Современный наемный рабочий связан со своим хозяином невидимыми нитями.

Утонченность и разнообразие продуктов вытекают из новых отношений рынка

Ценность вещей заключается в их отношении к нашим потребностям.

Пока начальник службы охраны наливал, Вячеслав подошел к окну. Олимпийская деревня опустела. Спортсменов уже торжественно встретили в Москве. Оба рейса. Наверняка в Кремле прием устроят.

Получив технику оружие и средства связи, Богданов вернулся в отель, а уже вечером из города по трассе Мюнхен – Зальцбург одна за другой вышли три машины. В первых двух - боевая группа «Дон» с переданными офицерами службы безопасности, в последней, офицеры «Штази» во главе с майором Зиверсом.

Боевики, конечно, могут захватить частный дом, когда в нем никого не будет. Или с заложниками. Обстрелять самолет. Но вот уйти им из Лимберга уже не удастся.

- Главарь террористов, как и обещал, вышел на связь в 10 часов. Он сообщил об одиннадцати захваченных израильтянах. Хотя сбежавший из дома некий Тувье Соколовски, судья по тяжелой атлетике, рассказал о гибели двух спортсменов, вступивших в схватку с боевиками.

- Боевики не идиоты, Карл, - ответил Богданов. – Они уже внимательно отслеживают обстановку у здания проживания израильской делегации и сразу срисуют твоих и моих парней.

- Ни намека на принадлежность к Организации освобождения Палестины. Вот такие дела, Слава. Можешь сообщить своему куратору о бездарной работе майора «Штази» Зиверса, хотя уже наверняка сообщил кто-то другой.

Супруга Мухаммада Джахангира (Джахангир – с перс. «Покоритель мира»), четвертого падишаха Империи Великих Моголов (правил 1605–1627 гг.), Наваб Нур-Джахан подарила миру вышивку Чиканкари.

Ну и какое отношение этот перечень кровопролитных войн имеет к вышивке, спросите вы. Вряд ли воины Чингисхана придумывали новые швы и стежки, а крестоносцы вышивали крестиком в перерывах между боями?

Если проколоть шкуру в нескольких местах, а потом соединить проколы стежками из жил животных или нитей, скрученных из растений или шерсти – такой рисунок проживет долго. Может быть, именно так и появилась древнейшая вышивка?

Когда берешь в руки иглу и нить, начинаешь работу, чувствуешь не только прилив вдохновения, но и тонкую связь со многими поколениями мастеров. Они изобрели уникальный способ не только украсить мир, но и оставить потомкам послание, зашифровав его в орнаментах и мотивах своих работ.

Вторая перебежка уже завершалась, когда один из командиров отделений вскочил на высокий камень, вскинул вверх руку с автоматом, демонстрируя победный жест, и сразу же упал с камня, получив пули в бедро и в ягодицу.

Вскоре раздалось еще два выстрела из винтовки Драгунова, прежде, чем поднялась сильная ответная автоматная стрельба с позиции моджахедов. И тогда же ползком, вжимаясь в землю горного склона и не рискуя подняться на лишний сантиметр, приползли Солоухин и Саночкин.

Выстрел грянул неожиданно, видимо, сразу, как только прицел нашел жертву. А за ним вдогонку последовало еще два выстрела. Невозмутимому Солоухину не требовалось много времени на прицеливание, за что его командиры и ценили.

Щелкнул предохранитель, Но до того, как прозвучал пистолетный выстрел, раздался другой, несравнимо более громкий, чем пистолетный. У Анатолия откинулась голова, пистолет выпал из руки прямо на асфальт.

– А он говорит, что он сам и мне, и себе помочь сможет! Вытаскивает из-за пазухи какую-то чуть ли не водопроводную ржавую трубу, чиркает зажигалкой… Выстрел я слышал, а дальше уже ничего не помню.

Лицо Павла Яковлевича было изуродовано, как сразу и без труда определил бы специалист-медик, выстрелом. Правый глаз был выбит, череп справа от глаза был проломлен прямо от виска до скулы, а на самом лице присутствовали множественные шрамы.

Кто-то изловчился и ударил меня кулаком по голове. Удар смягчила шапка, было не очень больно, но чувствительно. Обернуться и посмотреть, кто осмелился поднять руку на сотрудника милиции, я не мог: оторваться от Горбунова значило смешаться с толпой, где и затоптать могут.

Неожиданно очередь в магазин дрогнула, по ней, как невидимая искра по запальному шнуру, пробежала неизвестно откуда взявшаяся весть: «Водка может закончиться до закрытия!» Как по команде, покупатели, стоявшие последними в очереди, пошли вперед.

Посреди урока Каретина повернулась к Волкову и показала ему язык. Он встал, подошел к вазе, вытряхнул из неё цветы и со всей силы запустил вазой в Каретину. Луиза увернулась, ваза попала в стену и разлетелась на мелкие кусочки.

Мое внимание привлек написанный маслом портрет женщины. На вид ей было лет сорок, не больше. Блондинка, волосы слегка волнистые, большие голубые глаза. Шею женщины украшало изумрудное ожерелье, в ушах – серьги из того же камня.

– В двух словах дело было так: три парня и пять девушек собрались отметить седьмое ноября. В половине третьего Луизе, дочери хозяйки квартиры, стало плохо, и она пошла в спальню полежать. Примерно в пять часов одна из девушек заглянула к Луизе и обнаружила её убитой.

Вечером того же дня старуху Милену нашли повешенной у себя в комнате. Мудрить с петлей у потолка она не стала - накинула веревку на трубу отопления и присела на пол в последний раз.

Многолетний начальник канцелярии Потемкина Попов после смерти патрона дослужился до генеральских чинов и в качестве президента Мануфактур-коллегии (нечто вроде тогдашних Министерства экономики и Министерства легкой промышленности, вместе взятых) пользовался правом личного доклада императору.

Еще до окончания войны Бестужев попал в самое что ни на есть идиотское положение. Англичане в конце концов решили, что с Фридрихом выгоднее не воевать, а дружить – он соглашался в обмен на солидные субсидии беречь Ганновер, как свое собственное королевство. Достигнув своих целей, англичане быстренько перестали субсидировать антипрусскую коалицию и недвусмысленно потребовали от Бестужева...

Начнем с того, что свое астрономическое по тогдашним (и не только) меркам состояние Меншиков сколачивал самыми разными путями, используя все возможности, какие только подворачивались. Брал взятки, благо имел к тому полную возможность как обладатель многих высоких постов. Крал казенные деньги – как в случае с Обводным каналом от Волхова к истоку Невы.

Но княжну он действительно утопил. Некоторые исследователи считают, что это было натуральное жертвоприношение, опираясь на старые предания о том, как Разину накануне выхода в море явился во сне «Иван Горинович», водяной, хозяин Яика. И попенял Разину: уже три года тот плавает в том числе и по его владениям, а жертвы так и не принес. Вот Разин, проснувшись, княжну и утопил...

Денежное обращение Московского государства особой сложностью не отличалось. Медных денег наши предки еще не знали, ходили всего два вида серебряных – «деньга» и «копейка» (вдвое больше величиной и номиналом «деньги»). Были они совсем небольшими, некруглыми, а скорее напоминавшими по форме арбузное семечко (но пользовались довольно высокой покупательной способностью).

XI век выбран не случайно. Именно тогда появляется знаменитая «Русская правда» князя Ярослава Мудрого, представляющая собой первый писаный уголовный кодекс, где подробно перечислены разные виды преступлений и наказаний за них. Еще раньше, примерно на двести лет, появился Церковный устав Владимира Крестителя, где тоже немало места отведено наказаниям за разные преступления.

Бальдур поцокал языкам. – Знаешь, он не единственный, кто играет в эту игру. Но он – один из немногих, кто в результате становится от этого еще омерзительнее. Худшего притворства я в жизни не видывал. У людей, когда они читают Библию, глаза бегают по строчкам. У него – нет. Держу пари, он просто сидит и мысленно разыгрывает свои больные фантазии с детьми.

Вчитываться не пришлось. Взгляд зацепился за имя обвинителя, и Хюльдар даже вскочил от неожиданности: Бенедикт Тофт, человек, умерший в подземном гараже.

Единственный свидетель по делу об отрубленных руках был мертв. На бетонном полу подземного гаража лежал Бенедикт Тофт, отставной прокурор и владелец дома, возле которого были найдены те самые руки. Теперь рассчитывать на его показания уже не приходилось.

Трёстюр с силой – так, что побелели костяшки пальцев – сжал подлокотники кресла. Черные тату проступили почти рельефно, и Хюльдар вроде даже разобрал слово ultio на левой руке и dulcis на правой. Ни первое, ни второе ничего ему не говорили.

Ухватившись за болтающуюся крышку, Хюльдар попытался вернуть ее на место и, собравшись с силами, позвал на помощь. Снова налетел ветер. Мышцы горели от напряжения, глаза слезились, а Хюльдар не мог даже поднять руку. В какой-то момент он пожалел, что не сидит в офисе, разбираясь в банальной школьной загадке. Потому что там, в окрашенной красным воде, плавали две человеческие руки.

Хюльдар нашел нужное письмо и прочитал еще раз про себя. «В 2016 умрут следующие люди: К, С, БТ, ЙЙ, ПВ и Э. Скорбеть по ним никто не станет. А уж я – меньше всех. Жду не дождусь». И никаких сердечек или улыбающихся рожиц.

Только сейчас я понял, что искал уединения, и потому стре¬мился уйти в Океан или в тишину полярного холода, в высокие горы. И так я привык, чуть что, — и уже в одиночку огибаю земной шар на яхте или воздушном шаре, чтобы уйти в самого себя. Однако сейчас я нашёл самое тихое и безмятежное место, куда человек может удалиться, — это его душа.

В мой смертный час, Господи, что я буду вспоминать? Оке¬ан или сушу? Я не знаю, где я больше люблю находиться— на твердой земле или на волнах океана. Я построил храм, а кто в нём будет служить? Я построил лодки, а кто на них будет плавать? Глядя с качающейся вёсельной лодки на океан, я глубоко вздыхаю.

Когда я дрожал от холода на пути к Южному полюсу, Ты, Господь, приходил ко мне и отогревал моё тело. А оно, моё тело, мерзкое, но Ты не устыдился и не побрезговал моими грехами и прикоснулся меня. И я понял и ужаснулся, какая у Тебя доброта. Ты любишь не только праведных, но и греш¬ников, как я.

Сейчас ночи тёмные, нет луны. Я уже две луны нахожусь в плавании. Время, в течении которого Луна совершает полный оборот вокруг своей оси, равно времени её полного оборота вокруг Земли — 29,5 дней, и поэтому Луна всегда повернута к нам одной и той же стороной. Солнце тоже совершает пол¬ный оборот вокруг своей оси приблизительно за 25 дней.

Встречный ветер. Здесь, в океане, он извечный враг. Он не¬сёт внешний мрак. Господи, учти мои страдания на веслах. Если меня отнесёт обратно, то я потеряю пройденные мили, которые дались с таким трудом и со слезами на щеках. Госпо¬ди, просветли сумрачное моё лицо.

Этим утром я бросил в Океан бутылку с посланием. И мне нет дела, если сие послание будет странствовать долгие годы в Южном океане. И мне даже не важно, найдёт его кто-нибудь с моими координатами. Не в послании суть послания.

Несколько месяцев Минин, Пожарский и другие организаторы ополчения оставались в Нижнем Новгороде, где формировалось не только войско, но и новый представительный властный орган. Это был «Совет всея земли», который станет претендовать на роль высшей властной инстанции – в противовес подмосковному Совету Трубецкого и Заруцкого.

Москва горела несколько дней. Ночью было светло как днем. Посад пылал на огромном пространстве, куда доставал взгляд.

В апреле-мае Совет земли принял множество постановлений, которые 30 июня были объединены в обширный приговор, включавший как прежние решения, так и новые узаконения. Это была своего рода Земская конституция 1611 года.

За заговором против Шуйского стоял самый влиятельный среди русских претендентов на трон Василий Васильевич Голицын. Он в свое время казнил Федора Годунова, он руководил убийством Лжедмитрия I. Он вдохновлял и взявшего на себя непосредственное исполнение свержения Шуйского Захария Ляпунова.

С расправой над Лжедмитрием ясно все было москвичам, да и то не всем. Остальная Россия осталась в недоумении. На этом фоне появление слухов о спасшемся в Москве «царе Дмитрии» вызвало мощное брожение в народе и стало поводом для серьезных антиправительственных выступлений.

Другим важнейшим событием стало утверждение патриаршества. Это явилось следствием многоходовой интриги, которую с успехом осуществили Федор и Борис Годуновы.

Трещилов склонился к лежащему на земле банкиру и отпрянул назад. Лицо Мякоткина было обезображено, вместо правой глазницы зияла дыра, в глубине которой пенился кровью бледно-розовый мозг.