«Как и Майкл Форман, Дэвид Макки умеет использовать юмор и свои выдающиеся таланты художника, чтобы заставить детей задуматься над актуальными вопросами». – Times Literary Supplement

«Чудесная жизнерадостная и сильная сказка, которая прославляет уникальность личности, а также дарит нам одного из самых любимых литературных персонажей». – Junior Magazine

«Никто не делает смешные истории в картинках лучше, чем Дэвид Макки». – Junior Bookshelf

Никто не рождается на свет злым, точно так же, как никто не рождается одиноким.

Однажды, темной ночью, я поделилась с ним своими секретами – на дороге, жарко нагретой летним солнцем. Я была девчонкой, которая залезла к нему в карман. А теперь впереди маячит зима, и я – человек, который украл его жизнь.

Принц-изгнанник поднимается на ноги. Он удерживает мой взгляд, как будто его глаза сами по себе могут меня воспламенить. «Пустая трата сил». Во мне ничего не осталось, чтобы гореть.

Мы кажемся слабыми лишь потому, что сами того хотим.

Никто не рождается на свет злым, точно так же, как никто не рождается одиноким. Люди становятся такими в силу собственного выбора и стечения обстоятельств. Второе нельзя контролировать, а первое...

Никто не рождается злым и никто не рождается одиноким. Люди становятся такими или по собственному выбору, или из—за обстоятельств.

...я не человека убил, я принцип убил!

Оба сидели рядом, грустные и убитые, как бы после бури выброшенные на пустой берег одни. Он смотрел на Соню и чувствовал, как много на нем было ее любви, и странно, ему стало вдруг тяжело и больно, что его так любят. Да, это было странное и ужасное ощущение!

Все зависит, в какой обстановке и в какой среде человек. Все от среды, а сам человек есть ничто.

Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку!

Человек не родится для счастья, человек заслуживает счастья, и всегда страданием.

Самое замечательное в моей матери то, что она тридцать лет кормила семью только остатками. Первичные блюда никогда не подавались. Это, конечно, одна из лучших шуток по поводу еды и принадлежит она Келвину Триллину. Подлинное наблюдение из сферы семьи и бережливости с абсолютно еврейским внутренним ощущением.

В 1997 году печенье «Орео» получило сертификат кошерности. Джо Регенстейн, профессор наук о продуктах питания и директор Инициативы по кошерному и халяльному питанию Корнеллского университета, в 2008 году читал студентам лекцию о том, как такое стало возможным. «Это, наверное был самый дорогостоящий переход компании от некошерной к кошерной продукции».

Однако где-то на этом пути бейгл взошел на трон наиболее популярной американской выпечки для завтрака, нашел путь во все уголки страны, даже те, где и не появлялись евреи, и утратил свою душу. Сегодня заведения, подающие лучшие в мире бейглы, не принадлежат евреям...

Вы сидите? Потому что у меня есть новость, которую вы, возможно, услышать не захотите: бейгл — это самая нееврейская еда в мире. Да, конечно, само слово происходит из идиша. Да, бейгл был привезен в Америку еврейскими иммигрантами из Польши. Да, он начал отождествляться с американской еврейской традицией, стал архетипичной кулинарной основой нашего народа.

Артишоки по-еврейски, возможно, являются наиболее известным блюдом в римской еврейской кухне. Хрустящие артишоки, обжаренные в оливковом масле, родом из гетто шестнадцатого века и традиционно использовались для выхода из поста на Йом-Кипур, или День покаяния. К сожалению, это одно из тех блюд, которые могут получиться либо потрясающе вкусными, либо похожими на кусок старой кожи...

Послушайте, давайте не будем спорить. Если вам так уж необходимо использовать свою мультиварку для чолнта, курицы, грудинки, пхайлы… да, черт возьми, вы можете и халу в ней выпекать! Но если вы представите хоть на минуту, что можете загрузить дюжину яиц в гламурный гаджет и получить на выходе яйца аминадос, вы очень сильно заблуждаетесь и нуждаетесь в незамедлительном инструктаже.

Я вдруг поняла, почему этот лес называется Лесом-из-которого-не-возвращаются. Потому что ровно в том месте, где между деревьями пролегала тропа, теперь торчали ветки; деревья тянулись ко мне и хватали своими сучьями как руками, а в их кронах раздавался зловещий хохот.

Я вдруг поняла, что легко быть бесстрашной, когда нет никакой опасности; легко верить во всякие пророчества, когда сидишь на залитой солнцем поляне. И куда труднее – когда приближаются головорезы и земля сотрясается под копытами их лошадей.

Каждый, кто знаком со сказками, знает: пророчества исполняются всегда, даже если все думают, что это полная чушь.

Я знала, что могу погибнуть, но всё равно собиралась рискнуть. Не та может стать той, если просто попытается.

Я совсем не хотела быть храброй. Просто так вышло.

Пусть дети растут свободными. Пусть они совершают свои ошибки, пусть будут сами собой, не учи их прогибаться и подстраиваться. Диким Цветам нужно позволять расти так, как им угодно, и где им угодно. Если ты обеспечишь им полное любви и тепла детство, они устоят перед любыми невзгодами.

Я слишком поздно поняла, что важны не сами фотографии, а та жизнь, которая сокрыта в них. Это и есть воспоминания. Все эти короткие мгновения, когда мы были счастливы. Мы же были счастливы, правда?

— Так что у вас пошло не так? — Он хотел сделать меня счастливой, — сказала Корд, обращаясь больше к себе. — Вот что пошло не так. Он хотел заботиться обо мне, но я была слишком молода, а он был взрослый, и это было неправильно. — Это отговорка, милая, — сказал Джей, с жадностью поедая рыбу. — Он тебе не подходил, вот и все. Корд смотрела в окно. — Нет, это я ему не походила.

Мы выросли с верой в то, что они боги, что наша жизнь идеальна. А потом он все разрушил. Все. Прямо там, в доме. Поэтому я и не могу туда вернуться.

Они были Дикими Цветами, и были так блаженны, так невероятно счастливы — разве нет? А потом она — потому что это ее и только ее вина — все разрушила. Умышленно, шаг за шагом она уничтожила семейное счастье. Счастье своей собственной семьи.

Их называли «Дикими Цветами», и каждое лето они проводили здесь. А люди, люди, что у них останавливались! Вот это шарм! Идешь мимо, возвращаясь с пляжа, и видишь их наверху: играет граммофон, у каждого в руках коктейль, женщины в красивых платьях, дети бегают туда-сюда по ступенькам — мальчик и девочка, слегка младше меня…

Когда в 2004 году я провозглашал идею плоского мира (не в географическом понимании, разумеется), Facebook ещё даже не существовал, Twitter был просто звуком, «облако» могло лишь мирно плыть по небу, 4G означало номер на парковке, «приложения» оставались бумажными дополнениями к договору, а понятие BigData могло бы стать отличным псевдонимом для рэп-исполнителя.

Как говорила эколог Дана Медоуз о смягчении последствий изменения климата: — Времени у нас достаточно, но только если мы начнём прямо сейчас!

Сегодня мы генерируем больше информации и знаний, чем когда-либо. Но знания хороши лишь в том случае, если есть время их обдумать.

— Способность строить глубокие отношения — любить, заботиться, надеяться, доверять, строить добровольные сообщества, разделяющие общие ценности, — уникальное умение, которым обладает человек как вид, — уточнил Сайдман. — Это самое важное, что отличает нас от природы и машин. Не всё, что быстрее, — лучше. Я создан думать о своем будущем, о своих правнуках. Я не гепард.

Деньги и благосостояние — следствие ценности вашей личности.

На хороших финансовых привычках строится все ваше благосостояние.

Одним из навыков финансовой грамотности является умение читать официальную документацию и видеть за цифрами жизнь.

Благосостояние вовсе не означает отсутствия кредитов — главное, чтобы рыночная стоимость активов сильно превышала текущие обязательства перед банками.

Ваши траты являются чьим-то доходом — это неоспоримо и непреложно.

По новым законам экономики, возникшим почти сто лет назад, долговечность признана экономически нецелесообразной.

Может, поцелуй — он как болтовня? Может, здесь надо не задумываться — а просто действовать?

— Сью, когда я уже перестану ошибаться? — А зачем? — интересуется она. Именно благодаря ошибкам и осечкам мы научились ходить и бегать, узнали, что горячие предметы трогать нельзя. Ты совершаешь ошибки всю свою жизнь, и продолжишь ошибаться.

Друзьям нельзя знать о моем ОКР, о моих мучительных, бесконтрольных мыслях, потому что они — нормальные люди. Можно даже сказать, безупречные. Они ценят в себе эту нормальность и безупречность и даже представить себе не могут, как мне далеко до обоих этих качеств.

Одна жуткая мысль по-прежнему таится где-то на мрачных задворках моего сознания. В отличие от других, она на меня не нападает, но пугает совсем по иным причинам. Она никогда не выходит у меня из головы. И ужасает меня сильнее, чем все остальные. А вдруг я сошла с ума?

Конечно, детектив его не увидела. Он же был «никто». Просто сумма всех тех бед, которые приключились с ним за все эти годы. Он не был личностью со своими собственными симпатиями и антипатиями. В нем жила только ненависть ко всему окружающему. Включая Ким Стоун.

– Если я правильно понимаю, вы подверглись нападению со стороны одной из наших самых мирных заключенных, а теперь требуете, чтобы вас поместили в камеру с самой опасной женщиной во всей тюрьме? Торн медленно кивнула, наслаждаясь его смятением. То, что он думает, будто смог одержать над ней верх, – уже достаточная награда за все ее страдания.

В глазах юноши мелькнула догадка. – Значит, это был кто-то, кого она знала? Слава Богу, он чему-то научился! А теперь пришла пора вправить ему мозги. – Послушай, хочешь быть детективом – будь им, – сказала Ким. – А нет – так занимайся той работой, которой должен. Мы, дознаватели, не очень-то любим, когда нам указывают на то, как нам выполнять нашу работу.

— Большинство людей свободы боится, — заметила Аня. — Большинство готово вечно смотреть, как рискуют другие, но никогда не делает того же сами. Однако секрет в том, что, если бы не было ни одного рискнувшего, большинству было бы не на кого смотреть, — возразила даитьянка. — Пугает неизвестность.

Люди упускают саму жизнь в погоне за смыслом.