Жизнь слишком коротка, и не стоит тратить ее на то, чтобы лелеять в душе вражду или запоминать обиды.

И вот, сидя с книгой на коленях, я была счастлива; по-своему, но счастлива. Я боялась только одного – что мне помешают.

Иногда одно слово может прозвучать теплее, чем множество слов.

Быть вместе – значит для нас чувствовать себя так же непринужденно, как в одиночестве, и так же весело, как в обществе.

Уважай себя настолько, чтобы не отдавать всех сил души и сердца тому, кому они не нужны и в ком это вызвало бы только пренебрежение.

Мозг не создан для того, чтобы поддерживать ощущение опьянения, которое дает новый роман. Даже самые великие любовные истории сводятся в конечном итоге к кастрюлям и сковородкам.

Что это было? Печаль? Сожаления? Цветы вызывают у людей эмоции. Воспоминания о любви, обретенной или потерянной, о прошедшем Рождестве, о новом начале и финишной черте, все могут передать лепестки и листья. Возможно, этот мужчина приходил к нам каждый год, чтобы что-то вспомнить.

Ремонт дома — это способ замаскировать или оттянуть неизбежность разрыва отношений. Словно новые шкафчики и свежая краска смогут заполнить провалы неудавшейся любви.

Меня не переставало удивлять, с какой легкостью мужчины признаются в своих грехах цветочницам, как будто мы психотерапевты. Один взмах розой, и они выкладывают все свои тайны.

Количество мужчин в ее жизни зашкаливало, но она как будто никак не могла найти удовлетворения от своих побед. Со временем я поняла, что Ло получает удовольствие от игры, от этой погони за любовью. Я решила, что Ло нравится не сама любовь, а идея любви.

Нет ничего, что нельзя было бы исправить с помощью букета цветов.

Когда мы напряжены, мы в психозе, в тревоге и в тени мы привлекаем только напряжение и опустошающие нас энергии. Когда мы наполнены светом — мы чувствуем святость.

Жизнь каждый день тестирует наши состояния. А если вот такое хорошее событие произойдет, что ты скажешь? А если вот так плохо будет, как тогда? Сможешь ли ты, несмотря ни на что, остаться в гармонии?

В наше время из каждого билборда / курса звучит «мы сделаем вас знаменитыми / богатыми», но все забывают, что богатство не равно счастью. Знаменитость не равна радости.

Мой путь начался со встречи с учителем. Я задала себе вопрос: «В чем моя миссия, мое предназначение?», и этот во- прос сразу же был подхвачен Вселенной. Через пару недель меня повели за руку познакомиться с Лео — моим учителем,

Наш процесс исцеляет не только лично нас. Когда мы работаем с этой энергией, мы исцеляем 7 поколений назад и 7 поколений вперед.

Я глубоко убеждена: когда человек соеди- нен со своим предназначением, он каждый день занимается тем, что на самом деле его интересует, и ему это нравится, он горит своим делом, его клиенты, сотрудники рады взаимодействовать с ним — это автоматически распространяется на все сферы его жизни. Моя формула: реализованный человек = счастливый человек.

Никогда не говорите жене: «Ты не права», хуже только объявить супруге, когда та приехала из салона с новой прической: - Тебе такое не идет, вот соседку классно постригли, попроси у Тани телефон ее мастера.

Ох, не зря говорят, что украв чужое, ты никогда не станешь счастливым. Если вора поймают, то лишат его свободы, но даже когда ему все сойдет с рук, то и тогда ничего хорошего не получится, за него ответят его дети и внуки.

– А ведь когда-то мы завидовали иностранцам, – произнесла она, – все, кому удавалось прокатиться за рубеж, потом слагали хвалебные оды не только о ста видах губной помады, платьев, сковородок, короче всего, но и о приветливых торговцах, которые не злились, если покупательница просила принести другой размер, подсказывали, что лучше купить, и вообще вели себя с посетителями, как бабушка с внуками.

«Тушь для роскошного объема глаз, открытого взгляда и вечеринок», – прочитала я. – Составители рекламных текстов порой удивляют. Краску наносят на ресницы, сами глаза не советую ею мазать. И «тушь для открытого взгляда и вечеринок» тоже странно звучит. Может, лучше так: «С нашей косметикой вы станете королевой любого бала».

Вот некоторые люди кричат: «Я всех люблю». Неправда! Не получится каждого любить. По-другому надо. Если каждый человек будет заботиться и прощать тех, кто рядом: детей, внуков, мать, отца, деда, бабку, тетку, семью, – короче, вот ежели каждый так себя вести начнет, то и детские дома навсегда закроются, и все приюты для инвалидов, стариков, кошек-собак, тоже не понадобятся.

Если звезда школы не пригласила тебя в детстве на свой день рождения, потому что у одноклассницы старое, давно немодное платье, то не надо начинать дружить с этой женщиной, когда став взрослой, ты покупаешь себе десятое брильянтовое колье!

Мне вручили двадцать роз, и у каждой почти по сто лепестков — у каких-то больше, у каких-то меньше. И с момента вступления проклятия в силу каждый день падает по одному лепестку, сначала с одной розы, потом со следующей. А место опавшего цветка занимает куст ежевики, уничтожающий жизнь, что прежде цвела. Сегодня я наблюдал за тем, как упал последний лепесто

Так как у меня нет дворца, мне выделили это поместье, брошенное однажды жившими здесь людьми. Оно исполняет роль позолоченной клетки, удерживающей меня и мою стаю в границах проклятия. Мы неспособны отходить от дома слишком далеко, а любой фейри, который случайно забредет в радиус действия проклятия, заразится им, тут же приняв благую форму.

В течение пятилетнего срока я вкушаю горький вкус набирающего силу проклятия. Сначала я лишился магии и возможности принимать неблагую форму в любой момент, кроме полнолуния. Тогда я могу использовать магию, чтобы обратиться в волка. В остальное время я заперт в человеческом теле. Без связи с магией.

— Почти пять лет назад, — начинает он, — меня приговорили к году наказания за каждую отнятую жизнь, всего их было пять. И в конце приговора проклятие обрушится на меня с полной силой, меня навеки лишат четырех вещей: воспоминаний, магии, бессмертия и неблагой формы. По сути, я стану смертным человеком, не имеющим понятия, кто я.

— Я не слышала твоего имени. Ни здесь, ни в Верноне. Это правда, что ты его не знаешь? — Мое имя забыто, и не только мной, но и любым, кто дерзнет обо мне подумать. Это часть проклятия, медленно стирающего мои воспоминания и воспоминания фейри, живущих под моей крышей. Наши имена канули в Лету первыми.

Я лихорадочно припоминаю все, что слышала о королевских особах Фейривэя, в частности — Зимнего королевства. У каждого королевства по два правителя, благие и неблагие король или королева и их подданные, люди или фейри, должны быть преданны им обоим.

— Наши Мори нуждаются в нас, чтобы выжить, как и мы нуждаемся в них. Но они все равно демоны, у которых есть определенные прихоти и желания. С раннего возраста нас учат контролировать их порывы и уравновешивать смертную и демоническую стороны. В противном случае Мори попытается взять власть.

— Мохири демоны? — Наполовину демоны, — поправил меня он. — Каждый из нас рождается с демоном Мори внутри. Я почувствовала, как у меня побелело лицо. — То есть демон живет внутри тебя как... как паразит? — Именно так, — ответил он, будто в этом не было ничего особенного. — Мы даем жизнь Мори, а взамен он предоставляет нам способность делать то, для чего мы предназначены. Мы оба извлекаем пользу и

Все началось два тысячелетия назад, когда демоны научились выбираться из своего измерения и расхаживать по земле в телесной форме. Большинство из них были демонами низшего звена, но не менее опасными, хоть и не несли большой угрозы человечеству. Но затем появился демон среднего звена Вамхир. Он вселился в тело человека, наделил его бессмертием... и жаждой человеческой крови.

Желчь троллей — сильнодействующее и бесценное лекарство, не только из-за своих свойств, но и потому, что не каждый отваживался достать его. Тролли замкнутые и неуловимые, а их злобная репутация заставляла людей и нелюдей держаться от них подальше и уж тем более не стоило брать что-то у них.

Моя сила — свеча, яркая и теплая, а чудовище — ее тень, мрачная и темная. Реми говорил, что большинство способностей сочетали в себе хорошее и плохое, отчего мне не стоило бояться этой стороны себя. Я не поддерживала чудовища, но у меня не оставалось выбора, кроме как жить с ним.

Люди постоянно говорят: "Еще увидимся", когда прощаются. И это ничего не значит.

Она смотрела на меня как на дьявола, некогда именно этого я и хотел, но сейчас я сделал бы все, чтобы это было не так.

Его прикосновение — катастрофа, которая уничтожит меня. Я не желала потеряться в Беке Клермоне и позволять ему использовать и обманывать меня, как он делал раньше.

Он считал, что он бог, неприкасаемый, несокрушимый, но я докажу ему, что он неправ.

Он причинил мне боль, но в то же время он был единственным, благодаря которому все стало лучше.

Я думала, что знаю, когда змеи лгут. Думала, что готова, но я была дурой. Худшим из них был Бек Клермон. Он обвился вокруг меня и полностью завладел мною, перед тем как вонзил в меня свои клыки, и я ничего не смогла поделать.

Я думала, что все обо всех знаю, но, наверное, иногда я не понимала даже себя.

Родители хотят, чтобы тебе было хорошо, но они не всегда знают, что для тебя было бы лучше всего.

Девушек судят по их прошлому, а парней — по их потенциалу.

Сердце у меня заводится, как бешеное, я небрежно так оглядываюсь, будто никого не высматриваю, но естественно, я высматриваю его. И каждый раз, когда я его вижу, меня как громом поражает, словно я впервые это осознаю: боже, какой он все-таки красивый.

Жизнь, моя дорогая, часто бывает несправедлива. Однако правильное решение состоит в том, чтобы не углублять яму, в которой ты стоишь.

Всем нравится девушка-начальник — ровно до тех пор, пока она не попытается указывать, что делать.

Она наклонилась и поцеловала его в обе щеки, как будто они были в чертовом Париже. — Спасибо за ужин, капитан. Обещаю держаться от тебя подальше.

Женщины защищают. Растят. Кораблю дают имя женщины в надежде, что она защитит экипаж. И, может быть, замолвит за нас словечко другой важной женщине в нашей жизни — океану

Я уже начала думать, что в Вестпорте комплименты запрещены законом.

Она впервые ощутила, что «Безымянный» – это немного больше, чем просто четыре стены.