Людочка исчезла, и через мгновение на пороге показался свежевымытый Олейников в своем шикарном костюме. Волосы его, как у Гарри Купера, были гладко зачесаны назад, в руках он держал огромный букет садовых цветов.

Она вынырнула в нескольких метрах, прямо в лунной дорожке, помахала Олейникову рукой и поплыла прочь от берега. Но сделав всего несколько гребков, она вдруг остановилась и отчаянно забила руками по воде. До Олейникова донесся ее слабый крик «тону!», и голова Алены скрылась под водой. Олейников не раздумывая прыгнул в реку.

Сладко потянувшись, Алена встала с кровати, подошла к окну, распахнула тяжелые портьеры, и гостиничный номер озарился ласковыми лучами утреннего солнца. Она вспомнила его руки, его нежность, его страсть, и по ее телу разлилась сладкая истома. Алена почувствовала себя абсолютно счастливой... В гостиной затрезвонил телефон. Алена, пританцовывая, пробежалась по пушистому ковру и сняла трубку...

Олейников встал, подошел к штабелям, взялся за один из ящиков и уже собирался нести его в грузовик, но остановился. Его внимание привлекли нанесенные на боковую поверхность каждого ящика непонятные черные штампы, по виду напоминавшие японские иероглифы...

— Мы много слышали о тебе, княжич. Если есть надежда вернуть мир в Штормовые Земли, мы хотим за нее сражаться.

Раньше она думала, что выражение «задыхаться от избытка чувств» — просто слова. Но сейчас ей действительно не хватало воздуха, потому что и в ее сердце, и в легких, и в каждой клеточке бурлило столько любви, что она вытеснила все остальное.

— Битвы проходят, и о них забывают, — раздался тихий голос Тэя. — Важны изменения, которые эти битвы вплетают в карту мира.

— Я уверен, что он предаст тебя при первой же возможности. Запомни мои слова. Ты сам вложил ему в руки нож, который он вонзит тебе в спину.

— Наши поступки могут напоминать о прошлом, но не должны управлять будущим, — твердо возразила она. — Мы должны попытаться все исправить.

— Я уверен, что грядет война. И в ней мы либо останемся без правителя, брошенные на растерзание соседним княжествам, — произнес он спокойно, словно от этого не зависела его собственная жизнь, — либо обретем истинного князя, способного вернуть величие Штормовым Землям.

Среди опасных существ можно выделить духа-кота (лаомао, 老猫). В Хэбэе и Хэнани родители пугают детей духом-котом, который придет и съест их, если они сейчас же не успокоятся и не заснут. По сути, этот тот же серенький волчок, только на китайский лад. На самом деле происхождение этой детской страшилки намного мрачнее: старых кошек в Китае почитали за демонов (маогуй, 猫鬼), поэтому истребляли.

«Однажды ночью две служанки спали в покоях матери господина Суна и услышали плеск во дворе, словно кто-то разбрызгивает воду. Старшая госпожа приказала служанкам приоткрыть дверь и поглядеть, что происходит. Служанка увидела сморщенную старуху со сгорбленной спиной, седыми волосами, завязанными в пучок, ростом она была с два чи. Она ходила по двору кругами, и с нее непрестанно лилась вода...»

На сегодняшний день существует огромное количество авторов, которые подражают древним мифам и пишут свои «рассказы об удивительном». Жанр новых чжигуай сейчас переживает бум в Китае — все потому, что возникла тенденция возвращения к корням, которые были утеряны в период Культурной революции.

Первое упоминание о девятихвостой лисице было в «Каталоге гор и морей»: «К востоку в триста ли стоит гора Цинцю, на вершине ее много нефрита, а у подножья синей киновари. Там живет зверь, похожий на лису, но с девятью хвостами; она издает звук, как плач ребенка. Она может сожрать человека, но тому, кто съест ее, будут нипочем яды».

— Пожалуйста, не позволяй миру себя сломать. Стань счастливым королем или не становись королем вовсе. Но пообещай, что счастливым станешь непременно.

Чтобы получить часть мира для себя, отдай часть себя взамен.

Его лицо озаряла самая лучезарная улыбка из всего королевского арсенала. Такой улыбкой одерживают победы и добывают перемирие, очаровывают и манят в капканы.

Они крепко сжимали сплетенные ладони, то и дело поглядывая друг на друга с глупыми счастливыми улыбками на лицах. Бона переполняла радость избавления от тайн и игр: ничего больше не нужно было скрывать, никакой «просто дружбы», никакой Теониной стены. У него словно выросли крылья и появилась несокрушимая вера в то, что они обязательно со всем справятся.

Ты и твоя любовь ко мне — причина того, что все живы.

Она высвободила свою ладонь из руки Бона, чтобы погладить ворона, и это краткое расставание стало для Бона мучительным. В этот момент он окончательно осознал, что любовь, которую он прятал в сердце три последних года, теперь наполняет его энергией жизни и света. Он готов был кричать на весь мир о своих чувствах.

У меня в душе так много всего, во мне еще так много чувств, и я не хочу отдавать их никому, кроме тебя.

Мое сердце вместо крови качало нечто, похожее на яд, из-за которого мне хотелось причинить боль ему, оттолкнуть этого парня, заставившего меня столько страдать.

— Любовь — это нечто спонтанное. — Спонтанное? — Да. — Папа, казалось, искал слова. — Никто не сможет тебя ей научить. Она нечто естественное, возникающее само собой, например как улыбка. Ты видишь или слышишь что-то забавное и не замечаешь, что губы уже растянулись в улыбке и сияют красотой. Так и любовь. Твое сердце наполнится любимым человеком еще до того, как ты это осознаешь.

Говорят, сердце как снег. Своевольное, молчаливое, способное растаять даже от слабого тепла.

Семья — это тот человек, кто отдает тебе свое сердце, чтобы наполнилось любовью твое сердце, а я потеряла его навсегда.

Уже через двадцать минут дверь камеры Волковской открылась. Дарья в это время уплетала принесённую мной еду. – Жрановский, если ты решил забрать у меня вкусняшки, то я тебя стукну, – проговорила она, увидев меня. – Волковская, я пришёл забрать тебя отсюда. Минуту Дарья смотрела на меня в молчаливом недоумении, потом достала эклер и засунула его в рот целиком. – А можно я сначала доем?

– Ессли-с-с не уверенна-с, то не обращайсся-с-с к магиии-с. – Марик появился на террасе. – Спасибо, – прошептала я. – Ссила-с-с не любитт-с сслабоссть. – Мне страшно, – призналась я. – Магия-с-с чассть тебя. – Марик сидел неподвижно, как изваяние, только глаза фосфоресцировали в темноте. – Ты ше-с-с не боишьсся-с ссвоих рук-с? А они тоше-с-с могут убить-с-с.

В студенчестве казалось, что учёба – это самое сложное и трудоёмкое, что можно придумать. Теперь стало понятно, что сложно – это когда конец. Когда ты не можешь ничего изменить. Когда нет преподавателя, за которым можно бегать со своим курсовым полгода и всё-таки получить зачёт. Наверное, поэтому я так стремилась в Комитет. Чтобы иметь возможность менять жизнь к лучшему.

Бывает так, что магия вырывается из людей сама по себе. Она годами копится в человеке, и, если волшебник не использует магию слишком долго, её плотность становится больше, чем плотность человеческой воли. Тогда она вырывается наружу и сносит всё на своём пути. И горе тем, кто окажется рядом.

Дракон смеялся и смеялся. Я топнула ногой, не увидела от этого какой-либо реакции у дракона и вышла из комнаты. «Странное существо», – подумала я. «Сказала девушка, которая сначала слышала голоса, а потом беседовала с драконом о своей принадлежности к человеческому виду», – тут же ответил внутренний голос.

Воздух стал твёрдым, как камень. Сбоку послышался тяжёлый вздох. Магическая сила оттянулась в сторону звука, освободила дыхание. Смяла человеческое тело, как бумагу, переломала кости, высушила вены. Тёмно-карие глаза закатились. Их блеск потух навсегда. Автомобиль медленно развернулся и уехал. Руки вцепились в смятое тело – ещё тёплое, совсем недавно бывшее человеком. Другом.

— Ты гордиться должна каждым своим шрамом! — восхищенно произнес маг, положив свою ладонь поверх ее. — Не каждый бы выжил там, а ты еще и выбралась.

— Но я все равно отомщу… — мрачно отозвалась Тень. — Месть — это все, что у меня осталось.

— Ты нужна мне, — прошептал Госей одними губами. — Я не выдержу, если потеряю еще и тебя. Я люблю тебя, мой Огонек.

Было чувство, словно она блуждает во тьме, полностью игнорируя яркий свет, протягивающий к ней теплые ладони в желании помочь.

Ненависть и жажда мщения могут стать хорошим толчком энергии в самое плохое время, но никогда не смогут стать смыслом жизни, принести душе истинный покой.

Без любви жизнь невыносима, особенно такая долгая, как у нас — демонов.

От мысли, что он уйдет, все во мне замирало, становилось грустно и неприятно. Сейчас этот глупый заказ не казался мне таким важным. Ничего не имело значения, кроме него.

Нравится ли мне Аллен? Возможно, да. Он меня притягивает, я не могу вот так просто перестать с ним общаться. Так, может, я просто перепутала дружбу с симпатией?

— Они заклятые подруги с самого детства и все время соперничают друг с другом. Я, скажем так, очередной победный трофей. Маленький приз, который они хотят заполучить чисто из принципа, чтобы не дать победить другой.

— Может, мы договоримся? — проигнорировав вопрос, спросила я. — Да, можно. Ты отстаешь от меня, а я не пишу заявление в полицию, идет?

— Я не собираюсь бесцельно за ним бегать, Колин. У меня уже есть план. — Ты не забыла, что твои планы не всегда заканчиваются хорошо?

— …Признаюсь, у меня были разные мысли и догадки, но они и близко не стояли с реальностью. Значит, ты этим занимаешься? — Выполняю глупые и безумные просьбы за деньги? Именно.

— Ты обещаешь забрать меня — и не забираешь. Ты берешь у меня деньги — и не возвращаешь. Ты говоришь, что я ангел, а сам светишься в соцсетях других девушек… Тебе нельзя доверять!..

— Яркая внешность и округлые формы подкупают, здесь не поспоришь… Но нас, парней, другое привлекает в первую очередь, — он договорил, не утаивая ни одного слова. — Главное, как ты подаешь себя, твои уверенность и смелость, твои натура и блеск в глазах. Ты должна знать, чего ты хочешь.

— Нужно беречь такое симпатичное лицо, — сказала она Саше. — Девочки сейчас себе парней тоже по внешности выбирают. — Когда задевают твое эго, как-то не думаешь о своей смазливой мордашке…

Понимаю, что поцелуем все просто так не решишь. Я должен завоевать твое доверие, как ты — мое. Но сейчас я чувствую, что делаю все правильно. Ты рядом, и я хочу, чтобы ты была ко мне близко. Ближе, чем другие.

— Порой, Роза, за любовь нужно бороться, — заключил он, видя, как печаль с лица дочери улетучилась, а на ее месте появилась новая светлая эмоция. — Бывает, это делает мужчина, а иногда такое испытание выпадает женщине.

— Вас все любят. По-моему, об этом мечтает каждый музыкант, но, увы, получают эту любовь немногие.

Жить по Соловьеву – значит преодолевать барьеры (физические, интеллектуальные, культурные и религиозные), отделяющие нас друг от друга. Жить в любви, которая есть добродетель общения и взаимопроникновенности.