Это была моя новая жизнь. Я начала все с чистого листа с памятью о предыдущей жизни..

Говорят, что жизнь и смерть, радости и несчастья даны нам милостью его Величества.

В прошлой жизни я научилась накапливать и преумножать богатство, а также управлять семейными делами, но я до сих пор без понятия, как сохранить угасающую искру жизни.

Если я женюсь на ком-либо, то это будет человек, которого я действительно люблю.

Святитель Иона, митрополит Московский и всея Руси, чудотворец, еще при жизни имел дар исцеления от зубной боли.

«Казанская» икона Божией Матери прославилась многими чудесами. Перед ней молятся об исцелении болезней глаз.

кона Божией Матери «Споручница грешных» особенно прославилась во время эпидемии холеры, когда многих смертельно больных, с верою к ней притекающих, она возвратила к жизни.

Косма и Дамиан при жизни были врачами, и сейчас их почитают как целителей. Святым молятся при простуде, хронических заболеваниях, опухолях, язвах, а также при наркотической и алкогольной зависимости.

Тем не менее егерское движение дало важнейший результат. Когда в 1917 году царь отрекся от престола, Финляндия начала дрейфовать прочь от Российской империи. Процесс был небыстрым, но кончился победой народа, который давно хотел независимости. Свобода далась дорого: в молодой стране началась гражданская война между «белыми» и «красными». И вот тут егеря сказали свое веское слово.

Первого августа 1914 года в 18 часов по берлинскому времени Германия объявила войну России. Это был ответ на всеобщую мобилизацию, которую Россия начала после того, как 28 июля Австро-Венгрия напала на Сербию. Затем последовало множество других взаимных афронтов – два блока сцепились. Началась небывалая прежде по масштабам Мировая война.

– От имени купца первой гильдии Смирнова награждаю вас за содействие в возвращении ему похищенных средств. Расписка не нужна. – И сколько тут? – желчно поинтересовался генеральный комиссар, держа руки в карманах. – У тебя две тысячи рублей, у Вихтори тысяча. На лодку хватит и еще останется на обмыть. Нотариус, недолго думая, принял деньги и вежливо поблагодарил.

Но долго раздумывать было некогда. Дверь притона открылась, и наружу полезли разбойники. Коскинен выстрелил в воздух и что-то крикнул на финском – видимо, предложил сдаться. В ответ ребята одарили его целым залпом и скрылись обратно в доме. Лыков полез за браунингом: – Глупая голова, ты не оставил мне выбора. Нешто я брошу полицейского в опасности? – Тогда поддержите меня огнем, – обрадовался финн

- Триста тысяч не иголка в стоге сена. Если ихние сыскари возьмутся за дело всерьез, они их найдут. Так что главная твоя задача – заставить работать их. Один ты в Финляндии ничего не сделаешь, какая бы ни была у тебя репутация. – Это да… – помрачнел Лыков. – Они там даже по-русски не говорят. Или по-шведски, или по-фински. Ни тот, ни другой выучить невозможно.

В середине августа в столице произошло необычное преступление. Старший кассир Русского для внешней торговли банка Хейкки Раутапяя придумал и успешно реализовал сложную аферу. Как потом выяснило дознание, он послал сам себе из разных почтово-телеграфных контор Петербурга и Гатчины двенадцать телеграмм.

У любви нет религий и статуса. Есть любовь, и она не выбирает людей, внезапно скрываясь в их жизнь.

Когда человек любит, ему хочется кричать. А ты всегда молчишь. Твое молчание – это немой крик твоей бесчувственной души.

– Ты испортил мне прическу! – Ты испортила мне жизнь.

– Я думал о тебе так часто, как светит солнце в Дубае. – Оно светит постоянно. – Я думал о тебе постоянно.

Ее волосы трепал ветер, временами перекидывая их на лицо, и Даниэлю захотелось провести по ним пальцами. Сейчас Оливия больше напоминала ребенка, дорвавшегося до чего-то запретного. Она стояла к нему лицом с раскинутыми в стороны руками, с искренней улыбкой на губах, делая шаг назад, когда он делал вперед. Она засмеялась, и ее смех эхом разнесся где-то далеко.

Оливия залюбовалась тысячами огней, раскиданными на большой территории. Отдельные части соединялись тонкими полосками дорог. Где-то внизу живут люди, подумала она, наверняка чьи-то глаза сейчас следят за красными огоньками их самолета, быстро проносящегося по небу. Наверняка кто-то думает о нем, как сейчас Оливия думает о том, кто на земле.

Известны два вида движений глаз - плавные и скачкообразные (последние также называют саккадами). <....> Самый очевидный пример - смена типа движения взгляда при путешествии поездом. Когда мимо нас за окном пролетают пейзажи, мы плавно провожаем их взглядом, а потом глаза скачком перемещаются вперед, в новую точку фиксации.

Послышался едва различимый свист, и он запнулся, будто споткнувшись о невидимое препятствие. Грузное тело Евгения начало заваливаться на спину, и Анна заворожено смотрела на торчащую из его груди стрелу.

Перед глазами Анны что-то молниеносно пронеслось, вроде радужной кометы, в которой были запечатлены обрывки кадров, которые она будет помнить всегда – судорожные вздохи в темной спальне, взъерошенный Леонидов, торопливо застегивающий ширинку, и сегодняшняя маслянистая рука, лапающая ее коленку…

Анна среагировала мгновенно – резко развернувшись, она нанесла короткий и сильный удар незнакомцу, который буквально нависал над ней. Хрюкнув от неожиданности, мужчина попятился назад, держась за расквашенный нос.

Синицын осторожно взял пальцами лицо потерпевшей, повернув его к свету. Кроме рассеченной брови, на которой черной корочкой запеклась кровь, на скуле девушки наливался багровый синяк.

Не переставая кричать, девушка извернулась, и, отклонившись вправо, со всей силы ударила ногой преследователя. Носок кожаной туфли пришелся мужчине в голень, и тот от неожиданности отпрянул, но капюшон из рук не выпустил.

Шаги за спиной стали отчетливей, и она, не удержавшись, снова оглянулась. Странный незнакомец был совсем близко, и его прищуренные глаза смотрели прямо на Анну. «Твою мать… Этого еще не хватало!»

Невозможно было уничтожить корни этой любви; я даже не думал пытаться порвать с ней, так как я чувствовал, что это была вещь невозможная.

Нет ни луны, ни солнца в стране, откуда я пришла; это не пространство, ни тень, ни путь, ни тропа, ни точка земли для ноги, ни воздух для крыла; однако вот она я, потому что эта любовь сильнее, чем смерть, и в конечном счете побеждает.

Пей! И пусть моя любовь соединиться в твоем теле с моей кровью!

Мы не можем вызвать скандал перед всем светом, не обманув ничьих ожиданий.

Да, я любил, как никто в мире любить не может, любовью бессмысленной и яростной, неистовой, которой я был поражен так, что она едва не разорвала мое сердце. Ах! Какие ночи! Какие ночи!

– Вы что… застряли? – спросил Славик. – Нет, – улыбнулся Гений Евгеньевич. – Просто… отдыхаю.

. – Здесь левая лапа, тут – правая. А на спине этот… потолочник! – Позвоночник, – поправила его Верта. – А я что сказал?!

– Стой! Ты же играть не умеешь! – Да я целых три аккорда знаю. Главное – уверенность!

– Сейчас я расскажу вам о причинах дальнорукости…

– В нашем музее все должны быть заодно! Люди, фиксики… – И скелеты! – добавила Симка.

Смешно это или нет, но все это время, что Тимофей пребывал в объятиях Леры, дверь оставалась открытой. Но по закону подлости Полина так и не помешала ему.

Тимофей выпил с удовольствием. Его подозревали в убийстве, впереди тяжелый разговор со следователем, возможно, ночевать сегодня он будет в изоляторе временного содержания, так почему бы не выпить, может, хоть чуть-чуть на душе станет легче?

«Убит подполковник полиции, начальник отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков». Галка все это сказала дежурному, но тому, похоже, все равно.

Труп его бросили, хотя, возможно, в это время он был еще жив. Хотя вряд ли. Глаза открыты, застывшая боль в них и удивление. И синяк над глазами и под ними. На плешивой макушке глубокая рана, то ли острым кирпичом голову проломили, то ли еще чем-то.

На газоне вдоль межевого забора мокро, не пройти. Чучело там валяется, халат в клеточку, руки под прямым углом к туловищу. Но чучело-то с настоящими волосами… Может, это и не чучело вовсе?

Тимофей взмахнул правой рукой, нацелил кулак и врезал что есть мочи. Родион не выдержал удар, подался назад, пытаясь восстановить равновесие, но ему помешала лестница. Нога провалилась на глубину ступеньки, тело дало резкий крен, и он с шумом покатился вниз по лестнице.

С богатым мужиком, что с чертом, не скоро сообразишь

Известно, мы не хозяева, лыком шитая мелкота; а и в нас тоже душа, а не пар!

Этот народ одной рукой крестится, а другой в чужую пазуху лезет!

Беги туда, где любят, ищи любви, ее ты стоишь.

Чем же и свет стоит? Правдой и совестью Только и держится.

Пусть гибну я, любви одно мгновенье Дороже мне годов тоски и слез.

Степан перехватил руку, заломил ее за спину лейтенанту. Сержант даже не пытался нажимать на спусковой крючок, и затворную раму не стал передергивать. Он отсоединил магазин, чтобы пустой заменить на полный.