Падали гуськом, как в вату – в плотную непроницаемую облачность. Не видно ни зги, повсюду облака, где земля – бес ее знает, руки так и тянутся дернуть за кольцо…

Теперь у русских есть организация со странным названием СМЕРШ… - потребовалось усилие, чтобы выговорить правильно, - Так называемые особые отделы вывели из подчинения НКВД и придали Наркомату обороны. Это управление военной контрразведки, организация серьезная…

Группу выбросят южнее Свирова, там они разделятся и в город проникнут парами. Документы безупречны. Встреча с представителем «Циклопа» назначена на завтра.

Гуров бросился к машине, распахнул заднюю дверь и приблизился к грязному стеклу. На нем кто-то пальцем соединил кровавые черточки в надпись: “Я не виновен, я никого не убивал”.

- Я думал, он просто раскаивается или думает, как получше ему отмазаться, сколько денег адвокату отвалить. А когда приехали, ребята двинули его выгружать, он уже синий в петле висит. Повесился. От куртки своей кусок ткани оторвал и петлю сделал.

Гуров выругался и сник. Он понимал, что значит страшная находка. Вряд ли остальные похищенные живы, повезло лишь Хваловой – ее Афанасьев просто не успел убить из-за полицейской облавы.

Павел побледнел от оскорблений. Он рванул вперед и с размаху ударил кулаком в красивое лицо, но тычок получился неубедительным. А от резкого движения опер потерял равновесие, попытался ухватиться больной рукой за край стола – промахнулся и чуть не упал на пол, едва удержавшись на стуле.

Молчание опера означало лишь одно – прав генерал, рядом подводные камни, причем в таком количестве, что начинаешь с ними сталкиваться с первых же минут.

Пинок! Нога в кроссовке ударила по мягкому бедру под нежной тканью задравшейся юбки. Мертвая женщина свернулась в калачик от удара, вошла холеными руками в вонючую жижу, и с чавканьем болото засосало ее.

Удар пониже уха был так силен, что в голове Михаила что-то со звоном разбилось, голова тут же закружилась, и он повалился на дорогу. Потеряв сознание, он даже не почувствовал, как его тело на глазах изумленных иранцев затолкали на заднее сиденье легкового автомобиля.

И тут же темноту прорезали два пистолетных выстрела. Тело первого противника дернулось дважды от попадания пуль. Оно еще падало на землю, когда Буторин выхватил свой пистолет и выстрел в темноту.

Когда Буторин боковым зрением заметил движение справа от себя, он, не мешкая, всадил лезвие ножа противнику под левую лопатку и развернул смертельно раненного человека в сторону новой опасности.

Факт оставался фактом – когда француз догнал женщину и попытался с ней заговорить, ему врезали чем-то тяжелым по голове. И если бы за приятелем не поспешил Жобен, то неизвестно, чем бы все закончилось.

Они добежали до машины почти одновременно: и Шелестов и двое смуглых иранских полицейских. Вытащить тело можно было, только через проем лобового стекла, от которого остались лишь мелкие осколки, торчавшие по краям уплотнительной резинки.

Полыхнуло огнем, улицу заволокло клубами пыли и сизого дыма. Земля дрогнула под колесами. От неожиданности, Шелестов даже нажал на тормоз. Но мысли о машине Такера, которая несколько секунд назад свернула туда, где произошел взрыв, заставили оперативника тут же надавить на педаль акселератора.

Беллуски сделал еще одну попытку уйти от преследования, собираясь вернуться на перрон тем же путем, которым пришел, и попал прямо в руки Федора Кульпы…

Он успел заметить, как за столом подскочил здоровый парень, а майор перемахнул через окно и ввалился в дом. В ту же секунду он вскочил, в два прыжка преодолел расстояние от окна до стола и резким ударом послал в нокаут здоровяка.

Богданов еще не знал, насколько окажется прав, и что пройдет всего несколько часов, и ситуация в Ташкенте изменится настолько, что из Москвы ему дадут «зеленый свет» на любые действия.

И они побежали. Обратно к тому дому, откуда вышли. Бежали они быстро, но все равно не успели. Узбеки настигли их, сначала повалили парней и начали методично избивать ногами с криками «Бей русских».

Проспект оказался завален осколками стекла, пустыми бутылками, булыжниками и… залит кровью. Да, да, на стенах, на земле, на дверях и окнах – можно было увидеть бурые пятна, и это несомненно были пятна крови.

Дубко сделал всего одно движение, настолько неуловимое, что остальная группа узбеков так и не поняла, что произошло. Они увидели, как Улугбек замахнулся на русского, и в следующий момент уже лежал на полу лицом вниз. Причем, без сознания.

Мысли вдруг вернулись к утреннему трамваю. Где все-таки я прокололся? Почему они хотели убить меня? Вряд ли они выследили Кристину. Да и билеты до Рейнензиштадта ни о чем особом не говорят. Священник ездил на семинар, а шулер, если это был шулер – на карточный турнир.

Вы задаете мне тот же самый вопрос, который интересовал следователя. Поэтому я вам отвечу то же самое. Да, в тех случаях, когда кто-то приходил на игру раньше, а кто-то позже. Тогда полковник выходил на лестницу встречать гостя, и тот, пришедший ранее, оставался на несколько минут один. Но на несколько минут.

Нет, не сходится. Секретарь говорит, что почти не сталкивается с членами клуба. Но не решающийся на самоубийство в течение долгих лет – такой член клуба не может не привлечь к себе внимания. Значит, секретарь знает, кто такой Гай Фокс. Это должен знать и юрист.

Это было никакое не самоубийство, а просто несчастный случай. Так что закрывайте это дело». Да, в тот день на перроне собралась толпа, ждали какую-то американскую кинозвезду. У них там, в Рейнензиштадте, перед рождеством всю неделю всякие праздники и фестивали. И это чиновник действительно мог случайно упасть на рельсы.

Он решил пройти до дома пешком. Богемный квартал жил своей жизнью. У освещенных дверных проемов кафе и баров толпились бродячие, еще верившие в свой успех, художники и музыканты. В одном из окон он вдруг увидел Любляну, сидевшую напротив какой-то женщины с короткой стрижкой.

На сегодняшний день членами клуба являются тридцать три человека, которые платят членские взносы. Они-то и составляют основную массу поступлений. В клубе работают на постоянной основе шесть сотрудников – я как секретарь клуба, моя жена, она же хостесса, на ней сервировка аперитивов и обеды для персонала, Курт, камердинер…

Теория мультиверсума рассматривает мироздание как совокупность альтернативных вселенных за пределами нашего пространства-времени.

До встречи оставались считаные минуты. Она ждала ее четыре года. Или, возможно, всю жизнь.

Ты лучший сон, который мне когда-либо снился.

Двое влюбленных — это не более чем два пути, проложенных прихотливой судьбой. Они могут протянуться по земному шару на огромные расстояния, устремиться в любом направлении и никогда не встретиться. Могли несколько раз пересечься, но не узнать друг друга.

Иногда так мало надо, чтобы жизнь круто изменилась.

Какая может быть любовь, если нет уважения?

Что трудного просто принять помощь, если тебе ее искренне предлагают?

Кто говорил, что любовь спасет мир? Она его только рушит.

Ты знаешь, что друзей, в отличие от родителей, выбирают.

– Девушки любят тех, кто знает себе цену, – взъерошив темные волосы, сказал Марвин. – И тех, кто знает цену им.

История меняется каждый день, в зависимости от того, кто ее рассказывает.

Прошлое никогда не забывает…

Утраты — часть нашей жизни, милорд Кассиапеус, а горе постоянно. Поначалу невыносимо. А потом вы понимаете, что на самом деле можете его выносить. Снова и снова. Столько, сколько потребуется.

Нам не обещана долгая жизнь, Кассиа. Только жизнь. Принимай то счастье, которое тебе доступно. Держись за него крепко.

Его объятия всегда помогали мне и сейчас унимали душевную боль.

Ты прекрасна и полная света, которым озаряешь все вокруг. Твоя улыбка способна осветить комнату... И это правда. Сияй и дари свет миру.

Мне уже жаль своего собственного будущего мужа. Ему придется делить меня с тобой.

Я люблю его, люблю так сильно, что не в силах выразить свою любовь словами. Я обязана ему жизнью. Но он прав, я не испытываю к нему чувств, как к мужчине. Смогу ли я полюбить его по-другому?

— Феникс — вымышленная птица, Тай. — Без разницы. Твоя же любимица. А что она символизирует? Новое начало. — Воскрешение и возрождение, — буркнула я. — Один фиг. Фениксы умирают, чтобы возродиться и начать новую жизнь. Вот и мы с тобой, Кэсси, начинаем новую жизнь.

Женщина, следующая за ними, настолько отличается от образа в моей голове, что я вынужден пристально вглядеться, чтобы убедиться, что это она. Она явно набрала на тюремной еде полтора десятка килограммов. Темные волосы свисают сальным хвостом, а на шее – корявая татуировка. Но наглость та же: вздернутый подбородок, высоко поднятая голова. Недаром ее называют здесь Герцогиней.

Уважаемый мистер Таунсенд! Я провела запрошенную полную психиатрическую экспертизу Камиллы Роуэн. Должна сказать, это была одна из самых сложных задач в моей карьере. Я ни разу не сталкивалась с личностью, которая столь очевидно не укладывается в обычную психологическую классификацию. Прилагаю свои выводы без обиняков и, честно говоря, не завидую вам.

Оставались вещи, которые не давали мне покоя. Вопросы, на которые не смогли ответить ни обвинение, ни защита. Поэтому сделав мой последний репортаж, я решил потратить несколько дней на то, чтобы посмотреть, что еще смогу найти. Тринадцать лет спустя я все еще этим занимаюсь. Потому что это тот случай, с которым журналист сталкивается только раз в жизни.

ГОЛОС 2: Роуэн прошла полную психиатрическую экспертизу и была признана вменяемой. Но полные результаты этой оценки никогда не были обнародованы. Кто она? Социопат? Нарциссическая личность? Или просто патологическая лгунья? ГОЛОС 3: Та Камилла, которую я знала, просто не могла сделать ничего подобного. … Я не верила тогда и не верю сейчас.