Великое пятикнижие Ф. М. Достоевского (комплект из 5 книг с крупным шрифтом: "Преступление и наказание", “Братья Карамазовы”, “Идиот”, “Подросток”, "Бесы" с главой "У Тихона")

Жюль Верн создал в литературе новое направление — научную фантастику, и предсказал многие открытия: изобретение самолета, телевидения, космические полеты. Пророческий взгляд писателя, его изобретательность и умение в красках представить читателю самые невероятные ситуации и сюжетные перипетии — все это послужило благодатной почвой для многочисленных киноадаптаций, достойных больших экранов. «Двадцать тысяч лье под водой» — научно-фантастический роман о кругосветном плавании Капитана Немо и пассажиров подводной лодки «Наутилус». Невероятная и волнующая история приключений в подводном мире, полная самых захватывающих событий. Капитан Немо и его корабль «Наутилус» превратился в легенду. Их фантастические приключения зовут читателя за собой! Каково это — жить под водой? Чем грозит встреча с невиданной подводной лодкой? Герои романа посещают острова Новой Гвинеи, добывают жемчуг, встречают акул в Индийском океане, находят загадочную Атлантиду… В книге более 100 иллюстраций, издание сопровождается 222 сносками в области географии и зоологии.

ДРАГОЦЕННОЕ ИЗДАНИЕ БЕССМЕРТНОЙ ПОЭМЫ А.С. ПУШКИНА! Роскошное подарочное оформление. Твёрдый переплёт в золотой фольге. Плотная гладкая белая бумага. Чёткий, удобный для чтения шрифт. Запечатанные форзацы. Полноцветные иллюстрации. Целлофановая упаковка. Волшебная, покоряющая с первых строк поэма «Руслан и Людмила» — это подлинный бриллиант русской классики, достойный самой изысканной оправы. Чудесные события давно минувших дней, диковинные существа, могущественные чародеи, сияющие чертоги и великие сражения словно наяву встают перед глазами восхищённого читателя. «Преданья старины глубокой», изложенные гениальным пером великого поэта, кажутся произошедшими совсем недавно, а сказочное Лукоморье и его обитатели навсегда остаются в памяти. Изящные и тонкие иллюстрации знаменитого мастера, народного художника России Анатолия Михайловича Елисеева придают новому изданию «Руслана и Людмилы» изысканность и высокий стиль. Благодаря уникальному таланту художника мы не только наслаждаемся выразительными образами героев, но словно сквозь дымку лет видим добрую и чуть ироничную улыбку великого русского гения — Александра Сергеевича Пушкина. Высшее полиграфическое качество нового издания превращает книгу в идеальный подарок к любому празднику: к Новому году, к Рождеству, к юбилею, ко дню рождения. Поэма «Руслан и Людмила» с иллюстрациями Анатолия Елисеева, преподнесённая в дар, порадует не только детей, но и взрослых, займёт достойное место в домашней библиотеке и подчеркнёт высокий статус получателя подарка.

Тридцатилетний помещик Григорий Литвинов проводит время на курорте в Баден-Бадене, дожидаясь приезда своей невесты. Среди страстей и споров местной интеллигенции герою скучно, но внезапная встреча с любовью ранней своей юности — Ириной Ратмировой — переворачивает жизнь молодого человека. Литвинов бросается навстречу сильному пылкому чувству, но еще не знает, какие последствия за этим следуют… «Дым» — это пятый по счету роман великого классика Ивана Тургенева (1818—1883). Одна из самых остроумных и психологичных книг писателя, в которой он внимательно рассматривает острые и волнующие темы того времени. С заботой о глазах! Издание с крупным шрифтом для удобства чтения.

С заботой о глазах! Издание с крупным шрифтом для удобства чтения. Иван Александрович Гончаров (1812—1891) писал свой лучший роман «Обломов» с длительным перерывом из-за морского путешествия, сначала опубликовал одну главу, которую впоследствии сам раскритиковал и переделал, а потом еще год редактировал текст. Такую же размеренность и неторопливость автор заложил и в образ главного героя. Добрый, умный и поэтичный помещик Илья Ильич Обломов мог бы иметь все, что пожелает, однако проводит свои дни в ленном ничегонеделании на любимом диване, предаваясь воспоминаниям и грезам. Гончаров раскрывает перед нами дилемму человека, который упускает все возможности, но находит счастье и покой в своем положении, и одновременно выдает собирательный образ общественного застоя середины XIX века. Однако «обломовщина» прочно вошла в наш культурный код и оказалась вневременным явлением.

Есть книги, которые читают ради сюжета. А есть те, после которых замечаешь, что стал внимательнее к людям. «Святочные рассказы» Николая Лескова — именно такая книга. В этих историях нет искусственной правильности. Здесь человек предстает таким, каким бывает в жизни: способным на подлость и великодушие, на страх и самоотверженность, на ошибку, которую невозможно забыть, и на поступок, меняющий чужую судьбу. Каждый рассказ открывает новую грань человеческой души. «Жемчужное ожерелье» напоминает, что истинная ценность редко измеряется богатством. «Неразменный рубль» заставляет задуматься о том, что мы считаем настоящим богатством. «Зверь» показывает, как одно мгновение милосердия оказывается сильнее жестокости, которую считали неизбежной. «Привидение в инженерном замке» ведет читателя туда, где разум сталкивается с тайной. «Отборное зерно», «Обман» и «Штопальщик» говорят о вещах, которые не теряют значения ни через десять, ни через сто лет: честности, доверии, цене собственного выбора. «Дух госпожи Жанлис», «Старый гений», «Путешествие с нигилистом», «Маленькая ошибка» и «Пугало» — это рассказы о людях, которым приходится принимать решения тогда, когда никто не подскажет правильного ответа. Лесков не поучает. Он словно ставит перед читателем зеркало. И каждый увидит в нем что-то свое: утраченные надежды, забытые чувства, желание быть лучше, чем вчера. Эту книгу хочется открыть зимним вечером, когда за окном темно и тихо. Но удивительным образом она оказывается нужна в любое время года. Потому что разговор о совести, сострадании, вере и человеческом достоинстве никогда не становится прошлым. «Святочные рассказы» — книга, к которой возвращаются не из чувства долга, а потому что в ней есть редкое свойство: она согревает не обещаниями счастливого финала, а пониманием, что даже в самые непростые времена человек способен сохранить в себе свет.