Как это произошло? Ну как произошло: я так поняла, во всем виноваты муравьи. Глупо, да?

Постепенно поездок становилось все меньше, сборную то и дело снимали с соревнований, и стало ясно, что очень ско- ро все, на что он потратил жизнь, потеряет смысл. Надо было спасаться, но как же бросишь ребят?

— Я не сволочь, Данил, — вдруг сказала Анаис. — Меня всю жизнь спрашивают: почему я все еще здесь, почему не уехала, неужели мне нравится это все?

Тогда он вдруг зачем-то ее поцеловал. Случайно, сорвалось, закружило — вляпался в закрытые холодные губы.

Но само это явление — человек из ничего, из движения, из любви, из порно, из жидкости, из кожи, из крови — завораживает меня.

Умирать нужно в святых местах. Это один из секретов, которые познаешь в пустыне.

Любой роман – это зеркало, скользящее вдоль дороги.

Я буду смотреть на луну, а видеть тебя.

Если выпиваешь яд, предназначенный другому, думая, что этим облегчаешь его участь, ты ошибаешься, потому что отравляешь не плоть, а душу: яд оседает в тебе.

Чаще чужой человек может сделать намного больше, чем близкий: попадая в руки незнакомого человека, вы обнаруживаете зеркало собственного выбора.

Когда у тебя глубокое горе, единственное средство выживания – избавление от воспоминаний.

Я искал что-нибудь такое, чем бы можно было отвлечься, а книги в этом неплохо помогают. А теперь у меня уже вошло в привычку читать перед сном.

Нет таких проблем, от которых не помогли бы бэйквеллский пудинг и горячий шоколад.

Я не тороплюсь судить о людях по тому образу, который они выставляют напоказ.

Когда я тебя вижу, кажется, что все в моей жизни идет правильно.

Совершенно все равно, что между нами произойдет: он всегда будет частью меня, равно как и я буду частью его.

Тяжело любить после того, как у тебя разбилось сердце. Это больно. Но оно того стоит. Ведь, посмотри, тебе снова предстоит испытать… Настоящую любовь.

Счастье приходит не тогда, когда ты к этому готова. Иногда оно приходит раньше, когда ты еще в растерянности. И я подумала, что, когда это случится, можно пропустить его, как не нужный тебе автобус.

Когда теряешь любимого, трудно представить себе, что когда-нибудь тебе станет легче. Но это обязательно произойдет. Ты никогда не избавишься от печали. Но это то, с чем можно научиться жить. Ты начинаешь понимать, что печаль постоянна. Что речь идет, скорее, о ремиссии и рецидиве, но не об исцелении.Ты должна пройти сквозь это, проплыть словно в подводном течении.

Я выстраивала свою жизнь, исходя из того, что мне хотелось увидеть все, что только есть необыкновенного, но я тогда не осознавала, что необыкновенное – повсюду.

Думаю, каждый из нас переживает такой момент, когда его жизнь раскалывается надвое. Когда оглядываешься на свою линию жизни и где-то там видишь острый зубец, какое-то событие, изменившее тебя больше, чем все остальное. Может быть, это нечто удивительное. Может быть, нечто трагическое. Но когда это происходит, оно окрашивает твои воспоминания и меняет взгляд на жизнь.

Почему правдой оказались все самые опасные сущности из детских сказок? Почему не единороги, или говорящие цветы, или какое-нибудь другое дружелюбное существо? Почему они-то не могут быть правдой? Пиппа внезапно вспомнила слово из известной книги, которую она недавно прочла, из истории про девочку по имени Алиса.

Влюбиться — это целая трагедия, не так ли? Арджун усмехнулся. — Причем очень эпичная, — сказал он. — Будто твое сердце танцует у обрыва с улыбкой на лице, игнорируя все предостережения. — Но на что-то иное я бы и не согласился.

Страх — чувство, от которого сложно избавиться. Как и любовь.

Красота — единственное, ради чего стоит жить.

Быть может, в каждом мире существуют противоречия, везде что-то одно чрезвычайно кому-то важно, а что-то другое совсем не имеет значения. Арджун не мог не думать, что было бы куда лучше, если бы каждый просто занимался своим делом и позволял остальным людям быть теми, кем они желают быть; молиться тем, кому они желают молиться; и любить тех, кого они желают любить.

Необъятно, как небо, и глубоко, как океан. Вот столь ты любима.

Сожаление – вечное послевкусие жизни. Не важно, что ты выберешь, ты все равно будешь думать: «А что, если бы все случилось по-другому?"

Не поймите неправильно, идеальной я вдруг не стала. Мои мучения не закончились, слабости не превратились в достоинства, бороться стало ничуть не легче. Никакое чудо не превратило печаль в счастье… но я все равно чувствовала это: исцеление.

Я соскользнула вниз по стене, опустившись на холодный линолеум. Опустила голову на колени, позволив звукам струн Уилсона распутать узелки сетей на моей душе и пусть только на мгновение, но освободить меня от ноши, которую я тянула за собой, точно ржавые цепи. А что если их можно было сбросить навсегда? Что если я смогу стать другой? Что если жизнь может быть другой?

Но с каждым звуком того инструмента ощущение внутри росло. Это было не горе и не боль. Даже не отчаяние и не угрызения совести. Это была скорее… благодарность. Любовь. Я тут же выкинула из головы эти внезапно возникшие слова. Благодарность за что?! За то, что жизнь всегда была такой трудной? За то, что моменты счастья можно по пальцам пересчитать?

Мне хотелось как-то сообщить о своем присутствии, напугать его. Хотелось засмеяться, поддразнить его, сказать что-нибудь колкое и саркастичное, как всегда. Хотелось возненавидеть его, потому что он был прекрасен, и такой мне не стать никогда.

Сердце Евразии – это Великая степь от Китайской стены до Карпат.

Почему тюрки возникли и почему исчезли, оставив свое имя в наследство многим народам, которые отнюдь не являются их потомками?

Способность жертвовать собою ради идеала – это и есть проявление пассионарности.

Жаль, что нельзя сделать шэринг, ну взять и поделиться с человеком своими чувствами, опытом или мировоззрением. Например, недостаёт у подруги любви к себе, ты берешь и добавляешь ей свою.

Главное, чтобы из состояния жертвы ты перешла в состояние выжившей, а из состояния выжившей в состояние помогающей.

Домашнее насилие не имеет национальности.

В эмиграции в норку не спрячешься.

У хороших матерей детей не забирают. Но ты должна доказать, что ты хорошая...

— Ну, попросила ущипнуть — я ущипнул! — отвечает он, вспоминая их появление в кубическом мире.

— Ты будешь смеяться, там было написано: розовый и зелёный одновременно, в руках золото, но от жизни я бегу...

— В меню — множество монстров! — подтверждает Элиот, вспоминая, что читал в гримуаре. — Но если это сэкономит нам несколько дней пути, то почему бы и не попробовать, — заключает он, всё ещё обеспокоенный.

— Эй! Большая куча кубов! Иди сюда! — Элиот неожиданно окликает его сзади.

— Фух! Я не знаю, кто это был, — говорит она, — но выглядел он не очень дружелюбно!

— Ну, это всего лишь глупая кирка! — говорит разочарованная Эми.

Когда сердце его будет завоевано, у нее останется сколько угодно времени для того, чтобы влюбиться в него самой.

Ради одного человека нельзя менять взгляды на порядочность и добродетель.

Пренебрежение здравым смыслом - верный путь к счастью.

Нас часто обманывает собственное тщеславие. Женщины придают слишком большое значение единственному восхищенному взгляду.