелое детство, а футбол оказался единственной вещью, в которой я был хорош. Только он вынуждал других детей смотреть на меня с восхищением, а не с жалостью. Не видеть во мне чудака.

— Раш, я живу здесь. Это моя работа. На кону мой профессионализм. Моя репутация. И… — Тогда мы не позволим никому узнать.

Интуиция говорит мне, что этот мужчина станет разрушением — для моих чувств, моего статус-кво и моего сердца, которое не привыкло к сантиментам.

— Не могу обещать, что не совершу ошибок, но могу сказать, что тебе принадлежит мой завтрашний день и все дни после. Не могу обещать, что мы не будем странствовать, но уверяю, делать это мы будем вместе.

— И все же я собираюсь завоевать тебя, Нокс, — заявляет Раш, делая шаг назад. — Футбол, как и меня, нужно прочувствовать. Но после ты будешь пытаться урвать кусочек при любой удобной возможности.

Только так мои мечты смогут осуществиться. Только так у меня появится шанс. Либо играть в профессиональный футбол… либо ничего.

— …Ты когда-нибудь мечтала зарабатывать на жизнь любимым делом? — Разумеется. — Так что же случилось с этой мечтой? — Жизнь случилась.

Чем чаще они видят, как я люблю тебя... тем активнее скупают музыку.

— Думаю, я немного растеряла свой талант, свою искру. — Тогда нам просто нужно ее вернуть.

…Если я могла помочь ему добиться желаемого, то должна была сделать это. Потому что это и есть любовь, верно?

Парень только что спел потрясающую песню о любви ко мне перед тысячами людей, но дело в том, что песня была не для меня. Она была для них. Его фанатов.

— Чего ты хочешь? Хочешь рисовать? Хочешь печь? Что угодно... — Я просто хочу, чтобы кому-то было не все равно…

Возможно, в другой жизни мы стали бы другими людьми и смогли бы быть вместе. — В другой жизни. — Я выдавила улыбку. Он перевел взгляд на мои губы. А после запустил руку мне в волосы, подался вперед и поцеловал.

Взгляни в лицо реальности своей жизни, иначе навсегда останешься ее жертвой.

— Ты красивая женщина, — печально улыбнулась она. — Но это не облегчит тебе жизнь. Я улыбнулась в ответ и как можно мягче заметила: — Я думала, ты видишь прошлое, а не будущее. — Жизнь не благосклонна к женщинам, даже наделенным красотой. Чтобы это знать, не нужно быть провидицей.

Останься в живых, поскольку тебе невыносима сама мысль о том, что ты умрешь и тем самым позволишь победить тем, кто причиняет тебе боль. Выживи, потому что ты этого заслуживаешь.

Вскоре наступит день, когда тебе придется сделать выбор. Стать факелом во тьме для одной души… или воспылать, словно солнце, для них всех.

Порой чертовски жаль, что ты такой холодный.

— Как я выгляжу? — я вздергиваю бровь и выгибаю спину. — Как будто ты моя, — рычит он.

Я всегда была против того, чтобы взрослеть и остепеняться, но сейчас мне больше ничего не нужно. После стольких лет непонимания, чего я хочу от жизни, думаю, я наконец-то разобралась.

Я пытался полюбить ее. И, по-своему, мне удалось. Это не было как в кино, но я был ей верен. Я ее обеспечивал. Я работал до изнеможения, чтобы построить нам хорошую жизнь. А она ушла.

— Ты не чудовище. — И я действительно так думаю. Никто не заслуживает жить в мире, где их единственная семья — неверный муж и манипулирующая мать. — Ты заслуживаешь гораздо большего, Уинтер.

Мое сердце часто разбивали. Мама. Талия. А вторая и того слишком сильно повлияла на мою жизнь.

Вообще, Уинтер не такая уж и плохая, как о ней думают. Ей просто нелегко пришлось. И ни деньги, ни образование не помогали в этом вопросе. Чего не доставало Уинтер — так это любви.

…Я понимаю, что в очередной раз проиграла. Проиграла ему, себе и своим чувствам. А на кону стояло самое важное. Мое сердце.

Весь его вид кричит о том, что он опасен и с ним лучше не связываться. Но я-то знаю, что за всем этим прячется такая же разбитая душа, как и у меня.

— Я думаю, стоит сказать спасибо парням, которые так безжалостно разбивают нам сердца и растаптывают нас. Но сказать спасибо лишь за то, какие песни появляются после.

— Люди как приходят в твою жизнь, так и уходят. Помни уроки прошлого, ведьма. И не рушь стены.

Я пришла к выводу, что на самом деле я не боюсь влюбиться. Я боюсь не испытать этого чувства вновь. Боюсь погрязнуть в болоте прошлого и больше никогда не увидеть света.

Я больше не должна оставаться с ним один на один. Он заставляет мое сердце биться чаще. А за этим обязательно последует нарушение самого главного правила моей жизни. Не влюбляться.

Снимет проклятье любовь. Сильная, самоотверженная и крепкая. Та, которая ни на что не взирая. Та, которая ни за что и вопреки.

Глупый, глупый принц! Ты так ничего и не понял за эти годы. Сердцу глаза не нужны. Оно и так не слепо!

Ты сильный. Но достаточно ли, чтобы принять помощь?

Чем выше ты стоишь, тем больше граней бездны тебе открывается.

Любовь короля — сладкая ложь, но она примет ее, ибо правды рядом не было и не будет.

Проклятье можно снять, но для этого нужна любовь настолько сильная, насколько была сильна ненависть Кам. Любовь, способная удержать.

Любовь — опасное чувство. Боги проклинают его, потому что в нем есть неизмеримая сила.

Насколько сильной должна быть любовь, чтобы сама смерть боялась его забрать?

— Когда я сожгу этот мир дотла, а вы все сделаете из меня злодейку, помни — я действительно пыталась быть хорошей… однажды.

— Он повидал тысячу миров, но когда он спит, то видит только тебя.

Пустота и одиночество, ставшие привычной реальностью моего существования, исчезли благодаря ей. Теперь ее не было. Она показала мне, что значит чувствовать покой, а затем его лишила.

Злобные взгляды стали страстными, ссоры превратились в веселый смех, а искра между нами — в горящее пламя. Наша ненависть друг к другу исчезла, сменившись чем-то куда более смертоносным и прекрасным.

— Мне очень жаль, Ваше Величество. Я не верю в войну. — И тем не менее война все равно пришла за вами.

— …Я люблю в тебе все, Тесса Бэрен. Я буду любить тебя даже после этой битвы, независимо от того, останемся ли мы в живых или же наши души попадут к звездам.

Эта пугающая сила может творить чудовищные вещи. Она может разрушить все на моем пути. Но, возможно, если я просто перестану ненавидеть эту часть себя, оставлю страх и прекращу жалкие попытки притвориться, что ее не существует, может, тогда я смогу использовать ее во благо. Хоть раз в жизни я хочу использовать ее во благо.

— Любовь моя, мы оба совершали поступки, о которых сожалеем, но знаешь, чего мы не можем сделать? — Стереть прошлое.

У меня не было сомнений, что Тесса Бэрен могла бы добиться всего, чего пожелает. С силой, текущей в ее жилах, она могла бы разорвать этот мир в клочья, если бы захотела… Но в глубине души я знал — я просто знал. Назовите это интуицией. Назовите это глупостью. Назовите это любовью. Я знал, что она поступит правильно.

Каждое мое решение приносило новые беды. Потому что я — монстр, такой же, как боги.

— Я собирался сказать, что ты играешь как тот, кто готов победить любой ценой. Даже если это повлечет за собой ущерб. — Иногда именно это и требуется для победы.