Я представляю, как оказываюсь с ним лицом к лицу – с этим обычным человеком. Как называю его обычным именем перед тем, как вонзить нож ему в грудь. Представляю, как лезвие разрезает плоть и сухожилия, вонзаясь в кость. Не сильно отличается от разделки говяжьего сустава. Я беру нож для масла. Он блестит на солнце. Я беру его в руки и знаю: если дойдет до дела, я смогу. Смогу убить похитителя сестры

Холодная липкая паника туманом расползается в груди, когда я вижу, как человек в маске проскальзывает через французские двери в дом моего детства, сжимая нож рукой в перчатке. Я представляю, как он крадется по коридору в спальню родителей. Слышу их крики. Вижу, как лезвие рассекает кожу и мышцы, впивается в кости. На этот раз он позаботится, чтобы Оливии больше не к кому было вернуться.

А потом в сознании, как вспышка молнии, возникает лицо Оливии. Ее широко раскрытые, полные ужаса глаза в жутком серебристо‑голубом свете той ночи. Ее палец прижат к губам, предупреждая: молчи. Ужас зарождается в подушечках пальцев ног и распространяется по телу, как огонь, пожирающий всё на пути.

Большинство не понимают, что такое страх. Настоящий страх. Что значит потерять кого-то из-за человека с ножом и в маске. И никакая напыщенная лирика не заставит это почувствовать. Слова имеют силу, но личный опыт важнее. И из-за этого я могу находиться среди людей – неважно, незнакомых, членов семьи или друзей, которые знают меня всю жизнь, – и чувствовать, что я сама по себе. Одна.

- Вторая заповедь гласит: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя». Когда мы любим человека, когда его истинно любим? Тогда, когда спасаем его от его греха, от ада…

Второй раз умирать не так больно. Поверь тому, кто погибает и перерождается множество раз.

Ценнее то, что последний танец, как правило, достается тому, кто уже владеет сердцем девушки.

- Сильная духом, не сломленная жизнью. Поздравляю, Григорий, ты дождался свою императрицу, - бес ухмыльнулся и растворился в воздухе, оставив небольшое облако дыма.

Потому что до тех пор, пока свежи память и воспоминания, человека нельзя похоронить и стереть из памяти.

Главная заповедь: нет таких страданий, с которыми бы не справился.

Ночь без сна… Она злобно смеялась. Как будто ей хотелось схватить его, увлечь его на середину комнаты, заставить танцевать до обморока… Лицо его наморщилось, и он убавил свет горящей лампы.

Мои мечты были невеселы, печальны, как бледный луч луны, когда он медленно скользит и умирает на черепичной блестящей крыше…

Разве могут людские отношения быть честными, когда речь идет об императорской власти?

…нельзя необдуманно следовать за министрами императорского двора, желающими переманить тебя на свою сторону, надо сохранять нейтралитет. Это хоть и не беспроигрышный план, но он гарантирует, что ты умрешь позже других. Шансы, даруемые Небесами, обычно имеют весьма удивительное свойство — они не даются самым мужественным или самым быстрым, а остаются тем, кто прожил дольше других.

Малая Башня Искушений была роскошной загородной резиденцией, построить которую ему посоветовала Цин Няоло. Это было укромное место, где Юйвэнь Ху мог бы свободно предаваться удовольствиям и веселью.

Любовь — это не обладание и не стремление нанести вред. Любовь — это наблюдение со стороны, любви не нужны слова.

Влияние императорского двора переменчиво, а слова — самый острый меч, они убивают без крови. Ты должен твердо запомнить: непременно нужно поменьше говорить и быть осмотрительным в своих речах.

«Дао — это то, что делает все сущее таким, какое оно есть, что упорядочивает множество ли. Ли — это линии, из которых складываются контуры вещей, а дао — это то, с помощью чего создается все сущее, и потому говорится: «Дао выражается в принципах”», — На Лоянь без запинки процитировал «Хань Фэй-цзы» по памяти.

Несмотря на внешнюю суровость и неприступность, он тоже нуждается в добром отношении и искренней любви. Возможно, это единственный способ коснуться его души.

— Хоть у каждого внутри кровоточит глубокая рана, все как один здесь безликие и серые. Подобно тучам, что сейчас нависли над нами. — Я кивнул на небо. — Ты на их фоне — лучик солнца, что пытается озарить своим светом царство жестокости.

Она —моя зависимость и пылкая страсть, неудержимая сила и тайная слабость. Ангел с черными крыльями, которые подарил ей я. Это ли люди зовут любовью?

Способность улыбаться дана только живым. Это знак, и Кристиан не камень, как говорит Тея. В нем еще сохранились светлые чувства.

«Одиночество — моя стихия. Я из числа тех, кто ценит и любит уединение. Слышал, многие избегают подобного состояния, боясь остаться один на один с собой и нескончаемым потоком мыслей. Меня же душат не мысли в голове, а люди вокруг».

— Приют — не место, где следует искать поддержку, заботу и любовь. Здесь волчьи законы и каждый за себя.

— Зачем ты сравниваешь себя с другими? Чжэнь Хуань — это Чжэнь Хуань. Ты лучше всех.

Наложницы тянутся к императору ради статуса, богатства и покровительства. Были ли вообще такие, кто хотел от императора любви?..

Не забывайте, что злые языки страшнее любого оружия. Они могут создать серьезные проблемы.

Люди, живущие в гареме, всегда стремятся к блеску и льнут к силе. Они поклоняются тем, кто забрался на вершину, и считают пустым местом тех, кто остался у подножия.

Я хотела попасть в чарующий мир, наполненный соблазнами и роскошью, с которыми я еще никогда не соприкасалась. И пускай в нем звенели острые мечи и разносился аромат ядовитой пудры, меня все равно тянуло к нему, и я не могла сопротивляться.

— Если в будущем ты станешь любимой наложницей Его Величества, я буду рада, но ты для меня важнее всех почестей и богатств. Твоя жизнь ценнее всего, поэтому постарайся беречь себя.

Я посмотрела в его глаза и увидела в них отражение своей надежды. Мне стало ясно, что иногда даже самые краткие мгновения могут стать началом чего-то великого.

— Не существует войны без крови. Иногда нужно что-то потерять, чтобы достичь цели.

… я не воин, не борец за справедливость, а просто молодая девушка, желающая, чтобы мир стал лучше.

Он позволил мне ее потерять, позволил сломить меня, чтобы стать целителем моих душевных ран, пользуясь тем, что я осталась совсем одна. Он знал, что я буду нуждаться в ком-то, кто поможет мне справиться с этой болью.

Мы были как две половинки, дополняющие друг друга, и наша любовь казалась сильнее любых обстоятельств. Так я думала… А потом получила нож в спину, который застрял там навсегда.

Меня интересовало, как люди жили раньше, что они делали, любили ли они эту жизнь, пока магия не отвернулась от нас и не началась бойня. Ведь были же те, кто выжил, наверняка они были. Кто-то ведь передал эти истории своим детям, а те — своим. Я тоже хотела услышать их истории.

Возможно, в другой жизни мы стали бы другими людьми и смогли бы быть вместе. — В другой жизни. — Я выдавила улыбку. Он перевел взгляд на мои губы. А после запустил руку мне в волосы, подался вперед и поцеловал.

Взгляни в лицо реальности своей жизни, иначе навсегда останешься ее жертвой.

— Ты красивая женщина, — печально улыбнулась она. — Но это не облегчит тебе жизнь. Я улыбнулась в ответ и как можно мягче заметила: — Я думала, ты видишь прошлое, а не будущее. — Жизнь не благосклонна к женщинам, даже наделенным красотой. Чтобы это знать, не нужно быть провидицей.

Останься в живых, поскольку тебе невыносима сама мысль о том, что ты умрешь и тем самым позволишь победить тем, кто причиняет тебе боль. Выживи, потому что ты этого заслуживаешь.

Вскоре наступит день, когда тебе придется сделать выбор. Стать факелом во тьме для одной души… или воспылать, словно солнце, для них всех.

Порой чертовски жаль, что ты такой холодный.

Не знаю, почему среди дворцовых Должников король сильнее всего ненавидит меня. А он ненавидит. Сейчас я это отчетливо понимаю.

Никому нет дела до Веспры и ее обитателей. Никому нет дела до троллей. Никому, кроме принца.

Как кто-то может быть одновременно столь виновен и столь невинен? Бессмыслица какая-то. Мама говорила, что у меня образ мысли фейри: делить все на черное и белое. Люди, утверждала она, существуют скорее в оттенках серого.

Свет притягивает тьму, как пламя — мотыльков.

— Когда дело касается рейфов, нет никаких «попробовать еще раз», — говорит принц. – Ты или добиваешься успеха, или терпишь неудачу. И если тебе после неудачи повезло выжить, то уж точно не стоит больше касаться этого заклинания.

— Я знаю таких, как ты, — тихих и собранных до самого последнего момента. До взрыва, от которого остальным не укрыться.

Автоматически он перевел взгляд в то место, где висела камера, и не увидел привычного красного глазка на стене. Значит, камеры сейчас везде отключены. «Может, это какой-то знак? – подумалось Виктору. – Не стоит ли мне добраться до катеров и попытаться уплыть с острова?»

Ян-Эрик и Сигве ворвались в комнату как разъяренные тигры, и Дале сразу же схватил русского за грудки. Виктор поднял обе руки вверх и начал отходить вглубь комнаты, не оказывая норвежцам никакого сопротивления.