. Один из первых шагов к грациозности— всегда делать паузу и думать, перед тем как реагировать на вещи, людей, места или события. Старайтесь включать фильтр осознанности, контролируя свою спонтанную реакцию. Быть грациозным— значит уметь замедляться, чтобы оценить ситуацию и найти к ней подход с точки зрения осознанности.

ЕСЛИ ВЫ ПОСТОЯННО жалуетесь на то, что возникает в вашей реальности, Вселенная будет давать вам всё новые поводы для жалоб.

НАШИ ОШИБКИ. Мы даже уже не те люди, которыми были, когда свернули не туда. Трансформация заключается в понимании, что мы всегда можем сделать выбор в пользу лучшего. Только имейте в виду, что эта мысль не даёт вам права на бесконечную череду дурных решений. И еще помните: чтобы заслужить прощение, нужно для начала простить самих себя

Если вы умеете сопереживать себе и направлять собственную энергию в пространство новых возможностей, Вселенная наполнит вашу нынешнюю реальность безусловной любовью и поддержкой.

Вот уже более тысячи лет ни один из старших богов — а остальные в любом случае были стерильны — не мог зачать. Больше тысячи лет Орион искал решение этой неразрешимой проблемы. В конце концов он настолько отчаялся, что перешел последнюю грань и прибегнул к самому кощунственному способу из всех возможных: межвидовому скрещиванию.

Хочешь выжить — не оскорбляй богов ни делом, ни мыслью, а посему люди старались служить высшим правителям со всем тщанием, на какое только были способны.

Раз в неделю определялся список лиц, которые с наибольшей вероятностью могли причинить вред королевству. В этот день на площади перед дворцом устраивалось мрачное действо, неизменно заканчивавшееся смертью.

Орион, всеведущий бог-император, способный улавливать эмоции всех до последнего своих подданных, карал лишь за гнев и негодование, ибо они лежат в основе всех преступлений, а также наказывал за любое инакомыслие. Таким образом сохранялся мир.

Сомнение свойственно человеческой натуре, это основа всех размышлений.

Да, у меня частенько появлялась аллергия на что угодно. Иногда на маму. Иногда на папу.

Мне придётся пропустить занятия в школе. В конце концов, спасти замок и, может быть, даже всё человечество — куда важнее.

Полдень. А я лежу в своей королевской кровати и литрами пью отвратительный липовый чай, чтобы не огорчать маму.

Взявшись за руки, мы направились к замку, к высоким колоннам у входа. Хотите верьте, хотите нет, но в тот момент я даже вообразила себя звездой — красная дорожка в Голливуде просто «отдыхала».

Иногда длинный путь — самый верный.

Он клятвопреступник, прав Ираклий. Джона охватил стыд, который быстро превратился в страх. Он не мог разглядеть даже собственные руки, его трясло от холода. Придется искать обратную дорогу в темноте. Спотыкаясь, он спустился по лестнице в воду, и, вытянув перед собой руки, побрел обратно. Джон чувствовал прикосновения плававших вокруг костей, прошел через три комнаты и увидел впереди свет.

Сияющая жемчужина Средиземноморья, Город специй, Город шелка, Город чудес — Аль-Искандария. Александрия раскинулась перед Юсуфом, когда он стоял у окна на высоком маяке. Иглы Клеопатры, обелиски-близнецы, что стояли в порту, казались не больше зубочисток. Войска прибыли в Александрию сегодня. Делегация горожан встретила их возле стен и принесла Ширкуху голову фатимидского градоначальника.

Он почти сразу догнал последнего франка. Рыцарь взмахнул мечом, но Юсуф его отбил, тут же сделал ответный выпад и попал врагу в подбородок. Кровь брызнула на песок, рыцарь упал. Теперь Cаладина от короля отделяло пять воинов. Он снова пришпорил своего скакуна, промчался мимо одного, потом второго, принял удар на щит, когда обгонял последнего, и теперь перед ним остался только король.

— Я ему не верю, — пробормотал священник. Амори встал с трона и положил руку Вильгельму на плечо. — Как и я, друг, — сказал король. — Но мы не можем упустить такую возможность. Напиши Боэмунду из Антиохии и Раймунду из Триполи. Им придется защищать нашу северную границу в мое отсутствие. — Амори посмотрел на коннетабля. — Собирай армию, Онфруа. Мы выступаем через две недели.

Юсуф недовольно посмотрел на евнуха. — Чего тебе нужно? — Я лишь хочу помочь, — ответил Гумуштагин. — Мы связаны друг с другом. Ты спас мне жизнь, Саладин. И мне известна твоя тайна. — Он понизил голос до шепота. — Ребенок Азимат — твой сын — станет монархом, когда Нур ад-Дин умрет. Внутри у Юсуфа все сжалось. Гумуштагин был опасен, как змея, и единственный знал правду.

Джон мгновенно перевернулся на спину — острие клинка монарха застыло перед его лицом. — Ты неплохо сражался, Джон. Однако поединок закончен. Ты сдаешься? Джон попытался подняться, но Амори наступил ему на грудь, заставив снова лечь на землю. Джон посмотрел мимо клинка в голубые глаза короля, а потом на серое небо над ними. Значит, вот так все и закончится. Джон закрыл глаза. — Сдаюсь.

Женщина на несколько минут задумалась. Полицейские говорили, что посетительница выходила от Риты в час убийства. Значит она подозреваемая или сообщница убийцы?

В ответ полковник, молча показал взглядом на тумбочку. Там лежал электрошокер, вилка зарядки была включена в розетку.

Суицидники стараются не раздеваться догола, или даже надеть что-нибудь, чтобы «выглядеть прилично». Сюда же и записку в виде стихов можно отнести, и скальпель: он ведь оставляет после себя аккуратный ровный разрез.

- О самом отравлении, эксперты не сообщают ничего нового. Мужчина действительно подумал, что в его недомогании виновата пища из ресторана, не обратился вовремя за помощью и сам не принял никаких мер, поэтому и не дожил до утра.

Образ был завершен и полностью одобрен. Марине можно было отправляться в свой номер, чтобы отдохнуть перед завтрашним заданием, которое обещало быть непростым.

Вероника вот уж несколько лет не ездила общественным транспортом, по городу передвигалась исключительно на машине с водителем, по совместительству охранником. И если бывала в общественных местах, то не одна и сменив внешность.

Матвей вскочил, бросился к окну и увидел черный султан дыма. Как будто злой джинн поднимался к небу. На дороге, в поле горел его «мерседес».

Под красивой попкой должна быть такая же машина. Лилия стремилась к справедливости подобного рода, и у нее это получилось. Но ей уже надоело быть столбовою дворянкой. Почему бы не стать вольною царицей?

Матвей ударил в ответ. Тоже без замаха, но от всей души. Кожаное пальто кубарем летело до самого лифта и едва не сбило с ног Лильку, которая выходила из кабинки с пакетами в обеих руках.

Какое-то время Пухнарь смотрел на него и молчал, затем поднял руку и выстрелил в потолок. Мариночка всего лишь вздрогнула, а мужика передернуло. В спальне завоняло мочой.

Чувство эйфории разбилось от сильного удара об дверной косяк. От боли в голове у нее мельтешило перед глазами, но Лилия видела, как Виктор подошел к ней.

Виктор сам предложил убить Василису и Матвея. Глеб и слова не успел сказать, а самозваный киллер уже принял заказ.

Незванов отлично играл свою роль. Гуров даже ощутил укол совести. Артем казался ему тряпкой, но, как выяснилось, он был прекрасным артистом.

Гуров поднял голову. Девушка возвышалась над ним, подобно демону восставшему из преисподней. Крупная, с рельефной фигурой, она напоминала опасное для жизни воплощение, перед которым непременно нужно было держать ответ.

Да, отпуск. Да, свобода. Да, никому не обязан, потому что заслужил отдых. Но трупы, обнаруженный прямо вот тут, под ногами, просто так не появляются.

Незванов отвернулся, шагнул в угол и сломался пополам. Крячко решил было, что сейчас он ткнется лбом в стену и потеряет сознание, но этого не произошло. Артема Незванова стошнило.

Гуров посмотрел на лежащего на полу человека. В самом центре его лба имелась аккуратная черная дыра. Кровь, успевшая за несколько дней свернуться, совсем не походила на саму себя.

Гуров оглянулся и водитель «Hyundai Solaris» тут же придвинулся к спинке своего сиденья, тем самым пытаясь максимально спрятать свое лицо.

Ключ к сердцу мужчины в его гордости, за которой по пятам следует его аппетит. Похвали мужчину, и он будет твоим, только руку протяни.

Мама была предана богам — не только Талосу, но и Астрее, богине красоты; Спиросу, богу погоды; и другим, — но я верила в духов, которые жили во всем вокруг меня: в воде, птицах, в самом воздухе. Все это было живым, прекрасным и таким же божественным, как любой невидимый бог.

Океан оживает только тогда, когда ты погружаешься на глубину. Чем глубже ты заплываешь, тем больше тайн и удивительного тебя поджидает.

Красота – это сила, говорила нам мама снова и снова, пока слова не стали такой же безусловной истиной.

То, что вы не родились принцессами, не значит, что вы не можете вести себя как они, любила говорить она. Ведите себя как королевская особа, и именно так с вами будут обращаться.

— У каждого народа свой дар, — сказал мне он. — Мы умеем читать мысли и влиять на чувства. Маги — колдовать. Единороги могут заглядывать в будущее. Нельзя передать свои способности существу из другого народа.

Существуют эльфы, которые более чувствительны, чем другие. Они лучше видят магию, когда с ней сталкиваются.

Боль — это часть нашей жизни.

Чувства не бессмысленны. Они делают нас такими, какие мы есть.

— Теперь мне любопытно, что меня ждет. Монстры? Мумии? Драконы? — Никто не сможет с точностью сказать тебе об этом. Вечный лес не всех пускает, и для каждого он разный. Некоторые могут войти в него, некоторые никогда его не познают, а кто-то возвращается из него больше не в силах стать прежним.

Весь волшебный мир связан сетью невидимых линий, — произнес он, возвращаясь к предыдущей теме. — Там, где пересекаются линии, находятся так называемые места силы. Все линии сходятся в Лейлине. Столица эльфов и дала название этим линиям.

Самой трудной из всех своих работ в кинематографе Ярмольник считает роль дона Руматы в фильме Алексея Германа «Трудно быть богом». Работа над тем, прямо скажем, «убогим Богом» длилась для Лёни… 15 лет.