Я постоянно оглядывался по сторонам, всматриваясь в каждую деталь, ожидая, что в любой момент из-за угла или куста выпрыгнет вурдалак и утащит меня в темноту.

После того, как в зеркалах заднего вида показалась подсвеченная городская стела, я поймал себя на мысли, что очень сильно пожалею обо всём этом, от волнения правая рука непрерывно расчесывала нервно подёргивающуюся коленку.

Знаю, я всегда говорил, что мы всего лишь клетки, которые в какой-то момент умирают. Но, кажется, я ошибался. Думаю, что-то да остается. И это что-то, что осталось от меня, с тобой. И так будет всегда.

А потом я танцую. Танцую так, как никогда не танцевала. И дело не в красоте танца, не в том, чтобы кому-то понравиться или угодить, — важен момент.

Все, что когда-то произошло, со временем размывается. Но то, что мы чувствовали при этом, остается таким же четким. Эмоции не бледнеют. Они отображаются в нас.

Может быть, некоторые души не созданы для этого мира. Возможно, они просто находятся в пути и на самом деле принадлежат совсем другому месту.

Гордиевского можно отнести к категории «идейных» предателей. Сноудена возмутила незаконность действий американских спецслужб. Полковник ГРУ Олег Пеньковский прельстился «красивой жизнью» на Западе. Михаил Бутков совершил этот шаг под влиянием жаждавшей европейского комфорта любовницы.

Как-то раз, обсуждая с коллегой и другом из социалистической Болгарии очередное выдворение из Англии советских разведчиков, Ким шутливо заметил: „На месте шефа МИ-5 я бы выгнал не разведчиков, а „чистых“ дипломатов.

Как-то Руфина предложила мне: «Давайте посмотрим вместе содержимое папочки». Сели и посмотрели. Надо же, да это его личные манускрипты — многостраничная рукопись, начало книги о его жизни, за которую взялся Ким!

Захожу в садик с подарком — двумя бутылками виски (обычный « Johnny Walker Red Label», дорогих сортов старик не признавал). Феннер в кресле, укутан пледом. Неровно выбрит чужой рукой (видимо, дочерью), одет в поношенный темный костюм...

Через пару недель едем все с тем же Кубасовым в Брайтон «на консерваторов». Опять огромный курзал гранд-отеля, опять тусовка и пиво. Поздний ужин с друзьями — английскими журналистами закончился уже за полночь.

Еще в годы моей службы кто-то из кадровиков позволил мне заглянуть в свое личное дело. Там я не без интереса узнал, кто же писал на меня отзывы и что в них говорилось. Самым интересным было, однако, заключение психолога, сделанное при приеме меня на работу в разведку. Ключевая фраза там — «обладает повышенной эмоциональной возбудимостью». В самую точку!

«Новый год окрашен цветами любви, так как второй его управитель — Венера».

«Число года — сплошные двойки. Это значит, что год будет полон противоречий, противостояния, борьбы. Борьба будет по большей части скрытой, не на поверхности, поскольку двойка — число женское, она не любит открытого боя лицом к лицу».

«В древние времена затмения вызывали ужас. Наши далекие предки не понимали их физической природы. Теперь все иначе, однако затмения и сейчас вызывают страх. Виной этому — не слишком квалифицированные любители астрологии и, не в меньшей степени, журналисты, любящие сенсации».

«Почти в каждом прогнозе, который вы слышите или читаете, очень часто говорят только о том, что может произойти. Но как при этом сбалансировать себя, чтобы все прошло для вас самым благоприятным образом?»

«Вы сможете реально пользоваться информацией на каждый день, планируя важные дела, а также мероприятия, связанные со здоровьем и уходом за собой».

«Это самый новый путеводитель по году, который является реальным рабочим инструментом, а не просто прогнозом-предсказанием».

Спокойно! Я подрабатываю водителем автобуса уже 40 минут!

Он вечно все прячет. Как ордеры на арест под ковриком в магазине.

Убирайся отсюда, ты, равнобедренный монстр!

Диппер, личность Стэна - одна из величайших тайн. Как и вопрос, можно ли облизнуть локоть.

Помни: реальность - это иллюзия, вселенная - голограмма. Скупай золото! Пока!

...если людям чего-нибудь хочется, то их легко уговорить.

Все горе в том, что из слов никогда нельзя узнать точно, для чего они сказаны.

Делать добро! Это все равно что дать богу пощечину: ты, мол, не умеешь править миром, так вот, будь любезен, отойди в сторонку, я сам попробую

Чего стоят тридцать миллионов, если на них нельзя купить прогулку в горы с любимой девушкой?

Эпоха ИИ трансформирует экономику. Однако не все выйдут победителями из этой революции. Социальные проблемы, такие как потеря работы, станут все более сложной задачей, и это произойдет уже в следующем десятилетии.

В наши дни необходимость постоянных преобразований выходит далеко за рамки технологических предприятий: она становится столь же необходимой, как и внедрение цифровых технологий.

В будущем важную роль будут играть инновации и предпринимательство. Чем глубже будет предпринимательская мудрость, тем лучше будут результаты для всех нас.

Проблемы слишком велики, слишком сложны и слишком аморфны, чтобы их могли решить исключительно технологии (или технологи). Для того чтобы благополучно пережить перемены, потребуется новый вид управленческой мудрости.

Компании используют ИИ, чтобы узнать, когда вещи начинают вести себя неожиданным образом. Раньше можно было только среагировать как можно быстрее, теперь — опережать события — от невыгодных контрактов до киберпреступлений.

Каждая организация должна уже сейчас приступить к оцифровке и структурированию своих рабочих процессов. Больше нет причин ждать. Не важно, как давно работает ваша организация. Если вирус обойдет стороной, то обязательно настигнут конкуренты.

Брайер долго практиковала сложный рисунок на холсте, чтобы избежать ошибок. Каждое движение кистью требовало точности и твердой руки, и чем дольше Брайер балансировала в неустойчивом положении между небом и землей, тем сложнее ей было работать.

Согласно Закону Целостности, первому из трех законов проклятой живописи, проклятие, нанесенное на объект, будет влиять на него полностью, независимо от того, были ли части этого объекта затронуты во время живописи. Точно так же, как проклятие, нанесенное на одну из обшивочных досок, могло разрушить весь дом...

Эта история начинается с проклятия. С маленького проклятья, которое было недостаточно сильным, чтобы покалечить врага или разрушить чью-то жизнь.

Брайер изучала проклятия с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы удержать в руке кисть. Магия была ее второй натурой, и рисовать что-то без магических свойств для девушки было по-настоящему трудно, но необходимо, чтобы иметь возможность замести за собой следы.

Я почти слышу, как море зовет меня, когда я начинаю спускаться.

Небо вокруг Цитадели спокойно. Я делаю длинную, медленную петлю, пересекаю фьорд, избегая города, затем поворачиваю и лечу вдоль подножия гор обратно вглубь страны. Над лесом я глубоко дышу, наслаждаясь смешанным запахом сосновой смолы и распускающимися по ночам цветами зимней розы. И в полете я обретаю покой. Каждый взмах крыльев, кажется, уносит меня все дальше от моих человеческих проблем.

Зима заключила мое королевство в ледяную клетку.

Погружаясь в холодную воду озера, я отдаюсь силе, которая всегда ожидает меня под кожей. Я позволяю себе обратиться из человека в лебедя: волосы превращаются в перья, мышцы смещаются, а кости утончаются и светлеют.

Ну и как поездить по Алтаю и обойти Телецкое озеро? Горжусь, что есть еще уникальные сохранные территории, не загаженные людьми, плиткой, стекляшками и искусственными цветами. Счастье, что есть настоящая природная сказка, где живут озерные духи, могучие хранители гор, вековые старики-кедровики и воздушные неиссякаемые «водопадные».

А куда обычно в Грузии везут с самолета? Правильно — сразу к столу, а как иначе? Сели, выдохнули, расслабились, выпили по рюмочке и вдруг за соседним столиком началось совсем незапланированное застольное пение, какие-то женщины запели. Кровь моментально всколыхнулась, на месте не усидеть, я и пошла в самую гущу слушать. Петь, думаю, умеют все грузины, это в крови.

В московских монастырях совершенно другое ощущение города, он как бы рядом, иногда и слышен, но ты его совершенно не чувствуешь. Словно высаживаешься на островок, где и время не бежит, а плывет, где и люди не по делам, а по зову души, где даже трава зеленее и небо выше. Тянет иногда в такие места. Хожу.

А мои внутренние слезы испарились уже и превратились в тихую радость, что есть еще такие бабы, слушать которых — счастье, что б они ни делали: пели б, говорили б, они основа, и надёжа, и счастье, что услышала их.

А я больше всего любила «Шведский домик», в котором когда-то жил Паустовский. У его входа, прямо внизу у двери на цементной плиточке, был отпечаток маленькой девичьей ножки, дочки хозяина, и первые годы моя ступня легко туда помещалась, а потом вымахала и всё, сказка закончилась

Тюльпаны и другие цветы весной — это была самая важная причина, по которой я рвалась в Голландию. С кухней тут не очень, из самого известного — голландские сыры и селедка.

– Возможно, у него были проблемы с сердцем. – Не было у него проблем. Он был просто абсурдно здоров. – Неуязвимых нет. – Нет, – не соглашается Роми. – Не может быть. Это какое-то безумие. – Я тебя понимаю. Но проблема человеческого организма в том, что он может взять и подвести. Мой отец всегда говорил, что в жизни безусловны только две вещи: налоги и смерть.

Я – художница. На самом деле. Я не борющаяся за существование творческая личность и не помощница юриста, берущая уроки скульптуры в свободное время. Деньги я зарабатываю, занимаясь любимым делом, и это восхитительно и отвратительно – всегда ждать стука в дверь: «Извините, ошиблись, это не ваша жизнь».

Мы не виноваты, никто не виноват, но это легче сказать, чем понять, и это такой кошмар, из-за которого друзья забывают тебе перезванивать. Бог есть, потому что такой болезнью болеют очень немногие дети, но Бога нет, потому что мой мальчик, наш ребенок живет на другом краю города, в окружении резиновых стен.