В этом, как и во многом другом, издание книги похоже на заключение брака.

Литературное творчество – это долгий и беспокойный синкоп.

Если бы они видели, как я, проработав три или шесть месяцев над книгой, пишу слово «Конец», и это абсолютно неинтересно, безразлично моим лучшим друзьям… Да, воистину «слава – это сверкающий траур по счастью».

И откуда я выкопала эту интонацию циничной старухи?

...дракон занимает существенную часть правой стороны спины. Он начинался высоко на плече и заканчивался, немного заходя хвостом на бедро. Татуировка была красивой и профессионально сделанной и выглядела как настоящее произведение искусства.

...он понял, что Лисбет Саландер так вырядилась специально. Обычно она одевалась небрежно и вроде бы безвкусно — не пытаясь следовать моде, а стремясь скорее подчеркнуть свою индивидуальность, как считал Микаэль. Таким неприступным видом Лисбет Саландер защищала свою личную территорию.

В нормальной ситуации ни одно решение не бывает на сто процентов правильным или неправильным. Ты будешь принимать свои решения,...

Котам нужна живая мышь,
Их мертвою не соблазнишь.

Собою упоенный небожитель,
Спуститесь вниз на землю с облаков!
Поближе присмотритесь, кто ваш зритель?
Он равнодушен, груб и бестолков.

Нигилист - это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружен этот принцип.

Летучие рыбы некоторое время могут подержаться на воздухе, но скоро должны шлепнуться в воду; позвольте же и мне плюхнуть в свою стихию.

От всего готов отказаться человек, со всяким предрассудком расстанется; но сознаться, что, например, брат, который чужие палатки крадет, вор, - это свыше его сил.

Я не понимаю, что такого крутого в том, чтобы создавать людей людьми, а потом расстраиваться из-за того, что они ведут себя как люди.

Шедевр – это общеизвестная истина, достигшая высшей выразительности.

... человеку, осознающему и принимающему свое одиночество, то самое одиночество, от которого страдают в зрелом возрасте, но сознательно выбирают в тридцать лет.

Я улыбалась, шутила, но была вне себя от злости, и это задевало мое самолюбие, подрывало душевное спокойствие.

У меня было полно друзей, настоящих или мнимых (во всяком случае, некоторые из них сохранились до сих пор).

— Но ты самый интересный человек из встретившихся мне за очень долгое время. У меня такое ощущение, будто наши отношения стали серьезными в первый же день.

Ей уже случалось встречать очередной день рождения в неволе, когда она лежала в детской психиатрической клинике Святого Стефана, и, если дело примет скверный оборот, она рискует в будущем провести в сумасшедшем доме много таких знаменательных дат.

— Детский труд используется в Таиланде в основном в текстильной промышленности и в производстве сувениров. И разумеется, когда речь идет о поставке живого товара для педофилов. Это там сделалось настоящей отраслью экономики.

Кто не видал таких слёз в глазах любимого существа, тот ещё не испытывал, до какой степени, замирая весь от благодарности и от стыда, может быть счастлив на земле человек.

- А я не вижу, почему нельзя высказывать все, что имеешь на душе.
- Вы можете?
- Могу.
- Вы счастливее меня.

Природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник.

Не может женщина не хитрить!

По-моему, или все, или ничего. Жизнь за жизнь. Взял мою, отдай свою, и тогда уже без сожаления и возврата. А то лучше и не надо.

Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце ни скрылось в могиле, цветы, растущие на ней, безмятежно глядят на нас своими невинными глазами: не об одном вечном спокойствии говорят нам они, о том великом спокойствии «равнодушной» природы; они говорят также о вечном примирении и о жизни бесконечной…

Не может человек умирать от любви к тому, с кем едва знаком.

Я проделывал всякие опыты, проверяя, какое еще унижение она способна вынести и снова потом приползти к моим ногам, - и случалось, я должен был пойти на послабления только потому, что у меня не хватало изобретательности.

Невозможно передать словами ужас, который испытываешь, будучи не в силах делать то, что любишь больше всего на свете.

Но если у вас нет более захватывающей темы, если вы устали от всего и ваше перо бежит по бумаге независимо от ваших размышлений или критического чувства, если правда действительно ускользает и уступает место привычке, усилию, которого от вас требуют, обещанному вами усилию, тогда вы делаете уступку посредственности и худшему, что в вас есть: лени, болтовне, скуке.

....полное молчание Саландер ее очень устраивало. Причина была проста: последовательное молчание не содержало никакой лжи, в которой ее смогли бы уличить, и никаких противоречивых рассуждений, которые бы представили ее в суде в невыгодном свете.

Анника знала своего брата и его граничащую с тупостью лояльность по отношению к людям, которых он однажды причислил к друзьям, даже если друг оказывался несносен и стопроцентно ошибался.

Моя отрада - мысленный полет
По книгам, со страницы на страницу.
Зимой за чтеньем быстро ночь пройдет,
Тепло по телу весело струится,
А если попадется редкий том,
От радости я на небе седьмом.

Он ощущал небольшую неловкость, ту неловкость, которая обыкновенно овладевает молодым человеком, когда он только что перестал быть ребенком и возвратился в место, где привыкли видеть и считать его ребенком.

Бывают положения трогательные, из которых все-таки хочется поскорее выйти.

- А вы думаете, легко отдаться вполне чему бы то ни было?
- Не легко, если станешь размышлять, да выжидать, да самому себе придавать цену, дорожить собою то есть; а не размышляя, отдаться очень легко.
- Как же собою не дорожить? Если я не имею никакой цены, кому же нужна моя преданность?
- Это уже не мое дело; это дело другого разбирать, какая моя цена. Главное, надо уметь отдаться.

То, что эта жизнь может быть невыносимым бременем для здоровых людей, выглядело если не постыдным, то по меньшей мере смешным. Кто превратил ее в болезнь, подстерегающую каждого, болезнь, что поражает вашего лучшего друга или знакомого булочника, заслуживающего внимания и сочувствия? Нет ни одного человека старше тридцати лет, кого не коснулось бы такое состояние, и я не верю, что столь распространенное в наши дни заболевание на протяжении девятнадцати веков щадило наших предков.

... но, к несчастью, эта идея посетила меня лишь три дня спустя – я всегда была сильна задним умом.

... с детства больше всего на свете я мечтала писать стихи в каком-нибудь хорошо знакомом мне месте (в Ло, Париже, Нормандии), и еще я мечтала, чтобы не гасили во мне всепоглощающего и чрезвычайно устойчивого душевного порыва, того порыва, что опирается исключительно на чувства, непроизвольную память и гармонию, короче, на лирический отзвук в душе.

Никогда не поздно повиниться – скажут мне и будут правы.

Но если я и сожалею о чем-то по-настоящему, то только о том безумном счастье, которое испытала после издания первой книги! Мне, разумеется, не удалось избежать ряда тяжелых, хотя и случайно возникавших моментов; однажды, например, меня угораздило сесть в автобусе напротив дамы, углубившейся в чтение. Увидев на четвертой странице обложки себя, свою мышиную мордашку, я, признаюсь, пришла в восторг. На лице упомянутой восхитительной особы было написано такое внимание, какого в мечтах я ожидала от всех моих читателей. Но увы… очень скоро я увидела, как дама зевнула и погрузила мое произведение во мрак своей сумки. Я вышла на следующей остановке с разбитым сердцем.

Она терпеливо ждала, глядя на него с любопытством и откровенной жаждой мести.
Никаких компромиссов.

— Ты когда-нибудь спишь?

Гульберг оказался на редкость живуч. Когда пускаешь себе в висок пулю девятимиллиметрового калибра, то предполагаешь, что умрешь. Тем не менее потребовалось три месяца, чтобы тело Гульберга уступило. Хотя возможно, это больше объяснялось случайностью, чем упорством, с которым доктор Андерс Юнассон отказывался признать свое поражение. Дело в конце концов решил рак, а не пуля.

Не говори о воспитанье.
Была Паллада скверной няней.
Живут, урокам вопреки,
Своим умом ученики.

Кусок мяса лучше куска хлеба даже с химической точки зрения!

У него, у сорокачетырехлетнего человека, агронома и хозяина, навертывались слезы, беспричинные слезы; это было в сто раз хуже виолончели.

Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения.

Все преступления на свете подходят под определение воровства, ведь добычей может являться не только золото, но и невинность, и территория, и даже жизнь.

Несмотря на то что при благоприятных обстоятельствах человеческий дух бывает благородным, смелым и удивительным, он – когда доходит до дела – не становится менее смертным.