— Знаете, Лев Иванович, у генерала посе- титель, — сказала секретарша генерала Орло- ва, опытная Людмила Панкратовна. Она уже больше двадцати лет налаживала деловой ритм в приемной начальника Главка и научилась так хорошо разбираться в делах, что, кажется, и сама могла вести расследования. — Какая досада! — воскликнул

Гуров слушал Кухлинского, одновременно анализируя ситуацию. Если допустить, что все сказанное тренером правда, получается, что у убийцы в распоряжении было чуть более получаса, чтобы убить мужчину по имени Вячеслав. А это означает, что он за ним следил. Версия о том, что убийца был случайным и целью его было ограбление неизвестного, сейчас казалась Гурову несостоятельной.

Моментально вскочив на ноги, он осветил пространство на полу. Там лежал мужчина. Приблизив пламя спички, тренер убедился, что это тот самый человек, который назвался Вячеславом. Только сейчас на нем не было ни полупальто, ни ботинок. Мужчина лежал в одной рубашке и брюках, на спине, а из раны на голове вытекала кровь…

– Товарищ полковник, может, опергруппу вызвать? Крячко и сам понимал, что без этого не обойтись. Понимал он также, что и ему, так или иначе, придется принять участие во внезапно упавшем на голову деле, хотя бы в качестве свидетеля, а вдобавок еще и выступать потерпевшим в ДТП наряду с остальными водителями, коих собралось человек шесть.

дирающий водитель ловко улепетывал, намереваясь скрыться за углом, однако разозленный Крячко в три прыжка настиг его и, не церемонясь, двинул крепким кулаком в ухо. Мужчина рухнул на землю, а Стас тут же рывком приподнял его и, находясь вне поля зрения ДПС, от души припечатал еще разок. Затем скрутил руки водителя, надежно сковав их наручниками, и потащил к месту происшествия.

Беда не приходит одна. Это Станислав Крячко знал давно и хорошо. Он прожил на земле уже достаточно лет, чтобы убедиться на собственном опыте: стоит только случиться какой-нибудь мелкой пакости – все! Жди глобальной катастрофы! Тут же, как по заказу, все остальные жизненные сферы начинают рушиться и осыпаться, как детская башенка из кубиков, если легонько подтолкнуть пальцами всего лишь один из них

Заседание суда закончилось, с шумом захлопали стулья, послышались голоса – обычный шум, возникающий после окончания процесса. Осужденного увели. Вид у него был совершенно обескураженным и ничего не понимающим, словно он не верил в реальность происходящего и воспринимал все как дурной сон. Примерно так же выглядел и его адвокат, совсем еще молодой, который все стоял на месте с полуоткрытым ртом...

Тело несчастной перенесли в машину «Скорой помощи» и увезли в городской морг на вскрытие. Дастан решил поехать вместе с ними, чтобы быть в больнице, около своей жены. Он просил не делать вскрытия, но понимал, что эту просьбу все равно проигнорируют. Комиссар Аламейда испытал настоящий шок, узнав о том, что главная подозреваемая мертва, и только в растерянности молчал, позволяя следователю распоряж

Это было странно и необычно, но он не любил купаться в море. Он вообще был странным человеком. Выросший в Баку, рядом с удивительно теплым морем и длинными песчаными пляжами, предпочитал проводить свободное время за книгами, тогда как большинство его сверстников отправлялись купаться. Может, потому, что он не любил тратить много времени на подобные упражнения. Всего-то надо — войти, окунуться и вы

Дронго внимательно посмотрел на себя в зеркало и невесело усмехнулся: «В конце концов, ты начнешь подозревать даже самого себя и станешь законченным психопатом».

У каждого должен быть второй шанс. Вот третий - нет. А второй - обязательно. Особенно если есть за что бороться и что сохранять. И если прощать, то только по-настоящему: больше не вспоминать обид, начать с чистого листа. Выдохнуть всю боль и вдохнуть новую счастливую жизнь.

Каждый день мы делаем выбор. Сказанное слово или холодное молчание. Движение навстречу или нежелание обернуться, когда уходишь. Правда или ложь, чувства или разум. Часто от этого выбора зависит вся наша дальнейшая судьба. Всего один короткий миг, когда ты решаешь, как поступить – именно от него зависит, каким будет твоё «завтра». Не ошибись. Всегда будь собой. Слушай свое сердце!

На самом деле неважно, как ты выглядишь. Важно, что чувствуешь. Если принимаешь себя и свое тело таким, какое оно есть, то обязательно найдётся человек, который полюбит тебя такой.

Ошибиться может каждый. Главное – вовремя заглянуть в сердце – оно даст правильный ответ.

Общественное мнение — это мнение тех, кого не спрашивают.

Любовь всегда найдёт выход. Главное - желание быть вместе.

Гуров дернул на себя ручку дверцы со стороны водителя, плюхнулся на си-денье и запустил двигатель. Крячко с пистолетом в руке уже бежал через дорогу. «Фольксваген» резко развернулся, и через секунду он тоже был уже в салоне. Машина рванула вперед и устремилась в направлении перекрестка Адмиралтей-ской и Навашина. – Розовый «Пежо» замечен

Стас не стал покорно ждать очередной атаки. По-прежнему удерживая в ру-ках пакет с контейнерами и бутылку грузинского вина, он выбросил вперед пра-вую ногу и ударил парнишку в живот. Тот сложился пополам. Следующий удар пришелся по запястью вооруженной руки. Бутылка, кувыркнувшись в воздухе, отлетела на пару метров в сторону.

Валентин все-таки не выдержал и разрыдался. Горько, по-детски, шмыгая носом и размазывая ладонью слезы по щекам. Гуров переглянулся с напарником. Крячко скривился и отрицательно покачал головой. Подхватив с пола чашку ко-фе, он поднялся со стула и переместился к приоткрытому окну кабинета. По его мнению, оказывать на парня дополнительное психологическое давление уже не имело смысла.

Крячко накрыл ее руку своей. Осторожно и ласково погладил по пальцам. Он не стал разубеждать Надежду в том, что ее версия, вероятнее всего, не имеет под собой логического обоснования. В данную картину абсолютно не вписыва-лись остальные три жертвы. Но личность «мутного и скользкого» Игорька его за-интересовала.

– Это крайне неприятная история… – Кривоногов опустил взгляд. Яркий свет из окна за спиной эскулапа серебрил его седую шевелюру. – Я слежу за ней особо пристально. Погиб близкий мне человек. Ведь Ленька был не только моим коллегой и подчиненным. Он был моим другом. Мы вместе учились в школе. Шесть лет за одной партой. А потом он чуть не женился на моей младшей сест-ре… – Николай Феликсович позволи

Движение на дороге стало интенсивнее, и стрелка спидометра достигла от-метки в двадцать пять километров в час. В настежь распахнутые окна «Форда» врывался запах горелой резины. Глухов почувствовал, как его начинает подташ-нивать. А до заветной бутылки пива еще так далеко! Он машинально оглянулся по сторонам, проверяя, нет ли где поблизости придорожного продуктового мага-зина, но уже через секунду

Алексей нанес решающий удар – и от боли в костяшках самого перекосило. Беккер откинул голову, потерял сознание

Потная рубашка прилипла к телу. Сидеть в машине смысла не было. Он вышел из салона, закурил, сделал вид, что проверяет накачку шин. Явной слежки он не заметил, но чувство опасности колотило в набат!

Возможно, враг уже чувствовал угрозу – у опытных агентов звериный нюх на опасность. Он заметил визитеров в окно и быстро сделал выводы.

- Слушайте своего командира, ребята! – крикнул Синявин. - А ну, пошли все прочь, освободить проход! Кто-то дернется – я его убью, мне терять нечего!

Молодой лейтенант, ворвавшийся первым, охнул от боли, выронил пистолет. Пуля пробила колено.

Когда полковник поднял голову, в переносицу ему смотрел ствол табельного «ТТ». Синявин выглядел спокойным, но в глазах блестел холодок, в простодушной мине обозначилось что-то хищное.

– Все! Достали вы меня со своим Прохоровым! – резко заявил генерал. – Меня уже тошнить от одного его имени начинает. А мне еще кучу проверок в Главке придется вытерпеть, и море рапортов из-за этого гаденыша написать. Что-бы я сегодня о нем больше ничего не слышал! И давайте выпьем за то, чтобы нам никогда не довелось оказаться марионетками в чужих руках!

Он действительно сдаваться не собирался. Ему вдруг пришла в голову мысль, что можно попробовать восстановить адреса, с которых заходили в архив-ную базу данных неизвестные посетители. Зачастую нетрудно установить IP-адрес компьютера, с которого заходили в базу данных, а уже затем и попытаться вычислить этих 268 человек.

День перед смертью его соседа для Землянникова проходил в привычном ритме. Утром он проснулся, опохмелился глотком спрятанной с вечера паленой водки и отправился по мусорным бакам добывать себе хлам на пропитание. Если исключить парочку ссор с другими бомжами из-за добычи, весь день Землянни-кова прошел именно в таком ключе: нашел что-то, что можно сдать, продал – ку-пил выпивки из-под полы...

Лев еще утром закончил раскрытие очередного дела и сейчас неспешно подготав-ливал материалы для передачи в прокуратуру. Конечно, он мог бы закончить со-ставлять отчетность побыстрее и заняться расследованием странной смерти одной из закатившихся звезд московского балета, но делать этого не стал. Во-первых, был почти на сто процентов уверен, что необъясненная пока смерть – всего лишь нелепый случай

— Сам догадаешься, если мозги есть, — рассмеялся генерал и, посмотрев на труп та- моженника, покачал головой: — Зря ты льва надеялся в ловушку заманить. Думать нужно было, что львы прайдами охотятся.

Зная примерное место и время исчезнове- ния подполковника, имена исполнителей и способ транспортировки, вычислить, куда именно они отвезли тело, было не слишком сложно, особенно учитывая присутствие в команде въедливого и наблюдательного старлея из аналитического отдела.

Гуров задумался. То, что у Высотина бы- ла возможность прямой связи с бандитами, одновременно и упрощало, и усложняло дело. Сложность заключалась в том, что на обработку таможенного генерала оставалось весьма ограниченное время.

— Неужели жадность фраера сгубила? — удивленно пробормотал Лев. Судя по всему, спрятать «Опель» Точи- лина именно в этом районе было не очень просто, поскольку безлюдным это место не являлось.

В Измайловском парке еще чувствовалось присутствие зимы. Сугробы хоть и покры- лись настом, но были достаточно глубоки, а проезды и пешеходные дорожки, видимо, сегодня утром посыпали песчаной смесью. Федор Точилин грубо выругался, недоволь- но осмотрев перепачканные ботинки почти за 200 тысяч рублей, и сел обратно в маши- ну, обматерив Кулькова, назначившего ему встречу у Собачьего пруда.

– Вы сказали, убирают посвященных? – спросил Вадим Георгиевич, – значит, Коршунова и Билюнаса убрали за их осведомленность. Весь вопрос, какой именно информацией обладали эти двое. Я понимаю, что здесь возможны варианты, но для решения этой задачи нам будет нужно выделить наиболее главные, узловые моменты ваших последних операций!

Вы заказали ужин в номер, но в служебном лифте на официанта кто-то напал. Он не видел лица нападавшего, так как тот подстерег его при выходе из лифта. Затем этот неизвестный принес вам еду. По счастливой случайности вы в это время купались и не успели принять пищу вместе с ядом. Наши сотрудники, найдя у служебного лифта официанта, поняли, в чем дело и чудом успели ворваться к вам.

Он почувствовал ведущееся наблюдение каким-то шестым чувством профессионала. Внешне все было спокойно, но тяжелый взгляд на затылке он ощущал почти физически, подсознательно отмечая и регистрируя каждую деталь в своем окружении.

Ее гневная речь явно озадачила Марка. Он снова невнятно пробормотал что-то. – Всё в порядке, Марк, – раздался из дверного проема голос Кевина. Джейд резко обернулась к своей ДНК-паре, и от неожиданности у нее отвисла челюсть. – Привет, Джейд! Не совсем то, что ты ожидала увидеть? – спросил он.

Поймав его, Салли отыскала письмо. – Боже! – Она громко рассмеялась. Затем прикрыла рот рукой и посмотрела на него широко открытыми глазами. – Что? У меня есть ДНК-пара? – Еще какая! – Она усмехнулась. – Господи, только не говори мне, что это твоя мама… – Не волнуйся, не она, – ответила Салли. – Твоя пара – некто по имени Александр.

– Дело не в моем желании. – Эми положила вилку рядом с тарелкой. – Ничто так не будоражит прессу, как то, что где-то рядом бродит серийный убийца. В последние годы их было немного. Кристофера так и подмывало сказать ей: в любое время в Британии действует четверо активных серийных убийц, и вы ужинаете с одним из них.

«Бедняжка… Угадай где я?» «В постели?» «Попробуй снова». «Еще на работе?» «Нет», – ответила Джейд и, оправив ему только что сделанную фотку, с замирающим сердцем стада ждать ответ. Вместо этого зазвонил телефон. – Сюрприз! – завопила она. – Я здесь! – Извини, но тебе не следовало этого делать, – коротко сказал Кевин и дал отбой.

– А если окажется, что наши ДНК не совпадают? – Тогда мы постараемся вложить в наши отношения больше усилий. Как сказал Джон Леннон: «Все, что тебе нужно, – это любовь». – Да, но он также сказал: «Я – морж» , так что давай не будем слишком доверять его мудрым изречениям.

Кристофер пристально следил за ней в окно ресторана, пытаясь расшифровать язык ее тела. Эми, ДНК-пара, с которой у него было свидание, сидела за столиком, сложив руки и скрестив ноги. Нервничает, подумал он. Хотя, согласно одному из множества просмотренных им обучающих видео, это означало, что она заняла оборону. Впрочем, любой из этих вариантов работал на него, так как давал преимущество.