Намного раньше, должно быть, в 2001 г., Кайо познакомил меня с одним из своих музыкальных друзей: профессором Аркадием Ценципером, ныне профессором и деканом фортепианного отделения в Дрезденской высшей школе музыки имени Карла Марии Вебера.

В конечном итоге остался только вокальный конкурс. К нему началась масштабная подготовка с использованием рекламных плакатов и бюджетом в 4 миллиона немецких марок. Все знают, что такое итальянская опера, и попробовать себя в ней мечтает каждый исполнитель. И я в качестве руководителя проекта стал работать над концепцией и реализацией первого международного конкурса итальянской оперы...

Еще ни разу за все годы мне не удавалось проникнуть в покрашенное зеленой краской, находящееся все время на замке здание. Сегодня – невероятное везение. После долгих звонков дверь открывает церковный служитель, и мы заходим внутрь. Глаза постепенно привыкают к темноте, и я вижу то, что приводит меня в ужас: с черных, закоптелых стен осыпается штукатурка. Я нахожусь в центре пожарища...

Однажды я даже переделала маникюр, потому что цвет покрытия больших пальцев не сочетался с текущим проектом, и процесс совсем не шел. Поймав себя однажды на этом «раздражителе», теперь я всегда делаю маникюр под проект, или выбираю универсальный цвет, а если очень хочется яркости, то добавляю сочетание с черным: ногти на больших пальцах рук, которые вечно перед глазами, обязательно крашу черным.

Одна простая основа, которую можно дополнить и украсить разными вариантами отделки, позволит каждый раз создавать новое изделие. Меняя цвет, состав и структуру пряжи при одних и тех же пропорциях, вы всегда будете получать уникальную вещь! А меняя узоры, пропорции и форму изделия, вы создадите еще больше классных трикотажных изделий! Любой джемпер может стать и кофточкой, и платьем, и кардиганом.

Я точно знаю, что вязать может каждый, ведь у меня вяжет даже муж. Он не просто вяжет, а настолько погружен в процесс, что порой мне кажется, что идей в его голове еще больше, чем в моей. И если мои знания и опыт ограничивают мою фантазию возможностями технического исполнения, то он фантазирует «без тормозов». И в большинстве случаев мое изначальное «невозможно» сменяется на «а давай попробу- ем!»

Глядя на пришвартованные корабли, я начинаю скучать по тем дням, когда мы бороздили море на «Смертной Казни». Тогда я просыпалась с первыми лучами солнца, а по ночам считала звезды в компании русалки, пирата и беглого целителя.

– Возможно нам пора это прекратить, – голос русалки льется сладкой песней, но ее слова ранят в самое сердце. – Думаю, тебе пора перестать бороться со своим проклятьем и научиться с ним жить.

– Может, сейчас ты запуталась, но со временем ты все поймешь, – я не знаю, откуда доносится голос, но я слышу его громко и отчетливо. – Сделай эту жизнь такой, какой она должна быть.

– Это просто невероятное место, – я не вижу смысла отрицать правду: все эмоции написаны у меня на лице. Вот почему я люблю путешествия. Для меня это возможность не только познакомиться с королевством и его жителями, но и понять, как устроен каждый остров. Увидеть их традиции, узнать все из первых рук.

Для Фрейда искусство является видом сублимации, порожденной столкновением внутреннего импульса и законов цивилизации, но выполняющей социальную цель или достигающей компромиссом между этими двумя противоречивыми сферами.

Ренессанс знаменует собой подъем личности, пробуждение стремления к красоте, триумфальное шествие радостной жизни, интеллектуальное покорение физических реалий, воскрешение языческого стремления к счастью, пробуждение сознания связи человека с окружающим его реальным миром.

Граждане среднего класса, называемые бюргерами, покупали больше всего произведений искусства. Художественный рынок середины столетия был наполнен исключительно полотнами скромных размеров, изображающими общепринятый диапазон сюжетов: натюрморты, пейзажи, морские пейзажи, одиночные и групповые портреты, жанровые сценки.

Люди, называющие себя экстрасенсами, упорно прячутся от налогов, не выдают гарантий и чеков, именам предпочитают псевдонимы, а документам — филькины грамоты.

Кровь от морса отличить не может, а за прием берет десятки тысяч рублей.

Я дам вам страшный прогноз: все это будет продолжаться вечно. Потому что ничто так не будоражит человеческое сознание, как желание поверить в чудо. На этом все и основано.

Чтобы сделаться жертвой лжемагов, совсем необязательно иметь нелады с психикой или вдрызг расшатанную нервную систему. Зачастую достаточно просто не уметь мыслить критически и верить в саму возможность колдовства.

Не иначе как пропагандой мракобесия происходящее в теле- и интернет-пространстве назвать уже сложно. Ясновидящие и маги организуют платные онлайн-курсы, без астрологов и хиромантов не обходится ни один дамский глянцевый журнал, экстрасенсы и медиумы не вылезают из телевизора, где уже не только «звездят» в качестве гостей, но и ведут собственные программы

В оккультных программах задача ведущих — перенаправить входящие звонки телезрителей в платный колл-центр, где первичная консультация будет стоить тысяч двадцать, а последующий «сеанс связи с потусторонним миром» — уже сто двадцать. И это только начало…

Геометрические композиции возникли гораздо позже свободных, но оба эти вида вышивки могут быть интерпретированы на современный лад — достаточно лишь поэкспериментировать с комбини- рованием различных швов, чтобы получить самые неожиданные и красивые узоры.

Вы увидите разнообразные мотивы, созданные с помощью сочетания нескольких видов швов. В основном это традиционные мотивы, встречаемые в чудесных ажурных вышивках XVIII века. Разнообразие швов и возможных их комбинаций бесчисленно.

Шов «крест» может выполняться по горизонтальной или косой линии. Он образует относительно ажурный линейный узор, который можно сделать более рельефным. В основном шов «крест» используют при создании ажурных полотен, вышитых только им или в сочетании с другими швами.

Дамасский шов и стянутая гладь это два названия одного и того же метода, который используется при вышивании гладью, меняются только нитки и сила натяжения. Однако какого-то сверхъестественного рисунка при работе дамасским швом вы не получите, чего не скажешь о стянутой глади — вы можете создавать удивительные узоры в зависимости от того, как будете работать с нитями полотна.

Но буря, что надвигалась сквозь сумерки, отличалась от царапин на столе. Эта буря несла с собой смерть, ей было предначертано дать ход всем остальным событиям.

В детстве долина заменяла мне весь мир, а горы, которые ее окружали, были его границами. За ними ничего не существовало. Мне нравилось жить там, на краю света. Я жалел детей, у которых не было возможности подойти к тому месту, где все заканчивается.

Старуха с ручкой совершенно испортила стол. Она много чего написала. Кучу букв. Но нацарапала их так тесно, что разобрать было невозможно. Все, кроме одного маленького предложения. Ищи Древо Жизни

Цыганки произносили не старые мертвые слова, полузабытые, полуистлевшие, нет… Пусть я не мог их разобрать, эти слова полнились жизнью, трепетом, силой. Они испугали меня, но также заинтересовали. Я был совершенно сбит с толку, словно размагниченный компас.

Смерть, как и жизнь, – есть дар. Таким я запомнил то лето.

Долгие годы я размышлял, смогу ли достоверно передать историю того лета, и решил просто записать ее так, как запомнил. Не осталось ни одного свидетеля, не с кем сравнить версии, не с кем поспорить о своей собственной. Обдумывая рассказ, я гадаю – возможно ли, что все действительно произошло так, как подсказывает моя память. Сдается мне, это просто невероятно.

- Я никуда не сбегу, доктор. Я не оставлю ее. Тем более, в таком состоянии. Я буду рядом с ней, что бы ни произошло. А этот взрыв... Это не то, что вы думаете. И не стоит об этом говорить сейчас. Сейчас главное спасти ее. Беленький кивнул. Марк пошел к двери, но остановился. - Доктор, пересадка действительно спасет ее?

- Ну, начинай! – презрительно бросила Ирина. - Что начинать? - Рассказывай, кто первым завтра будет меня насиловать. Ты, кстати, в общей очереди или получишь преимущество в связи с близким знакомством с предметом страсти?

Лифт остановился. Марк дошел до двери номера и распахнул ее. Какой позор! Стол с перевернутыми тарелками, залитый соусами и остатками бульона, пустая бутылка водки, ошметки мяса в лужах помидорного сока. Ко всем проблемам, ему не хватало только превратиться в свинью. Он должен взять себя в руки. Он должен прервать этот поток кошмара и лжи.

К обеспечению своей безопасности Вадим Селин стал относиться серьезно в последние полтора месяца, после того, как получил сообщение из ФСБ о поимке гражданина Иордании, прибывшего в Москву с целью организовать на него покушение.

Прямо перед Марком тревожно замигал красный сигнал и начал закрываться шлагбаум. Марк придавил тормоз и остановил машину. За ним тут же начала выстраиваться длинная колонна грузовиков, легковушек и автобусов. И вдруг... Он даже не заметил, в какой момент из глубины колонны вынырнули эти проклятые светло-серые «жигули».

Марк открыл глаза и отпрянул. На него надвигались губы. Но не тонкие, и не светло-розовые как во сне, а полные и ярко-красные. Губы секретарши Зиночки. Еще доля секунды и вокруг губ сфокусировалось лицо – нежные розовые щеки, аккуратно уложенные черные волосы, зеленые глаза. А в глазах – нескрываемый ужас и неподдельная забота.

Люди рассказывают своим детям о том, как божественные братья и сестры правили рука об руку, обеспечивая мир по всему Сириону. И о том, как Боги избирали себе земных представителей, которые правили от их имени, дабы сохранить мир. Для этого каждая из Богинь призывала одну новорожденную дочь, которой предстояло заботиться о своей стране и ее жителях, едва лишь она вырастет и превратится в женщину.

Конечно, она осознавала роль, которую ей предстояло сыграть, и задачу, которую должна была выполнить, но это не означало, что все, что она хотела – это просто подчиниться своей судьбе

Атеисты, определенно, приложили к этому руку. И следующий ход в этой игре был только вопросом времени. А вот как раз времени у них и не было.

- Боги дают тебе не тех людей, которых ты хочешь. Они оставляют рядом с тобой тех, в ком ты нуждаешься. Людей, которые помогают тебе, причиняя боль, покидая тебя, людей, которые любят тебя от всего сердца. И лишь эти люди заботятся о том, чтобы ты стала той женщиной, которой тебе суждено быть.

Знаю, я всегда говорил, что мы всего лишь клетки, которые в какой-то момент умирают. Но, кажется, я ошибался. Думаю, что-то да остается. И это что-то, что осталось от меня, с тобой. И так будет всегда.

А потом я танцую. Танцую так, как никогда не танцевала. И дело не в красоте танца, не в том, чтобы кому-то понравиться или угодить, — важен момент.

Все, что когда-то произошло, со временем размывается. Но то, что мы чувствовали при этом, остается таким же четким. Эмоции не бледнеют. Они отображаются в нас.

Может быть, некоторые души не созданы для этого мира. Возможно, они просто находятся в пути и на самом деле принадлежат совсем другому месту.

Гордиевского можно отнести к категории «идейных» предателей. Сноудена возмутила незаконность действий американских спецслужб. Полковник ГРУ Олег Пеньковский прельстился «красивой жизнью» на Западе. Михаил Бутков совершил этот шаг под влиянием жаждавшей европейского комфорта любовницы.

Как-то раз, обсуждая с коллегой и другом из социалистической Болгарии очередное выдворение из Англии советских разведчиков, Ким шутливо заметил: „На месте шефа МИ-5 я бы выгнал не разведчиков, а „чистых“ дипломатов.

Как-то Руфина предложила мне: «Давайте посмотрим вместе содержимое папочки». Сели и посмотрели. Надо же, да это его личные манускрипты — многостраничная рукопись, начало книги о его жизни, за которую взялся Ким!

Захожу в садик с подарком — двумя бутылками виски (обычный « Johnny Walker Red Label», дорогих сортов старик не признавал). Феннер в кресле, укутан пледом. Неровно выбрит чужой рукой (видимо, дочерью), одет в поношенный темный костюм...

Через пару недель едем все с тем же Кубасовым в Брайтон «на консерваторов». Опять огромный курзал гранд-отеля, опять тусовка и пиво. Поздний ужин с друзьями — английскими журналистами закончился уже за полночь.

Еще в годы моей службы кто-то из кадровиков позволил мне заглянуть в свое личное дело. Там я не без интереса узнал, кто же писал на меня отзывы и что в них говорилось. Самым интересным было, однако, заключение психолога, сделанное при приеме меня на работу в разведку. Ключевая фраза там — «обладает повышенной эмоциональной возбудимостью». В самую точку!

Я почти слышу, как море зовет меня, когда я начинаю спускаться.