История о красоте и свободе, запертых в подвале
Кадр из фильма «Коллекционер», 1965
Джон Фаулз — классик британской литературы, один из ярчайших представителей постмодернизма. Свой дебютный роман «Коллекционер» он написал за четыре недели. А спустя два года после публикации книгу уже экранизировали. Роман захватывает с первой страницы, читается на одном дыхании и долго не отпускает. Заставляет думать... и быстрее выйти на свежий воздух, подальше от этой удушающей атмосферы.
Рассказываем, почему эту книгу стоит прочесть.
Фредерик Клегг — мелкий клерк и энтомолог-любитель. Однажды ему улыбается удача: он выигрывает на скачках баснословную сумму. Теперь у него есть старинный коттедж в предместье Лондона, уединенный, с просторным подвалом — бывшей молельней. Клегг похищает Миранду, студентку художественного колледжа, которой буквально одержим.
С виду — криминальный детектив или психологический триллер. Здесь есть все: похищение, заточение пленницы, попытки побега, случайные прохожие у дома, дарящие надежду на спасение. Замкнутое пространство и ограниченный круг персонажей (Клегг, Миранда, Чарльз Вестон) создают эффект «герметичного детектива». Однако это все — лишь приманка для наивного читателя.
Фаулз разрушает жанровые каноны и обманывает наши ожидания. И триллер превращается в философскую притчу о красоте и уродстве, свободе и тирании, конфликте творческой личности и мещанского, закостенелого общества. Это точно не ретеллинг «Красавицы и Чудовища». Фаулз жестко напоминает: жизнь — не сказка, между ней и реальностью — бездонная пропасть.
Фаулз — мастер игры с читателем. Его роман соткан из аллюзий. Шекспир, Остен, Гарди, Пикок, Дефо, Сартр, Камю... Список можно продолжить. Сам автор признавался в использовании отсылок к великим:
«„Коллекционера“ я писал строго реалистически, отправляясь непосредственно от величайшего мастера придуманных биографий — Дефо, чтобы создать ощущение внешней обстановки романа. От Джейн Остен и Пикока — когда писал героиню. От Сартра и Камю — создавая климат».
«Кротовые норы», Джон Фаулз
Сэлинджер, Данте, Пикассо, Брак, Гойя, Сезанн — в сознании культурно образованной и духовно богатой Миранды возникает множество имен. Себя же героиня чаще всего отождествляет с Эммой, героиней одноименного романа Джейн Остен: девушкой творческой, своенравной, самоуверенной и «живой», для которой внутренняя свобода и нравственный выбор выше сословных предрассудков.
Главный ключ — «Буря» Шекспира. Герои названы в честь персонажей этой пьесы: Миранда — воплощение нравственной чистоты, Калибан — дикарь, одержимый похотью и злобой. Ирония в том, что Клегг называет себя Фердинандом — благородным принцем, но Миранда сразу распознает в нем полуживотное. И дело тут не во внешности, а в душевной ущербности.
Сказочный подтекст ведет нас к сюжету «Красавицы и Чудовища». Клегг искренне верит: если окружить Миранду комфортом и исполнять любые прихоти, она полюбит его. Как в сказке. Но чуда не случается: герой навсегда остается чудовищем, не проявляя ни малейшего стремления к внутреннему преображению.
В основе романа — столкновение двух типов личности.
Коллекционер (Клегг) выбирает смерть, консервацию и обладание. Ему нужны уникальные объекты, чтобы подчинить их своей воле. Он чувствует власть и превосходство над ними, накалывая их на булавку. Художник (Миранда, Чарльз Вестон) выбирает жизнь, движение и эмпатию. Творец не берет, а дает, созидая красоту и гармонизируя мир.
Клегг относится к Миранде как к бабочке. Выслеживает, ждет, ловит, усыпляет хлороформом, морит, умерщвляет и аранжирует. Ему не нужны ее чувства или мысли. Только внешний вид, физическое присутствие как экспоната. Это метафора любви-обладания, в которой подлинному чувству нет места.
«Смотреть на нее было для меня ну все равно как за бабочкой охотиться... Будто перламутровку ловишь».
«Коллекционер»
Чарльз Вестон — антипод Клегга. Он тоже любит Миранду. Но как личность: со всей ее красотой, живостью, несовершенством и правом на ошибку. Понимая то, что он не сможет дать ей счастья, Чарльз отпускает девушку, позволяет выбрать свой путь, и в этом — высшая мудрость художника.
Фредерик Клегг — порождение «убогого мещанского мирка, пропитанного затхлыми установлениями нонконформистской церкви». Социальная неполноценность, детские насмешки, смерть отца, бегство матери — все это вылилось в комплексы, манию величия («Если бы на свете побольше было таких, как я, уверен, мир стал бы лучше!»), стыд перед телом и патологическую потребность в тотальном контроле. Сначала он властвует только над насекомыми, потом мечтает о большем — о девушке из «недоступного» мира. Похищение становится для него высшей формой обладания.
Его дом — мертвый, бездушный склеп, наполненный безвкусными вещами. Его увлечение фотографией — мертвая фиксация жизни. Сам он не способен ничего создать.
«Они мертвые... Когда рисуешь что-нибудь, оно живет. А когда фотографируешь, умирает».
«Коллекционер»
Мышление Клегга ограниченно. Речь — набор клише и штампов («фу-ты ну-ты», «всякое такое», «чтобы ненароком не сморозить чего...».), а сознание — стереотипов. Он слеп и глух к миру. Это безликое существо с рыбьими глазами, которому не нужны неординарные личности. А его чудовищная фраза о сестре-инвалиде («таких, как Мейбл, надо безболезненно умерщвлять») раскрывает всю глубину его душевной неполноценности.
Для Фаулза Клегг — воплощение «нового человека» Англии, пленника стереотипов и предрассудков, который чувствует себя неуютно, когда не может сразу получить то, за что заплачено или что нельзя приобрести за деньги. Он — одинокий заключенный в отвратительном мире, который создал и носит с собой.
«Вы презираете тех, кто принадлежит к высшим кругам, за их снобизм, за высокомерный тон, за напыщенные манеры, верно ведь? А что вы им противопоставляете? Мелкое тщеславие, любование собой, тем, что не позволяете себе неприличных мыслей, неприличных поступков, неприличного поведения. А вы знаете, что все великое в истории искусства, все прекрасное в жизни фактически либо оказывается тем, что вы считаете неприличным, либо рождено чувствами, с вашей точки зрения совершенно неприличными? Страстью, любовью, ненавистью, истиной».
«Коллекционер»
Миранда Грей — полная противоположность Клегга. Она тоже выросла в неблагополучной семье, но сумела сохранить чувство собственного достоинства и способность к самосовершенствованию. Для нее «живое искусство» не хобби, а способ существования в мире. Она любит музыку, литературу, живопись.
«Ох эта музыка. Вариации Гольдберга. Там есть одна мелодия <...> очень простая и печальная, но такая щемяще прекрасная — невозможно передать ни словом, ни рисунком, ничем иным, только самой музыкой, такой удивительно красивой в лунном свете. Лунная музыка, светлая, далекая, возвышающая».
«Коллекционер»
Оказавшись в подвале, Миранда начинает вести дневник. В нем она видит единственный способ сохранить себя в ситуации тотального контроля. Ее записи — путешествие внутрь себя. От самоуверенности — к смирению, от суждений по внешности — к пониманию духовной глубины. Дневник Миранды доказывает: пока человек размышляет, чувствует, творит, — он жив и свободен.
Особое место в книге Фаулз отводит мечтам и снам — тому, что нельзя контролировать.
Сны Миранды — сюрреалистические и символические. Она видит своего кумира, художника Вестона, спорит с ним о красоте, добре и зле, миссии художника. Летит или плывет, преодолевая преграды. Испытывает насилие, которого боится больше всего на свете. Все это реакция сознания на попытки вырваться из подвала и предчувствие своей участи.
Сны Клегга примитивны и эгоцентричны. Его видения — фиксация на детских травмах и пророчества. В них он наслаждается своей властью, причиняя физические страдания, и душит Миранду подушкой. В реальности его бездушие убивает ее медленно, но так же верно.
И, конечно, бабочка — центральный образ романа. Для Клегга это объект коллекции. Красота, которую он не понимает, но считает, что нужно умертвить, чтобы ею владеть. Для Миранды — символ души и трансформации. Она ведь сама — та самая «неуловимая» бабочка, отчаянно бьющаяся о стенки камеры-«морилки».
«Я — один из экземпляров коллекции. <...> Надо быть мертвой, наколотой на булавку, всегда одинаковой, всегда красивой, радующей глаз. Он понимает, что отчасти моя красота — результат того, что я — живая. Но по-настоящему живая я ему не нужна. Я должна быть живой, но как бы мертвой».
«Коллекционер»
Бабочка, задыхающаяся в лишенном свежего воздуха пространстве, — не только метафора отдельного человека. Это символ творческой личности в душном английском обществе, которое «ломает все живое, свежее и оригинальное, расплющивает и давит насмерть, словно паровой каток». Оно кишит «калибанами», и самое страшное то, что в итоге они побеждают.
На книгу Джона Фаулза в интернет-магазине «Читай-город» действует скидка 23% по промокоду ЖУРНАЛ. Подробные условия смотрите в разделе «Акции».