Разве ты не знаешь, как работает неотступное пари? Каждое твое движение можно отследить. Как раз для того, чтобы ты не уклонилась от уплаты долга. Победитель пари может найти проигравшего где угодно и когда угодно. – Да, я знаю это, но... – И никакая магия не может его разрушить, – продолжила Арабесса. – Даже такие могущественные существа, как Ачак. Именно поэтому оно и называется неотступное пари

Чистая душа не выжила бы в этом мире. Существовала причина, по которой худшие из худших сидели на тронах, контролировали города и людей – потому что они были готовы делать то, о чем другие не могли даже помыслить.

Магия непостоянна и непредсказуема, Лиора. Она не любит, когда ее принимают как должное.

Я впервые в жизни поняла, что не хочу быть никем другим, даже если пока не понимаю свою магию. Я не хочу быть ни в каком другом месте, даже если мы стоим на краю пропасти. Что бы ни случилось дальше, мы есть друг у друга, а этого всегда было более чем достаточно.

– Часть меня полна любопытства и вопросов, она хочет знать, как устроена магия и каковы мои возможности, на что похож мир за пределами Сильвана. Но другая часть меня боится. – Бояться не всегда плохо. Иногда это защитный механизм, средство самообороны. – Но если страх иногда защищает меня, а иногда мне мешает, как я узнаю, когда к нему нужно прислушиваться?

Есть магия безобидная. Есть такая, которая может нанести вред, оказавшись не в тех руках. Но самая опасная магия – это та, которая использует колдунов и колдуний, которая питается ими, как паразит, и растет за пределы возможностей владельца ее контролировать.

До сих пор моя магия не приносила мне ничего, кроме одиночества и тайн.

Отец однажды сказал, что магия – это невидимый зверь, скрытый от глаз враг, который в любой момент может отнять чью-то жизнь.

Ух ты, это оружие на самом деле содержит часть тебя. Твою кровь. Очень вероятно, что именно поэтому оно намного мощнее вышеупомянутого короткого меча. Это замечательно.

Я горжусь тем, что делаю каждое свое творение уникальным. Мои клиенты знают, что, заказывая клинок у Зивы, они получат единственное в своем роде оружие.

Не начинай все сначала, пытаясь все контролировать. Царит мир, так что оставь все как есть.

Я покину свою кузницу только в тот день, когда в мире закончится железная руда. Но даже тогда, я уверена, что смогу что-нибудь соорудить из меди.

Любовь — то еще неудобство. Она пугает и волнует. Но со временем это пройдет. Любить станет легче, и чувство превратится из желания в потребность. А если этого не произойдет, значит, ты не с тем человеком.

– Грязная стерва! Пока он тер глаза, Ангелина смогла оттолкнуть его и пробежать к лестнице на второй этаж, мимо сумасшедшего убийцы, столов для бальзамирования и свежей покойницы.

Даже познакомившись со своей невестой Ангелиной, которая работала танатопрактиком, Банин не придавал этим словам значения. Но сейчас, глядя, как она открывает патологоанатомический мешок, в котором тело его сокурсницы Лизы Колтовой доставили из судебно-медицинской экспертизы, Павел подумал, что в последние месяцы, его и правда преследует какой-то злой рок.

Догадка привела его в саратовский ТЮЗ, где недавно поставили натуралистичный спектакль «Царский гнев», актерский состав которого год назад покинул исполнитель роли палача. Отсутствие реплик и недостаток таланта тот активно компенсировал дотошным воспроизведением средневековых пыток, претензиями на сложность натуры и банальным пьянством.

Лиза наверняка умирала медленно, страшно. И мучилась, пока убийца не насытился властью над женщиной, будто занявшей его место в мире. Здоровой. Умной. Красивой. Носившей символ власти над простыми смертными – погоны.

Очевидно, что тот, кто отнял ее, был физически силен, хитер и опытен. Об этом свидетельствовали бесшумная расправа над обученной давать отпор сотрудницей полиции и уверенность при совершении преступления – неотъемлемый признак устоявшегося почерка.

Среди завалов поломанной мебели и гнилого поролона, лежало на животе обнаженное тело Лизы. Темно-красные полосы глубоких порезов змеились по запястьям. Обескровленное лицо распухло от побоев. Спина покрыта ссадинами. Голые ноги раздвинуты. Синие волосы насильник склеил скотчем, словно хотел спрятать ультрамариновые волны, побоявшись их яркости.

Севастьян уже разделся, но в воду не входил. В состоянии тихого бешенства Пасечник запросто мог подстрелить его. Да и не хотелось ему плыть за Харитоновым. Вдруг задержит его, а он возьмет и выкрутится. К тому же у Харитонова нож, что-то не было желания умирать ради того, чтобы самому оказаться за решеткой.

Милованов считал его сумасшедшим. Может, это он и убил Горохову. И чтобы убедить себя в обратном, нужно будет отработать все машины, водители которых могли видеть, как он менял запаску. Но начнет Севастьян с Канареева. Кто-то же должен подтвердить, что до двадцати минут четвертого Севастьян просто не мог находиться в городе.

Крюков склонился над трупом, осторожно взял за плечо, повернул тело на бок. Голова осталась в прежнем положении, а шея открылась, на ней и синяки от руки, и явный след от удавки. Похоже, преступник сначала душил жертву предплечьем, а потом пустил в ход удавку. Возможно, из шелковой косынки, которую Лиза носила вместо шарфа. Косынки нет, и сережек тоже.

Но чем преступник ударил жертву, пока не ясно. Может, кулаком по голове. Севастьян ощупал затылок, а ведь прощупывается шишка. И набухнуть она успела, потому что Лиза еще жила какое-то время после удара.

Женщина лежала на полу, на животе, голова набок, правое ухо вверх, мочка разорвана, сережки нет. Глаза открыты, на лице застыла гримаса ужаса, рот приоткрыт как у рыбы, выброшенной на берег. Голова не покрыта, волосы разметаны, знакомый плащ распахнут настежь, полы откинуты.

Крюков неторопливо повернулся к нему, и морально, и физически готовый к драке. Все-таки в момент удара к опасности лучше находиться лицом, а не боком. Пропустить ударную руку мимо себя, поймать ее в захват, взять на прием, Крюков это умел, и точно знал, что не оплошает.

Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, Пресвятая Богородица и святой мученик Трифон, пошлите мне благой и честный труд во славу Божию и на пользу ближних моих.

лажен, кто всегда исполнен духовной радости и неленостно несет благое иго Господне, потому что будет он увенчан во славе.

Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей Святой.

Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных и не сидит в собрании развратителей, но в законе Господа воля его, и о законе Его размышляет он день и ночь!

План Гурова был достаточно прост, хотя и сохранял повышенные риски для журналистки. Сыщик хотел, чтобы фамилия Лещук, как автора эксклюзивного материала об убийстве Киреева, звучала «из каждого утюга», чтобы серийник точно не пропустил ее и знал, кого нужно искать, и кто именно оклеветал его.

Снег рядом с ногами трупа был так утоптан, что складывалось впечатление, что это сделал убийца. Причем специально, чтобы невозможно было забрать слепок его обуви. А во всех остальных местах он выглядел нетронутым, лишь кое-где виднелись птичьи следы, да вокруг убитого все было усыпано маленькими отпечатками лап собаки.

Убитый лежал лицом вниз, а его руки были под телом, согнутые в локтях. Видимо, смертельного удара он ждал. Возможно, стоя на коленях. Вероятно, даже молил о пощаде. А почему не кричал, не звал на помощь? Ведь в Москве, даже в шесть утра, когда собачники обычно выгуливают своих питомцев, людей на улицах вполне достаточно.

На первый взгляд, убийство действительно можно было принять за дело рук сатанистов. Худощавый мужчина висел на трубах отопления, привязанный в позе распятого Христа. Он был без верхней одежды, лишь в рубашке, разорванной на груди, и брюках, повисших на подогнутых коленках.

Несколько секунд провисев на крюке люстры, курьер спрыгнул на пол. А затем сделал петлю на конце веревки и, подойдя к Быковской, одел ее на шею жертвы. Посадив Веронику спиной к креслу, он несколько раз ударил женщину по лицу: - Просыпайся, стерва! Пришло время платить за свои грехи!..

Однако ничего из запланированного ей сделать не удалось. Едва она повернулась спиной к курьеру, как тот разжал кисть правой руки, роняя коробку на пол. Она опустилась на бетон с легким шелестом, словно внутри была пустота, а в свободной руке курьера оказалась резиновая дубинка, появившаяся из широкого рукава спецовки, как по мановению волшебной палочки.

<...> Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими. Мир потому не знает нас, что не познал Его. (1 Ин 3:1) < >

<...> Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет; чтобы они делали это с радостью, а не воздыхая, ибо это для вас неполезно. (Евр 3:17) < >

<...> Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм — вы. (1 Кор 3:18) < >

<...> Ты покров мой: Ты охраняешь меня от скорби, окружаешь меня радостями избавления. "Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око Мое над тобою". (Пс 31:7-8) <...>

<...> И будет Господь прибежищем угнетенному, прибежищем во времена скорби; и будут уповать на Тебя знающие имя Твое, потому что Ты не оставляешь ищущих Тебя, Господи. (Пс 9:10-11) <...>

Время уже перевалило за полдень, когда Гуров выполнил всю намеченную программу – задержал всех сотрудников центра «Святогор», причастных к двум убийствам. Теперь можно было отправляться в управление.

Оперативники кинулись вслед за беглецом. Быстро выяснилось, что бегали они ничуть не хуже Николая Бурилкина, а даже лучше. Он не пробежал и двадцати метров, как его догнали, повалили на землю и надели на него наручники. Сержант Огородников обыскал беглеца и извлек у него из одного кармана пистолет, а из другого – кастет.

Лицо хозяйки центра «Святогор» исказилось, на нем читались злоба и страх. Она повернулась и кинулась бежать по коридору – видимо, спешила в свой кабинет, может быть, хотела уничтожить какие-то бумаги. Но Гуров не дал ей такой возможности.

- Это пельменная «Ермак» на Пролетарской? Я хотел сделать заказ. Гуров мгновенно вспомнил слова, которые утром сказал Гуменюк: «Бронштейн может вам назначить встречу возле столовой или пельменной. Или прямо там, в пельменной».

Гуров припарковал машину в одном квартале от места встречи, назначенного Гуменюком, и направился не в сторону дома № 68, а в прямо противоположную сторону. Сейчас, когда предстояла встреча с человеком, который должен был стать его главным помощником, было важно не привести с собой на встречу «хвост».

- Кашкин был убит выстрелом в сердце, - отвечал Орлов. – Из карабина «Сайга», которым часто пользуются охотники. А на следующий день в полицию явился охранник кондитерской фабрики, который сообщил, что накануне они оба много выпили, и он в какой-то момент произвел выстрел, который смертельно ранил директора фабрики.

Ни через три, ни через четыре часа Лев Иванович с Улямовым так и не добрались до Москвы – двигатель Гуровской машины сначала забарахлил, а потом и вовсе отказался работать. Попытки исправить поломку ни к чему не привели. Гурову пытались помочь и Улямов, и какой-то проезжавший мимо мужичок, но все было без толку.

– Выстрелил себе в голову из обреза, – указал на накрытое тряпкой тело судмедэксперт. – Обрез уже упаковали, – добавил он, кивнув в сторону стоявшего неподалеку Гейнца, который разговаривал с одним из экспертов.

– Триллер триллером, - сказал Гуров, - а ты вполне можешь оказаться прав: ревнивец убил и свою женушку заодно с Игнатовым, узнав о ее изменах. Очень похоже, что он весьма неторопливо и основательно готовился к убийству.

«Мужа убили, но что-то уж Ангелина Олеговна не очень похожа на безутешную любящую вдову», – мелькнула у Гурова мысль. И слишком уж было удивительным для него, как спокойно Игнатова говорила об изменах мужа.