Сажин выстрелил. Пуля попала Стелле в спину. Артем дернулся так, как будто его тело было пробито насквозь.

Подполковник осторожно осмотрел заправленную кровать. Лакированную спинку совсем недавно кто-то протер влажной тряпкой, тумбочки тоже. Возможно, Антонов сначала убрал пальчики своей любовницы, а потом уже получил ножевую рану.

В каминном зале погром, кресло сдвинуто с места, ковер на полу скомкан, журнальный столик опрокинут, хрустальная ваза вдребезги, разбито стекло в шкафу. На белом наличнике следы окровавленных пальцев. На полу несколько бурых пятен.

Вполне возможно, что именно в этой машине уходил киллер. С чердака во двор, там в нее, и в путь. На все про все три-четыре минуты. Киллеру вполне хватало времени на то, чтобы убраться отсюда.

Не так давно заживо сгорел заместитель Антонова. Преступники сожгли дом, чтобы скрыть хищение крупной суммы денег из тайника, устроенного в подвале. Глава администрации тогда пытался замять дело, чтобы не предавать огласке участие своего зама в собственном незаконном обогащении.

Ропотова провела в своей машине несколько часов без сознания. Преступник находился на заднем сиденье. С этого места он и ударил ее монтировкой.

Но каждый человек, который когда-либо чувствовал себя бесполезным и ненужным, знает вкус одиночества, и оно черной линией проходило через всю биографию Дамера. Он убивал не потому, что ему нравилось это делать, ему даже приходилось напиваться до беспамятства, чтобы отключить свое чувство добра и зла. Можно сказать, что Джеффри Дамер убивал потому, что не хотел, чтобы люди оставляли его одного.

В интернете давно гуляет шутка: из-за того что в Америке было так много серийных убийц, мы единственная страна, у которой есть отдельная статья в разделе Википедии «Серийные убийцы по странам». Но, как показывает пример Андрея Чикатило, так может быть просто из-за того, что мы больше внимания уделяем своим чудовищам.

Деннис Рейдер был обычным, сексуально озабоченным, злобным и завистливым существом, фанатиком, который штамповал на конвейере серийные убийства, а его воображение питалось болью и страданиями людей. Но даже несмотря на то, что его преступления были примерами беспримесного садизма, он был не всегда одержим только убийством. Его наркотиком был контроль.

Ричард Рамирес вел себя как пятнадцатилетний поклонник хэви-метала, который относится к себе слишком серьезно. Он, несомненно, был злобной тварью, но его мысли и мотивы нельзя никак назвать изощренно-коварными. Когда его просили объяснить мотивы его поведения, он отвечал в манере, больше похожей на ленивое философствование старшеклассника, чем на пафос темного рыцаря, отдавшего свою жизнь Сатане.

Интересно, что Гейси не преувеличивал количество своих жертв, как это обычно делают серийные убийцы, когда приходит время для признаний. Он приуменьшил свою позорную славу почти в десять раз. В отличие от его криминальных собратьев, таких, как Деннис Рейдер, Джон Уэйн Гейси не гордился своими преступлениями, а скорее хотел разобраться с собственными мотивами.

Иногда Тед Банди описывал свои преступления в подробностях, а иногда рассказывал от третьего лица, желая отделить себя от содеянного. Такой метод запутывания довольно распространен у тех убийц, кому получалось одновременно вести «нормальную» жизнь и предаваться своему зловещему хобби. Чтобы жить в обществе, этим людям нужно расщепить себя на разные личности, которые практически не пересекаются.

Порой мы с удивлением понимаем, что не испытываем ни грусти, ни сожаления, прощаясь с планом, который вынашивали всю жизнь.

Я не боюсь принимать решения, которые другие не желают принимать ради спасения большинства.

Порой мир катится под откос так быстро, что уже ничего не исправишь, — задумчиво проговорила правительница. — Нужно уметь чувствовать такие моменты и спасать то, что еще можно спасти.

Никогда не следует жить воспоминаниями.

Люди всегда позволяют себе судить о чужих обычаях, вместо того чтобы заняться своими делами.

В вашей голове крутятся миллионы маленьких тревожных мыслей. Вы уже проделали определенную работу, поняли, откуда взялись эти мысли. Осталось освоить быстрый способ переключения от назойливых мыслей.

Я замечала, что некоторые мамы недооценивают уровень своего успеха на пути к гипнородам, относясь к своей практике чересчур критично. Но ведь, если мы все время мотивируем себя плеткой, и говорим, какие мы плохие и как у нас не получается, то внутри возникает ощущение неуспеха, согласны?

В роддоме могут быть не знакомы с идеями Мишеля Одена и не понимать, как атмосфера в родах влияет на гормоны и что стресс вызывает снижение естественного окситоцина.

Применение гипноза в родах снижает количество применения фармакологического обезболивания и окситоцина, сокращает продолжительность первой стадии родов.

Состояние транса – естественное состояние рожающей женщины, которая не загипнотизирована негативными мифами о родах. Мышцы расслаблены, ум спокоен. И это состояние, безусловно, влияет на работу тела.

Ваше отношение к родам определяет то, как они будут протекать. Если вы рассматриваете роды как насилие над собой, над своим телом, то велика вероятность, что и роды не будут легкими. Поменяйте отношение к самому процессу родов, и изменится сам процесс.

Страшный ураган кончился так же внезапно, как и начался. Вместо белого леса на зловещее неземное небо смотрели все еще живые, но искалеченные ели. Земля была зелено-коричневой от вырванных ветвей, лап и иголок. Но лес выстоял. А в небе появился уже новый след.

Перед тем, как забраться внутрь, хотя его руки уже трясло от холода, а носа и щек он практически не чувствовал, Ковалев обернулся назад. Возможно, именно он был последним человеком, покидающим эти места. Сегодня в полночь эта гигантская территория, по размеру сопоставимая со всей Западной Европой, будет закрыта, а через два дня над Колымой поднимется хвост кометы.

Этой зимой на ВДНХ не стали заливать гигантский каток – вместо него расположился самый крупный в Москве лагерь для временных переселенцев. Вроде бы все вокруг было как обычно, но новые детали, такие как белые блоки модульных зданий эвакуационного центра среди заснеженных пустынных аллей, возвращали его в тягостную реальность.

– Обалдеть... – медленно, растягивая звуки, прошептала Вика. Сергей молчал, рассматривая объект. На сумме всех кадров он казался намного крупнее и детальнее. Отчетливо была видна небольшая, плотная голова кометы – псевдоядро и окружающая ее газовая оболочка – кома.

Они, как и мы, рождаются, стареют и умирают. Изменения блеска могут быть вызваны и поочередными затмениями двух близких светил. Такие пары и даже семьи – естественны для звезд. Одиночки, такие как наше Солнце, скорее исключение из правил. Вика тоже считала себя одиночкой – как и Сергей, она была единственным ребенком в семье.

Поиск и открытие комет – это регулярный труд и, безусловно, удача, которая в ту ночь смотрела в другую сторону.

— Сколько я показываю пальцев, Уинстон? — Четыре. — А если партия говорит, что их не четыре, а пять, — тогда сколько?..

Если ты в меньшинстве — и даже в единственном числе, — это не значит, что ты безумен. Есть правда и есть неправда, и, если ты держишься правды, пусть наперекор всему свету, ты не безумен.

Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.