Но нет, не почудилось! За спиной раздался шорох, напали внезапно! Хоть бы закурить для приличия попросили! От удара в правый бок (очевидно, ребром ладони) перехватило дыхание. В следующий миг шелковая удавка обвилась вокруг горла, концы стянули – потемнело в глазах.

Он выскочил из машины, завертелся. До выхода на дорогу семьдесят метров. Пока еще добежишь… У тротуара метрах в тридцати стоял подержанный «жигуленок» первой модели, за рулем зевал водитель. Михаил распахнул дверцу и плюхнулся рядом с водителем: - Поехали!

Ольга покатилась, как полено, захлебываясь собственными криками, темный мир завертелся перед глазами. Она докатилась до дна оврага, ударилась виском о вросший в грунт камень. Боли уже не чувствовала. Осталась лежать, разбросав руки и с вывернутой головой.

Тот, что справа, махнул кулаком. Максим отбил удар, перешел в атаку, врезал противнику под дых. Мужчина отпрянул, глухо выругался. Второй был где-то слева. Максим отбился ногой – и тот попятился, не стал нападать.

Нельзя отрицать, что Сэм обладает магнетической энергией, которая притягивает меня к нему до такой степени, что я едва могу думать о чем-либо другом, когда я с ним.

— Нам лучше не делать этого, верно? — шепчет он. — Я чувствую взгляд бабушки. — Через кирпичную стену? — Ты не знаешь ее. Готова поспорить, у нее лазерное зрение. Он усмехается: — Значит, супергеройский ген — это у тебя семейное, да?

В маленьком городе трудно сохранять секреты.

Меня, словно магнитом, снова тянет поднять глаза, и я борюсь с этим так долго, как только могу. Когда я больше не в силах сопротивляться, то оглядываюсь и замечаю, что он смотрит на меня. Как в фильмах, когда взгляды главных героев встречаются и время вокруг них замедляется, пока звучит какая-нибудь глупая романтическая песня.

На самом деле это конец света, Мика. И это. Полностью. Твоя. Вина!

Let it be. Другой дороги к счастью просто нет.

Не радуйся чужим бедам. В этот момент ты заказываешь их для себя – хотя, возможно, в другой форме. Не знаю, какой механизм за этим стоит, но он существует. Проверено много раз.

Гори-гори ясно. Но не играй с огнем. Сам должен понимать.

Будь выше всего, что ниже тебя по духу, бюджету и статусу, даже если ты прав. Особенно если ты прав.

Не слишком важно, в каком возрасте ты начинаешь свой путь – но если ты не сорвешь звезду с неба в свой первый, ну второй, ну максимум третий год на арене, то вряд ли дотянешься до нее когда-нибудь потом.

Книги о пути к успеху обычно пишут люди, чей главный жизненный успех – нормально продать книгу о пути к успеху. Если ты не планируешь писать подобных книг сам, читай только тех, кто чего-то реально достиг. От них ты узнаешь об успехе больше, даже если само это слово не всплывет ни разу.

Любовь никогда не будет человечной.

Господствовать над чужими сердцами через любовь и благородство — развлечение для женщин. Наивных женщин. Моргана не наивная. Он тоже не из этого теста.

Кончиком мизинца Кеннет проводит по шраму Морганы. Он ему нравится. На его вкус, есть в этом что-то болезненное, жестокое и тёмное. Она не подходит ни под один стандарт красоты, больше нет.

Солёная вода, порывистый, иной раз шквальный ветер, белый налёт на палубе, тяжёлая работа и вахты, без которых невозможна слаженная работа на корабле, — всё это способствует самому главному в её жизни — ощущению свободы. Да, своеобразной, воняющей тухлой рыбой, немытыми и лоснящимися от грязи телами, прогнившими досками и плесенью, но всё же свободы. Той самой, недоступной многим.

Впервые за всю жизнь ему хочется, чтобы произошло хоть что-нибудь. Какая-нибудь досадная неприятность, но не большая и не очень затратная, чтобы с ней можно было легко справиться, однако, чтобы скука не охватила его с головой.

Дьявол скрывается в людях, носящих напудренные парики, чистые камзолы и прикрывающихся благими намерениями.

Счастье – это не то, что можно найти здесь, при императорском дворе. Мы имеем лишь мгновения удовольствия. Собираем их и глубоко прячем в своих сердцах. И надеемся, что этого достаточно, чтобы заполнить любые дыры, оставленные нашей истиной.

Любить кого-то – значит терять контроль.

Мой страх – даже притворный – кажется убедительнее в сочетании с гневом.

Уважение – это не дар. Его нужно заслужить.

Настоящая любовь длится дольше, чем мгновение. Она – все, что происходит после него. Хаос в один миг, и простота в следующий. Все и ничего в промежутке одного вдоха.

Для начала тебе нужно поверить, что можешь.

Если я ответственна за свое будущее, значит, была ответственна и за прошлое тоже.

Стоит только начать предложение с «почему» или «как», и на тебе! — обязательно кто-нибудь испугался или рассердился.

Верить, значит видеть. Без веры нет надежды. А без надежды у тебя есть только полный переулок подростков, у которых скоро будут бирки на пальцах ног.

Враг — это этикетка, которую мы лепим на того, чьего прошлого и будущего еще не видели; чья история не была рассказана. Всякий человек лучше, чем его самый худший поступок.

После того, как я выплакалась и немного успокоилась, мне стало значительно лучше. Слезы очищают душу - разве не так говорят? Во всяком случае, со мной именно это и произошло.

Он просто был там для меня. И это было намного больше, чем я от него ожидала.

Ты не сломлен, Каден. Просто чуть согнулся. И с этим можно справиться.

У меня нет перепадов настроения, милая. Я всегда одинаково невыносим.

Мы должны перестать прятаться, а вместо этого начать завоевывать мир.

Горе – для живых. Мертвые ничего не чувствуют.

– Я хочу, чтобы он был у тебя, – сказал Цзэнь, – Так ты будешь помнить, что не одинока. Ты так много потеряла, но я... Я рад, что нашел тебя.

– Какая польза от слез? – пробормотала ей однажды Ин, когда они только пересекли свой двенадцатый жизненный цикл, и раны от потерь все еще глубоко саднили каждую ночь. – Мертвые их не почувствуют и не вернутся. Горе остается живым. Вместо того чтобы прожить жизнь в боли, я предпочитаю прожить ее в смехе и любви. На полную.

Моя мать говорила, что долг тех, у кого есть сила – защищать тех, у кого ее нет.

Мама однажды сказала ей, что, став взрослой, она будет защищать тех, кого любит. Вместо этого она позволила им всем умереть.

Такую боль девушка испытывала только один раз в жизни. В тот день, когда умерла ее мать. В день, когда ее мир рухнул.

Хоть бы меня не заставляли выходить замуж. Тогда не пришлось бы терпеть чей-то храп.

Когда с тобой случается нечто ужасное, это немного странно.

Если ты в меня влюблен, это твоя проблема.

Я пребываю в постоянном напряжении, уверенный, что в любой момент могу превратиться ну, скажем, в кролика! Или в горгулью. А может, и во что похуже: например, в кальмара.

Тебе прекрасно известно, королева должна быть терпимой. Когда высокий гость из далекой страны предлагает тебе отведать деликатес из вареных лапок ящерицы... тебе нужно улыбнуться и благодарно кивнуть. И сделать вид, что ешь эту мерзость, хотя на самом деле выплюнула ее в салфетку в надежде, что никто не заметит.

— Признайся: у тебя ведь есть очень потрепанный экземпляр «Пятидесяти оттенков серого»! Я начинаю смеяться так сильно, что едва дышу. — У меня есть вся серия.

До сих пор жизнь требовала от меня серьезности и бдительности, постоянного ожидания того, что нападет на меня следующим. Но сейчас, с этими парнями, мне кажется, что я могу расслабиться, вести себя глупо, смеяться и шутить.

Может быть, во мне кипит магия? Я всегда называла это силой или энергией, не зная более подходящего слова. Называя это магией, я чувствую себя чокнутой фанаткой Хогвартса.