08 апреля, 2022

Зачем писатели матерятся?

Рассказываем о смысле обсценной лексики в литературе

Раиса Ханукаева
Редактор сайта eksmo.ru
Автор материала: Раиса Ханукаева
Зачем писатели матерятся?

Нецензурная лексика считается маркером низкого образования и невысокого культурного уровня. В то же время матерные слова так или иначе появляются в художественной литературе. Зачем они были нужны писателям, которые не гнались за именем и славой, и почему используются до сих пор, несмотря на разнообразные запреты? Разбираемся в нашем материале.

Традиция народной культуры

«Солдат, встретя старого знакомого, не говорит ему: здорово брат, или что подобное, как в наших романах, а след<ующее>: А! а! держи его! вот он! ах! Е... м... — и они обнимаются», — отмечал российский и советский литературовед Павел Сакулин.

Матерная брань была и остается частью народной речи, но относились к ней в различных регионах по-разному. Так, на юге мат атрибутировался исключительно мужчинам. Женщины же не имели права ни материться, ни слушать брань. На севере страны — наоборот. Использовать обсценную лексику можно было даже при детях обоего пола. Мат был рудиментом язычества, нес в себе сакральный смысл и служил своего рода оберегом от злых сил. Во многих регионах центральной и северной Руси скабрезные словечки составляли повседневную языковую картину крестьян и вошли в фольклор.

Так, в сборнике пословиц, подготовленном Владимиром Далем, значительная часть была отдана под матерные поговорки. Именно поэтому на родине автора книга появилась только с купюрами, а полную версию опубликовал польско-российский лингвист Иван Бодуэн де Куртенэ. Та же участь постигла и «Заветные сказки» Афанасьева, которые увидели свет в Швейцарии без указания имени составителя. Эротические, сдобренные крепким словцом, часто имеющие антиклерикальный подтекст, они показались русским цензорам неприемлемыми, хотя в деревнях эти сказки бытуют до сих пор. О смысле мата и сексуальных подтекстах в сказочных сюжетах читайте работы филолога Бориса Успенского, а об идейно-философской системе волшебных историй — книгу Владимира Проппа.

Исторические корни волшебной сказки -30% Исторические корни волшебной сказки Владимир Пропп Твердый переплет 287 ₽ 319 ₽ -18% Добавить в корзину В корзину

Хулиганство, сатира и курс на Запад

Если говорить о мате в русской литературе, то на ум в первую очередь приходят произведения Пушкина: от юношеских опытов в стиле «Недавно тихим вечерком» до вполне зрелых политических эпиграмм.

Молодой Пушкин продолжает традицию Ивана Баркова, поэта XVIII века, автора «срамных од». Но если для последнего игра с сексуальностью и обсценной лексикой была маркером ориентации на Запад (в России с XVII столетия с матом шла серьезная борьба), прежде всего на французскую культуру, то для первого она стала средством описания эротических желаний.

Повзрослевший поэт по-прежнему использует мат в сексуальном контексте, но уже как политическую и антиклерикальную сатиру, о чем говорят его скабрезные эпиграммы и скандальная «Гаврилиада» — альтернативная история девы Марии.

Подростковый бунт

Классическая русскоязычная адаптация знаменитого романа Сэлинджера, выполненная советской переводчицей Ритой Райт-Ковалевой, максимально сглажена. Язык Холдена Колфилда напоминает речь пионера на школьном собрании. И не всегда это вина переводчицы. Согласно одной из литературных легенд, уважаемая и состоявшаяся в профессии Райт-Ковалева билась с цензорами за слова «засранец» и «жопа». Увы, советская печать не позволила оставить их в первых публикациях, как и точный перевод слова «fuck». В этом плане к оригиналу гораздо ближе перевод «Ловец на хлебном поле», сделанный Максом Немцовым. Впрочем, это не единственное достоинство немцовского текста.

Над пропастью во ржи Над пропастью во ржи Дж. Д. Сэлинджер Твердый переплет 525 ₽ Добавить в корзину В корзину

Но вернемся к ругательствам, без которых любая адаптация романа беднеет, а смысл меняется. Сэлинджеру они были нужны, чтобы показать подростковую злость молодого Колфилда. Его неприятие взрослого мира, где все вокруг «притворщики», а жизненный успех — «липа». Герой безжалостно препарирует окружающих, не видя в них ничего хорошего, а свои мысли и чувства передает подходящей для этого бранью.

Гиперреализм

«Легко писать о ***ях, но писать о хорошей женщине несоизмеримо трудней», — говорил Чарльз Буковски в романе «Женщины».

Брань и обсценная лексика — частые спутники его стихотворных и прозаических произведений. Впрочем, грань между поэзией и прозой в творчестве писателя условна. Все его тексты критики относят к так называемому «грязному реализму» и подтверждают миф, рожденный самим Буковски: все, о чем он пишет, на 99% автобиографично. Мат здесь тоже маркер бунта. Но это уже не подростковый протест, направленный против старших, а безнадежный бунт разочарованного взрослого, обрушившийся на саму культуру.

Женщины -30% Женщины Чарльз Буковски Твердый переплет 614 ₽ 675 ₽ -18% Добавить в корзину В корзину

На протяжении всей жизни Буковски много читал, но быстро разочаровывался даже в тех авторах, которые ему нравились. Сэлинджер, Хемингуэй и Шервуд Андерсон попали в немилость почти сразу, у Селина он признавал только ранние тексты, а талантливыми считал только Эзру Паунда и Томаса Элиота. Среди классиков замечал лишь Ницше и Шопенгауэра.

Буковски, по его словам, начал писать не потому, что сам был хорош, а потому, что остальные были еще хуже.

«Другим я облегчил задачу. Я их научил, что писать стихи можно так же, как пишешь письмо, что стихотворение даже может развлекать и священное в нем не обязательно».

Чарльз Буковски

В итоге обсценная лексика, яркие сексуальные сцены, драки и мотив пьяного угара, пронизывающий все работы Чарльза Буковски, можно расценивать как инструмент, помогающий писателю достигать наибольшей реалистичности своих текстов. А также как оружие против лишних «виньеток» и фальши в художественной литературе.

Речевая характеристика и постмодернизм

Романы и рассказы Виктора Пелевина населяют типичные представители России 90-х: бандиты, журналисты, наркоманы, таксисты, разного рода барыги. Их речь просто не может быть образцом литературности и должна содержать определенный процент непечатных слов. Так что в описании своих персонажей автор всего лишь следует правде жизни.

Empire V -30% Empire V Виктор Пелевин Мягкая обложка 353 ₽ 388 ₽ -18% Добавить в корзину В корзину

Но литературные обозреватели уверены, что с помощью мата писатель достигает и другую цель:

«Совмещение разговорного стиля, „новорусского“ сленга с „чистым“ литературным языком, а иногда даже научным слогом философского трактата характерно для всего творчества В. Пелевина. <...> Как истинный постмодернист, В. Пелевин никогда не чувствовал себя стесненным в языковых средствах. Он свободно пользуется всеми наличествующими стилистическими пластами — от „высоких“ до самых маргинальных. Язык большинства его произведений нейтрален и сух до лапидарности, так как не он является объектом творческого действия; в противном случае, когда слово становится целью, язык пелевинских произведений исключителен по силе и художественности», — считает критик Дмитрий Шаманский.

Так или иначе, прозу Пелевина почти невозможно представить без мата и жаргонизмов.

Книги по теме
Поделиться с друзьями
Получите книгу в подарок!
Оставьте свою почту, и мы отправим вам книгу на выбор
Мы уже подарили 57294  книги
Яндекс Дзен
Получите книгу в подарок!
Оставьте свою почту, и мы отправим вам книгу на выбор
Мы уже подарили 57284  книги

Комментарии

Чтобы комментировать зарегистрируйтесь и заполните информацию в разделе «Личные данные»
Написать комментарий
Написать комментарий
Спасибо!
Ваш комментарий отправлен на проверку и будет опубликован в течение 5 дней при условии успешной модерации

Читайте также

Познавательно
Вещий Пелевин: сбывшиеся предсказания
Вещий Пелевин: сбывшиеся предсказания
Подростковый бунт и страх перед смертью: как читать «Над пропастью во ржи»? Познавательно
Подростковый бунт и страх перед смертью: как читать «Над пропастью во ржи»?
И надо ли?
Вакханки, эротика и секс в творчестве Пушкина Познавательно
Вакханки, эротика и секс в творчестве Пушкина
Рассказываем о чувственных стихах, скабрезных эпиграммах и опасных поэмах
«За мат извини»: 7 известных книг с нецензурной лексикой Познавательно
«За мат извини»: 7 известных книг с нецензурной лексикой
18+
Настоящие защитники: литературные герои, на которых можно положиться Познавательно
Настоящие защитники: литературные герои, на которых можно положиться
Владимир Дубровский, Мэтт Мёрдок и другие персонажи, чьи поступки заслуживают уважения
Литературные путешествия: лермонтовский Кавказ и пушкинская Москва Тренды
Литературные путешествия: лермонтовский Кавказ и пушкинская Москва
Рассказываем о местах, где бывали знаменитые авторы
Классики русской литературы, которые не боялись писать о сексе Познавательно
Классики русской литературы, которые не боялись писать о сексе
От Николая Карамзина до Михаила Шолохова
Россияне назвали среди лучших поэтов Толстого и Достоевского Новости
Россияне назвали среди лучших поэтов Толстого и Достоевского
Любимыми авторами респонденты признали Пушкина и Есенина, но не смогли угадать, какие стихотворения они написали