Своих книг дома у Марии не было. И телевизора не было, и музыки, и компьютера тоже. Да ничего у неё не было, если не считать листов чистой бумаги да пары шариковых ручек. Но когда Мария могла хоть ненадолго вырваться в библиотеку, она могла читать книги и с головой погружаться в жизнь других людей.

Внезапно рука Марии дрогнула, сама собой поползла вверх, потом вниз, в сторону, всё быстрей и быстрей… И вот уже на листе бумаге проступили первые, написанные чётким красивым почерком слова. Спустя какое-то время рука Марии перестала двигаться, шариковая ручка вывалилась у неё из пальцев и покатилась по столу, а сама Мария очнулась, вышла из транса, ощущая тепло в кончиках пальцев.

— Ну что, клюнула она на приманку? – спросила Мария, имея в виду миссис Фишер. — Рано пока об этом говорить,- пожала плечами мадам Фортуна. — Я сделала всё, как мы репетировали. Мистер Фокс слишком рано начал стучать по трубам, но я всё равно тут же включила вентилятор…

Мария закрыла глаза и постаралась выбросить из головы все мысли о своей матери, её афере и о мистере Фоксе. О том, что все они втроём только что обманули несчастную вдову Фишер, Мария тоже старалась не думать. Даже на ноющую боль в животе она старалась внимания не обращать, хотя сделать это было сложнее всего. Почему сложнее всего?

— Дух покойного Роберта Фишера, — прошептала мать Марии за стенкой. – Я призываю тебя занять место за этим столом. Призываю от имени твоей любимой жены, которую ты оставил много лет назад.

- Значит, ты мог бы провести этот платеж как расходы на приобретение таких компаний? - Нет, не на само поглощение, а на якобы проделанную оценку актива, после которой было решено его не покупать. Иногда мы проводим всестороннюю проверку компании, прицениваемся, но в конце концов решаем, что приобретение этого актива нам невыгодно. Но даже в этом случае все равно уходит уйма денег.

- Вам надо будет просто выбросить этот мобильник и начать пользоваться следующим. Для начала я для каждого из нас двоих купил по три таких телефона. Если будет нужно, позднее я куплю еще. Три номера ваших одноразовых мобильников я записал. А номера моих записаны вот здесь. – И он протянул Шерману еще один лист бумаги.

- Я разыщу их всех одну за другой и с каждой из них напрямую заключу соглашение о неразглашении и выплате отступных. - Что вы имеете в виду, говоря «напрямую»? - Вы действительно хотите знать все детали? - Нет, наверное, не хочу.

Картер был в замешательстве. По данным некоторых опросов общественного мнения Мэтьюс являлся человеком, которому американцы доверяли больше всего. Если то, что говорила о нем эта девушка, правда, это станет оглушительной сенсацией. Но это было большое "если".

Она разобрала только одно слово: «Прочь»! Вновь повернула голов, но Клауса справа от нее больше не было. Прямо перед ней, в каких-то двадцати ярдах, виднелась небольшая яхта. Сейчас она врежется в эту яхту на полном ходу. Она хотела попытаться спрыгнуть с гидроцикла, но на это уже не было времени. С бешено колотящимся сердцем она открыла рот и начала истошно кричать.

- Могущественная корпорация ведет с каким-то человеком переговоры о заключении мирового соглашения о выплате отступных и неразглашении и, возможно, оказывает на этого человека давление, чтобы он согласился его подписать. Может быть, этот человек не хотел решить дело миром. И вдруг этот человек погибает в результате несчастного случая. На мой взгляд, такое совпадение выглядит отнюдь не случайным.

— Любить — значит страдать, — в ответе Изабель звучала мрачная уверенность осведомленного профессионала. — В любви должно быть много мрачной страсти. — Это обязательно? — Абсолютно. И еще муки.

Мор уже знал, что от любви человека бросает то в жар, то в холод, что любовь делает человека жестоким и слабым. Но что она делает тебя еще и глупым – это ему было в новинку.

Он заблуждался, в конце туннеля все-таки был свет. И его источником являлся огнемет.

— В котором часу здесь бывает заход солнца? — Обычно нам удается воткнуть его между днем и ночью.

Ученые подсчитали, что шансы реального существования столь откровенно абсурдного мира равняются одному на миллион. Однако волшебники подсчитали, что шанс «один на миллион» выпадает в девяти случаях из десяти.

Мор относился к категории людей более опасных, чем мешок, набитый гремучими змеями. Он был полон решимости докопаться до логической основы Вселенной

Люди — очень сложные создания, с ними тяжело, они смущают и ставят в тупик: в каждый разговор они впихивают свою предвзятость и неосведомленность, неверно интерпретируют, не понимают. До сих пор Кэмерон не осознавал, как сильно Интернет, этот великий эксперимент, призванный объединить мир, оторвал каждого отдельно взятого человека от социума, сделал его диким как никогда.

С появлением Ниа жизнь Кэмерона полностью меняется. Благодаря ей он наконец понимает: необязательно отвергать доставшийся ему дар.

Хотелось бы мне и в реальной жизни иметь таких друзей, как ты. Людей, с которыми я могу быть настоящим.

Того, чем она в итоге стала, должно хватить, чтобы исправить ее ошибки и увидеть торжество справедливости, отомстить за свой народ. Достаточно, чтобы прибыть в это место и встретиться лицом к лицу с судьбой.

Никакие ведовские обряды не призовут в наш мир столь невообразимое чудовище. Ни один вассал не выдержит воплощения чистого зла.

С каждым днем ведовство все больше проникает в мир. Оккультники потеряли всякий страх.

Мы все боимся. Страх станет слабостью, если только ты ему поддашься.

— Превращаться в животных всегда весело, но менять лица – это искусство.

Ильза заметила, что перестала дышать. Внезапно она нашла ответ на вопрос, который искала всю свою жизнь. С округлившимися глазами она повернулась к капитану. — Метаморфы, — пояснил он. Точно. Именно так он назвал и ее саму. Метаморф. — Добро пожаловать в Камден Таун , — произнес капитан Фаулер, поворачивая на север, — квартал метаморфов.

Они находились в Лондоне, но этот город был не тем Лондоном, который Ильза покинула ночью.

Мы отправляемся в место под названием Уизерворд, а здесь находится Иной мир. Поверьте мне, на этой стороне медали творятся куда более страшные вещи.

Сожаление – вечное послевкусие жизни. Не важно, что ты выберешь, ты все равно будешь думать: «А что, если бы все случилось по-другому?"

Не поймите неправильно, идеальной я вдруг не стала. Мои мучения не закончились, слабости не превратились в достоинства, бороться стало ничуть не легче. Никакое чудо не превратило печаль в счастье… но я все равно чувствовала это: исцеление.

Я соскользнула вниз по стене, опустившись на холодный линолеум. Опустила голову на колени, позволив звукам струн Уилсона распутать узелки сетей на моей душе и пусть только на мгновение, но освободить меня от ноши, которую я тянула за собой, точно ржавые цепи. А что если их можно было сбросить навсегда? Что если я смогу стать другой? Что если жизнь может быть другой?

Мы упали на его смятую кровать, так и не произнеся ни слова, и я отключила и растревоженное сердце, и беспокойные мысли. Сумерки сменились ночью. Еще одна бессмысленная смена времени суток, еще одна попытка найти себя, потеряв.

Но с каждым звуком того инструмента ощущение внутри росло. Это было не горе и не боль. Даже не отчаяние и не угрызения совести. Это была скорее… благодарность. Любовь. Я тут же выкинула из головы эти внезапно возникшие слова. Благодарность за что?! За то, что жизнь всегда была такой трудной? За то, что моменты счастья можно по пальцам пересчитать?

Мне хотелось как-то сообщить о своем присутствии, напугать его. Хотелось засмеяться, поддразнить его, сказать что-нибудь колкое и саркастичное, как всегда. Хотелось возненавидеть его, потому что он был прекрасен, и такой мне не стать никогда.

Прочь, грязные приспешники зла... Или столкнётесь с яростью моего хомяка!

Думаешь, крошечная погнутая кочерга остановит мой удушающий захват правосудия?!

Бу – миниатюрный гигантский космический хомяк большой смелости и мудрой мудрости!

Быть королевой - значит видеть в любом препятствии на своем пути очередную жертву, которую надо принести.

Обманывать себя - удел натур слабых.

Человек не может двигаться вперед, если душу его разъедает боль воспоминаний.

Когда спускаешься вниз до конца, дорога может вести только вверх.

Плох тот человек и плох тот народ, который сидит и льет слезы только потому что жизнь складывается не так, как хотелось бы.

Зачем забивать себе голову тем, чего уже не вернешь, - надо думать о том, что еще можно изменить.

– Алешка!.. – прошептала Оля прямо-таки завороженно. – Это ж сказка самая настоящая. – Да ну, – сказал он, когда Олины руки сомкнулись у него на шее. – Просто жизнь на грешной земле, да и все тут. Он был счастлив. Потому что счастлива была Оля.

Гартов жестко усмехнулся и прихватил запястье хозяина «БМВ» на довольно простенький приемчик под названием «катет, катет, гипотенуза». Он вывернул его руку так, что тот зашипел от боли и согнулся чуть ли не пополам. Алексей оценил обстановку и наставительно сказал: – Повторяю для глухих. С девушками так обращаться нельзя. Особенно с чужими.

Ольга тоже потянулась, хотела было туда заглянуть. Алексей бесцеремонно рванул ее за плечо в сторону и сделал это очень даже вовремя. Из-за заслоночки вылетел короткий язык пламени. Девушка невольно взвизгнула от испуга. – С огнем не играют, – наставительно сказал Алексей, опуская заслоночку. – Могло и обжечь качественно, и в глаз попасть. Вот так оно иной раз фукает, когда все наглухо закроешь.

Вот так уж карта легла, что мы и женились, и разводились примерно в одно время. Только я со своей разбежался вполне культурно, а у Макса было изрядно грязи и нервотрепки. Причем все это шло не с его стороны. Подробности рассказывать не буду, он бы не обрадовался, узнав, что я с тобой разоткровенничался. А вот сама история развода в узких кругах нашумела.

Двести невидимых японских лошадок легко вынесли трехсотый «лекс» на вершину длиннющего пологого подъема, и Алексей сбавил скорость. Справа и слева громоздились университетские корпуса – и унылые коробки советских времен, и здания покрасивее и поновее. Справа, у той остановки, с которой люди ехали в город, имело место нешуточное многолюдство. Час пик, занятия кончились.

В моём саду 4 куста чёрной смородины трёх разных сортов: один более ранний, два других созревают позднее. Поэтому сезон сбора ягод длится почти целый месяц. Успеваем и наесться, и заморозить, и пирогов напечь, и варенье сварить. За что я люблю черносмородиновое варенье, помимо вкуса, так это за потрясающий цвет. А густая консистенция лакомства, немного напоминающего желе...

Совет: Особой нотой в этой заготовке звучит эстрагон – пряная трава из рода полынных. Соленьям и маринадам она придаёт прекрасный вкусовой оттенок. А ещё её можно сушить, использовать как приправу для мяса и рыбы. Посадите себе кустик в огороде. Но только один! Вырастает эстрагон здоровенным. Хватит на всё!