Ситуация становится всё трагичнее и виноваты здесь не недостатки, а добрые качества.

Все дело - в воображении. Наша ответственность начинается в воображении. Правильно писал Йетс: "In dreams begin the responsibilities". Иначе говоря, если нет воображения, может, и отвечать ни за что не придется.

Тишину можно слышать.

Память согревает человека изнутри, и в то же время рвет его на части.

Рождение и смерть – это как половинки одной вещи.

Роза, ты не одна, кроме тебя много других людей. Найди свое место среди них. Я знаю, есть такие, которые до того со своими грехами носятся, что под конец бог знает что о себе возомнят.

Люди ели то, что они не выращивали, между ними и хлебом не стало связующей нити.

Нехорошо ломать семью.

- Иной раз трудно соблюсти закон,- сказал отец. - Особенно если хочешь, чтобы все было по-честному.

Нет во мне прежней благодати. Грешные мысли одолели... Грешные, но, на мой взгляд, здравые.

Человек сливается воедино с тем местом, где живет. А когда мыкаешься по дорогам в забитой всяким скарбом машине, тогда ты не полный человек. Ты мертвец.

...внутри, у нее под сердцем живет ребенок; ей было грустно и жалко, что он — сын Жюльена; ее тревожило, пугало, что он может быть похож на отца.

Жизнь ее разбита, счастье кончено, надежд больше нет, и ей представилось страшное будущее, полное мучений, измен и горя.

Бывают минуты, когда все вокруг меняется для нас; любые поступки приобретают новый смысл; и даже часы дня как будто смещаются.

Ферзен впервые видел Антуанетту такой. Это была не веселая, очаровательная красавица, а уставшая, обиженная женщина. Никогда раньше королева не жаловалась на непонимание, на бесконечные пасквили, хотя давно имела на это право. Столько гадостей, причем совершенно безосновательных, ни о ком не писали. Казалось, весь Париж только и занимается сочинительством этих пасквилей и распространением их. И никого не волновало то, что написанное давным-давно не соответствует не только действительности, но и простому здравому смыслу. Антуанетта имела право и основания жаловаться.

...надо ли ожидать от женщин, чтобы они все были похожи на Марию-Терезию? Вовсе нет, должны быть и вот такие – восхитительные кокетки, живущие лишь для того, чтобы прожигать жизнь и тратить деньги мужей. Иосиф готов был признать, что Антуан во много раз женственней своей матери и даже сестры Кристины (Мими). И в том, что она будет прекрасной матерью, тоже не сомневался, слишком желала Антуан детей, такими глазами смотрела на чужих малышей, готовая задаривать и целовать племянников ежеминутно.

Кому нужна моя красота, если от нее никто не рождается?

Королевы обладали куда меньшей властью, чем любовницы. Неужели так будет и в ее собственной жизни? Неужели Луи тоже заведет себе фаворитку, которую придется терпеть ей, супруге? Ужасно!

Вот почему, когда меня только готовили к поездке во Францию, надо мной измывались целый год?! Исправляли зубы, улучшали фигуру, хотя было понятно, что она просто детская, воспитывали и обучали… Почему этого всего не сделали с Жозефой? Почему ее не заставили похудеть или выщипать черные усы на верхней губе, почему не вымуштровали во французском, не выровняли зубы, не улучшили цвет лица, не научили наконец, как замазать оспины на щеках? Почему я должны была быть совершенством, а другим можно оставаться самими собой?

Уже заранее было известно, что будущая супруга – Мария-Жозефа очень некрасива, если не сказать больше – уродлива. В ответ на такие разговоры Станислав презрительно возражал:
–?Зато она из очень плодовитой семьи, у ее матери четырнадцать детей, а у ее бабушки было и вовсе девятнадцать!
Я едва сдержалась, чтобы не напомнить, что у моей матушки тоже шестнадцать, однако у меня их нет вовсе.

Когда один человек чрезвычайно обязан другому, а потом с ним ссорится, то обыкновенное чувство порядочности заставляет его больше враждовать со своим бывшим другом и благодетелем, чем если бы это было совершенно постороннее лицо. Чтобы оправдать собственное жестокосердие и неблагодарность, вы обязаны представить своего противника злодеем.

...решив снова искать рабства, ибо находила его менее обременительным, чем свобода.

Если вас считают молодым, это, без сомнения, лестно, но когда вам сорок шесть лет и вас третируют, как мальчишку, вам недолго и обидеться.

Судьба Наполеона, как известно, сложилась несчастливо. Он сумел вырваться с острова Эльба и снова прийти к власти, чтобы во второй раз все потерять.

Даже очень любя сына, Гортензия страшно жалела, что уступила тогда Наполеону. Но она, как и мать, была абсолютно уверена, что у отчима не может быть детей.

Луи был просто невыносим, согласившись прикрыть женитьбой грех Гортензии, он быстро опомнился. Красавица и умница жена неимоверно бесила мужа, Людовик словно чувствовал, что не соответствует ей.

Эта красотка, несмотря на юный возраст, имела столько любовников, что желающих жениться на ней не находилось,...

...она начала все же осознавать, что судьба свела ее с необычным человеком.

Египет – это хорошо, Египет – это замечательно, главное – далеко от Парижа и достаточно опасно, чтобы свернуть там шею. Во всяком случае, быстрого и неожиданного возвращения во Францию можно не ждать. Это давало время Директории прибрать к рукам то, что еще не было прибрано, а Жозефине возобновить встречи с Ипполитом Шарлем.

– Я, в сущности, еще ничего не совершил, просто не позволил армии бездействовать, когда она должна успешно воевать.

9 марта, спустя четыре месяца после их знакомства, Жозефина и Наполеон сочетались гражданским браком. Кто-то скажет: «Всего через четыре месяца!», но для Жозефины это были долгие четыре месяца, когда она вынуждена была изо всех сил стараться не показать свою нищету и свои долги, а еще жить точно весталка, чтобы никто не мог обвинить в недостойном поведении. Она должна была соответствовать и не разочаровать. Целых четыре месяца!

Наполеон стал генералом только что, уже сменил мундир и вымыл наконец свои волосы, вечно засыпавшие слоем перхоти воротник мундира. Конечно, он не был столь завидной партией даже для Жозефины, не нужно обладать секретными данными, чтобы понять, что у Наполеона попросту нет денег, но Богарне увидела в нем нечто такое, что подсказало креолке блестящее будущее нищего полковника.

Тридцать три года – возраст для женщины критический, еще немного, и придется выдавать замуж дочь Гортензию, которой двенадцать (сама Жозефина вышла за Александра Богарне в пятнадцать лет), пора искать не просто благодетеля, а мужа.

Народ выплеснул свою злость на короля и богатеев, но очень быстро выяснилось, что на их место пришли новые, даже более жадные, стремящиеся урвать свое и поскорее.

Тереза вздыхала: перевелись мужчины, способные тратить на своих дам состояния!

Через полчаса зажигательных танцев одна часть меня вопила: «Танцуй! Тут так здорово! Еще больше музыки, адреналина и красивых парней рядом!» – а вторая тихо шептала на ухо: «Алинка, ноги завтра отвалятся. Пойдем спать!»

"Ну, в ином случае много ума хуже, чем бы его совсем на было."

Может, Жиль прав, и добро должно быть с кулаками? И все равно Жанна не представляла, как можно убивать людей, даже если это враги…

Дева довольно мила, но глуповата, хитрости, тем более женской, нет ни на грош! Дамы почувствовали, что опасности от этой убежденной дурочки ждать не стоит, а потому пусть общается с их мужьями спокойно.

Как перевернули ее жизнь эти Голоса! Сколько раз после она будет обращаться к ним и просить о помощи! Но помощь придет не столько самой Жанне, сколько благодаря ее вере всей Франции…

А девка-то ничего, даже свет в глазах какой-то есть. Может, она и впрямь слышит эти Голоса? Народ верит, что слышит.

…надо быть сильным. Как одинокая ворона.

Мы все когда-нибудь вымрем, исчезнем, потому что мир так устроен…стоит на разрушении и утратах. И наше существование – всего-навсего отражение этого принципа.

Ты заблудился в лабиринте времени. И самая главная проблема в том, что у тебя нет ни малейшего желания выбраться из него. Так?

Разговаривать всегда лучше, чем не разговаривать.

Вот я и думаю: может, вам лучше не кошек чужих разыскивать, а тень свою всерьез поискать? Пропавшую половину?

— Когда свое мнение имеешь и когда котелок неважно варит — это ж разные вещи.

В голову лезло всякое, но больше – о себе, о своей жизни. И чем глубже он забирался в эту тему, тем больше ему казалось, что в его существовании нет никакого смысла, а он сам – всего лишь непонятно чему принадлежащая принадлежность.

Знаешь, я здравомыслящий реалист. Поэтому все мои предсказания были бы со знаком минус. Я говорю общие слова о самых обычных вещах. А они звучат как недобрые предсказания. Почему? Да потому что наша жизнь – сплошные дурные предзнаменования. Возьми любую газету и сравни, сколько в ней хороших новостей и сколько плохих. Сразу поймешь.

Я много мест исходил. Все так спрашивают. Куда мы катимся? А по-моему, никуда. Катимся и катимся. Остановиться не можем.