Цитаты из книг
Если наблюдать за людьми достаточно пристально, полагает она, можно понять, что делает одного добрым, а другого (ее, например) недоверчивым и утратившим надежду.
Ответственность любить кого-то непомерно тяжела для человека, вот почему Шелби сделала все от нее зависящее, чтобы избавить себя от этого
… если ты делаешь какой-то важный выбор, меняется вся твоя жизнь – это своего рода эмоциональный эффект домино.
… что значит любовь в мире, где так легко обидеть другого?
Кто тебе сказал, что твоя обязанность – испытывать чувство вины за все плохое в этом мире?
Единственный способ выиграть эту войну — не сражаться вовсе". Они видят во мне лидера, даже если я сам никогда себя таким не видел — пора научиться доверять им, пора стать лидером.
Единственный способ выиграть эту войну — не сражаться вовсе.
В своем сознании я создавал мир, в котором был счастлив и свободен.
Что такое настоящая боль, понимаешь лишь тогда, когда единственное желание — это уйти из жизни.
Смерть в тысячу раз лучше этого места.
Без войны СССР все равно стал бы великой державой, но его победа над Гитлером дала ему огромный авторитет в мире, подняла его до уровня сверхдержавы, предложила ему невообразимое территориальное расширение еще до войны. Что же касается США, то война перевела их на новый качественный уровень. Их экономическое и финансовое господство стало безраздельным.
Около половины из почти 3 млн т бомб, сброшенных на Европу, упали на территорию самой Германии, остальная часть — на оккупированную Европу или союзников по «оси» (350 рейдов и десятки тысяч погибших только в Берлине). Для Германии общие оценки потерь сводятся к 600 тыс. погибших и разрушению основных городов — итог сам по себе печальный, хотя союзники планировали, что погибнут миллионы.
Итальянские солдаты жили в ужасных условиях, были плохо вооружены, плохо снабжались, а во главе их часто стояли бездарные «политические» генералы. Муссолини вел «параллельную войну», приводившую к рассеиванию сил. К концу 1941 г. Италия уже потеряла 22% солдат и офицеров, а также восточноафриканские территории.
В христианской на 96% Германии Гиммлер мечтал об антихристианском ордене СС — но- сителе неоязычества. В своих надеждах он полностью разочаровался. Общие CC остались на 80% христианскими. И хотя вступление в войска СС и другие военизированные отряды сопровождалось дехристианизацией, треть охранников лагерей считали свои действия совместимыми с христианской верой.
Вывоз продовольствия из оккупированных стран, позволивший согласно особому распоряжению Гитлера сохранять уровень потребления у немцев, привел к хроническому недоеданию населения этих стран: количество потребляемых ежедневно калорий уменьшилось во Франции вполовину, в Польше — на 60%, в СССР — на 3/4.
Именно в производстве военных кораблей диспропорция наиболее ярко выражена. В 1941 г. страны «оси» практически полностью свернули производство линкоров и крейсеров, при этом Германия сосредоточилась на выпуске подводных лодок, а Япония — эсминцев, подводных лодок и авианосцев.
Распространено мнение, что «если это автоматизировано, то это хорошо». Наш опыт показывает, что это не всегда так.
Никогда не знаешь, какие детали окажутся решающими для покупателя.
Были важны две вещи: искусство прогнозирования и сокращение реакции на неверный прогноз.
Мы считали политику действенной, если наши автомобили не уступали лучшим образцам в данном сегменте.
Как это обычно и бывает во время кризисов, спад в экономике вскрыл все уязвимые места.
Конкуренция — это и догмат веры, и возможность прогресса, и образ жизни.
И я так рада, что все черты, которые есть в моем отце, в Илье напрочь отсутствуют. И мне становится страшно от мысли, что, когда пройдет три месяца, я совсем не захочу возвращаться к этому деспоту.
Я не нужна собственному отцу. Он хотел мальчика, а родилась я. И вот он наконец-то нашел, как можно меня применить с пользой.
Я сидела рядом с человеком, о котором совсем ничего не знала, и безумно нервничала. Мне даже не о чем с ним поговорить. Господи, как можно выдержать такое напряжение три месяца?
Фиктивный брак у нас на год, но, чтобы у людей не возникло сомнений, нам вместе предстояло прожить три месяца — и после этого со спокойной душой освободиться друг от друга.
Своего будущего мужа я впервые увидела на церемонии. И в тот момент, когда регистраторша сказала: «Теперь можете поздравить друг друга поцелуем», мне просто хотелось растолкать всех гостей и сбежать.
Месяц назад мне исполнилось восемнадцать, и отец без моего ведома подал заявление в ЗАГС. У него связи по всему городу, так что этой выходке я совсем не удивилась. Хотя мысль о замужестве, пусть и фиктивном, повергла меня в шок.
У Родина, сидевшего на башне, мысли были гораздо приземленнее. Если нарвемся на мину, шансов уцелеть меньше всего у механика-водителя, остальные, в лучшем случае, отделаются контузиями и переломами.
Деревянко и сам порывисто глотнул воздуха. Ведь в «тридцатьчетверке» он сидел впервые в жизни (в учебке ездили на «валентайне») и теперь, черт возьми, должно получиться!
В нашу хату тоже выстрелил, я с бабулей и братишкой выскочил, а он на нас, огромная такая громадина, и – за нами по улице. Мои погибли… под гусеницами. А за мной гнался, пока я в овраг не скатился…
«Пуля дура – лоб молодец!» - скользнуло в мыслях. Степан всегда, даже в самой опасной заварухе ездил по-походному, с открытым люком: все поле боя перед тобой, не то что в «амбразуре» триплекса.
К своему боевому счету, а воевал Родин с мая 1942 года, он прибавил еще два танка, со звериным рыком всадив одному снаряд под башню, а второму сначала в закопченный, едва видимый крест, потом – в корму.
После Прохоровского побоища Иван вдруг понял и остро ощутил, что прошел невидимый Рубикон, и кто был с ним, тоже миновал запредельную грань небытия и кромешного ада.
Не было ни смерти, ни страха, и абсолютно никаких мыслей не было – в такие моменты ни до чего. Только злой, яростный, хмельной азарт и надежда, что «Минск» не подведет, что он успеет. Крепко держа руль, Митя несся в сужавшийся просвет.
– Рубенс, – сказал Митя едва ли не завороженно. – Она ведь смотрит... Она видит... – Ну вот как-то так у меня получилось, – сказал Рубенс с некоторой гордостью мастера. – Сам не ожидал, а получилась зрячая... Правильно угадал? – Правильнее некуда, – сказал Митя. – Я ж верю, что все наладится..
И подумал, что нисколько не лукавил душой: ну какая у него до сих пор была личная жизнь? Одни скоротечные огневые контакты – популярная в их кругу фразочка после того, как в руки попал роман Богомолова. И уж никак нельзя считать личной жизнью ни Лорку, ни Юльку: одна – общая девочка компании, другая – нетронутая девочка с горячими и нежными губами, которую и следует в этом состоянии и оставить...
– Принимай работу, хозяйка, – сказал он. – Отделано в лучшем виде. И тут же выругал себя за то, что все-таки прокололся: как она оценит работу, если ничего не видит? Хорошо еще, Марина явно не придала значения его словам. К полке шагнула уверенно, уже освоилась с квартирой, но, оказавшись близко, заранее выставила вперед руку – ну да, не привыкла еще к расстановке мебели...
Они шагали. На троих – шестьдесят лет, три аттестата зрелости , три военных билета и один комсомольский, три мотоцикла, две собаки, три мамы, один отец, два младших брата и одна младшая сестренка. В данном конкретном случае – еще гитара и два огнетушителя «Шипучего».
Думаю, он сам не подозревал, как много решительности, ловкости он способен проявить в критических обстоятельствах. Да, он вел себя в этом эпизоде как профессио- нальный убийца, и если бы мы его сейчас не остановили...
Мне говорили, какая там сумма на счете. Но, во‑первых, я еще не вошла в права наследства, для этого долж- но пройти время. А когда и войду, я не хо- чу тратить эти деньги просто на жизнь. Вот, у меня сын растет. Ему потребуются деньги на дальнейшую учебу, на то, чтобы встать на ноги.
— Все, теперь выдвигаемся. Помни, май- ор, операцию начинаешь ты. Потом вступают боковые группы. Команду на начало опера- ции дам я — позвоню тебе по телефону. Кто- то остался, чтобы сторожить Лену, подругу Короткова?
— Через полчаса начнем операцию по за- хвату, — сказал он. — Раздели своих людей на три группы, по два человека в каждой. Сейчас Климов обойдет всех соседей, убедит их уй- ти в задние комнаты и сидеть тихо.
— Я в доме Галустяна. Проводим обыск. Сначала ничего интересного не было. Но вот только что я нашел одну записку, которая да- ет нашему расследованию совсем новое на- правление. Вам надо бы на нее посмотреть, прежде чем ее у нас изымут.
Ох уж этот галстук, эта чертова удав- ка! Приходько просто ненавидел этот пред- мет своего туалета. Но как без него? Ведь он не кто-нибудь, а министр. Как требовать порядка с подчиненных, если сам будет яв- ляться на службу черт знает в чем? Тут как- то новый начальник отдела стандартов взду- мал в джинсах на работу прийти.
Может, дорогой еще побеседуем, — сму- щенно проговорил Виктор. — Почему же не побеседовать, — согласился Гуров. — Нам ведь есть что вспомнить… И они оба замолчали — ведь главное уже было сказано. Да и дорога кончалась — впере- ди уже показались первые дома Геленджика.
— Никуда я не поеду, — заявил Гуров. — Мне никак нельзя отлучаться из этого дома. Как вы не понимаете? События приближаются к развязке, и моя задача — сделать так, чтобы эта развязка привела к установлению и аресту убийцы. Никто, кроме меня, этого сделать не сможет. А вы говорите — уехать…
Разговор за столом как-то не клеился: опе- ративники дружно отказывались говорить о проходящем расследовании, а для обычной светской беседы у собравшихся не было на- строения. Ужин заканчивался в полном мол- чании.
Я как раз хотел тебе звонить, сказать, что нам нужно больше людей, но ты сам по- звонил и сообщил, что на пистолете найде- ны отпечатки пальцев Громова. А потом он выскочил из гаража и попытался бежать, я за ним в погоню.
Лев поднял голову. Капитан с торжествую- щим выражением лица показывал ему что-то маленькое, зажатое у него меж пальцев. Было ясно, что это пуля, выпущенная из того самого «макарова».
Рейтинги