От таких личностей Камиллу уже тошнило. Сначала они подкатывают с приторными речами, прикидываясь близкими друзьями, а сами только и ищут, как бы выудить выгоду. А если им отказываешь — тут же строят из себя жертв, заявляя, что их глубоко ранили, ведь они «так тебе доверяли». «В шоу-бизнесе таких пруд пруди».

«Только соберу деньжат — сразу свалю из этого дурдома. Построю себе уютный домик в тихой деревушке и буду жить припеваючи».

— Удача и беда всегда ходят парой. — Удача?.. Пока граф пребывал в замешательстве, Камилла протянула ему что-то. — Что это? — Ваша удача.

Камилла долгое время была безответно влюблена в Петро. Об этом были в курсе все: ее чувства… точнее, одержимость, не знала границ. Она не только ходила за ним по пятам, но и подворовывала его вещи, а еще без зазрения совести выбрасывала письма, которые ему писали другие девушки.

В шоу-бизнесе ходит поговорка: «Судьба актера и судьба шамана — один к одному, так они похожи».

Сабина словно обречена быть частью мифа о волнующем интеллектуальном треугольнике великих патриархальных мыслителей и юной русской, однако хочется освободить ее из этого несколько ограниченного контекста и амплуа «любовницы» Юнга или ученицы Фрейда. Слишком долго Сабине приписывалась скромная роль «малышки», случайно натолкнувшей взрослых мужчин на научные прозрения. (Из предисловия Ольги Хейфиц.)

Офицер резко обернулся, их взгляды встретились… Женева… состоятельная семья арийцев, мальчик которой страдал нервными срывами и страшным, непреодолимым заиканием… Она сумела снять проблему, но Зигмунд в первый же день без заикания назвал ее еврейкой и отказался лечиться у «проклятой» дальше. Тогда через пару дней Сабина подала прошение для возвращения в Россию.

Сабина много размышляла над тем, почему не удался воспитательный процесс в доме-лаборатории «Международная солидарность». Не из-за запрета гладить детей по головке или хвалить. Нет, все глубже, нельзя всех детей воспитывать одинаково, даже при том, что у каждого изначально есть один комплекс неполноценности — противостояние взрослым.

Неужели врачи психиатрических клиник бывают и добрыми? Сабину почти охватила паника: что если это только игра, таким образом ослабляют ее бдительность? А потом... тот же электроток или ледяной душ?! — У вас действительно не обливают ледяной водой? Сиделка удивилась: — Вам нравится ледяная вода? У нас есть большие ванны, где можно хорошо полежать, но ледяной воды...

Но эти маски мы носим даже наедине с собой. Мы хотим «быть как»... А дальше каждый выбирает сообразно внушению со стороны. Ребенку твердят, что он должен быть добрым, честным, старательным... в общем, лучшим из всех детей в округе. Так было у самой Сабины: от нее требовалось соответствовать жесточайшим требованиям и быть лучшей.

После публикации «Дневника» и сохранившихся писем Шпильрейн на Сабину не стали смотреть иначе чем на пациентку «опасного метода», но хотя бы у кого-то возник интерес не столько к ее роману с Карлом Юнгом, сколько к самой личности и ее научной деятельности. Роман с Юнгом длился три-четыре года, а роман с психоанализом у Сабины Шпильрейн продолжался больше тридцати лет.

В старой Шотландии было принято заговаривать молоко домашнего скота, чтобы уберечь его от порчи и увеличить надои. Доярки отбивали пальцами ритм и напевали особые мелодии. Песня Кайлеах не походила ни на одну из них: в ней слышались завывание метели, треск льда и дыхание дикого зверя…

В 1588 году некая Эллисон Пирсон из Файфа была сожжена как ведьма за то, что якобы беседовала с Королевой Эльфейм и использовала полученные от нее магические травы для исцеления.

Веками в окрестностях Бен-Макдуи рассказывали о Сером человеке — огромном существе, которое пугает одиноких путников, преследует их в тумане и внушает леденящий ужас. Некоторые считали его страшилкой для непослушных детей, но в XX веке легенда получила неожиданное продолжение…

По ночам Эрмитаж, по словам сотрудников, как будто бы оживает. Громадное пространство, которое помнит самые разные события — от блистательных балов до революционной канонады, — порождает странные ощущения: то внезапный холод в пустой комнате, то чувство чьего-то невидимого присутствия... Ночной Эрмитаж превращается в пространство, где прошлое многократно усиливает свое звучание.

Утверждают, что во время строительства Михайловского замка одна нищенка предсказала: император проживет столько лет, сколько букв в надписи над парадным входом. Надпись гласила: «Дому Твоему подобает святыня Господня в долготу дней». В старинной орфографии — 47 букв. Павел I прожил 47 лет.

Нынешний Аптекарский остров носил куда более таинственное имя — Korpisaari, «остров глухого леса». Слово korpi означает не обычный лес, а дремучий, непроходимый, часто болотистый, место, где, по поверьям, водится нечисть. Петр I, основав здесь Аптекарский огород для выращивания лекарственных трав, дал острову сугубо практическое, просвещенное имя, вытеснив темный образ чащобы.

— Куда мы едем? — спросил он. — Сделаете мне фальшивый паспорт, дадите накладные усы и будем через пятнадцать минут у мексиканской границы? — А что! — промурлыкал с заднего сидения голос Порфирий Григорьевич. — Я бы съездил в Мексику, там тепло и солнце, горячий песочек.

— Приветствую, Глеб Яковлевич! — Целитель с моржовыми усами наклонился над ним и дружески подмигнув, улыбнулся. — Что, опять земля-матушка притянула? — Несколько раз подряд, — поддержал шутку Глеб, пытаясь выглядеть молодцом. — Вы давайте, прекращайте такие встречи, а то в один не очень прекрасный момент свернёте шею. И тут уж никто вам не поможет.

— Плохое место. Говорят, призраки там водятся. — Да ладно вам, — закипая сказал Глеб, глядя на уезжающий кортеж Морозова. — Ну какие призраки? Сказав это, сам себя одёрнул. Магия есть, а призраков нет? Кто его знает, в самом деле, может и есть? — Сам не видел, — согласился извозчик. — Но люди говорят. А люди врать не будут. Зайдёшь в лес, дескать, и не выйдешь, вполне себе возможно.

— Простите, но вы не имеете права выбора. — Имею. — Кот оторвался от вылизывания и смерил Горлицкого холодным зеленым взглядом. — Я секундант господина Буянова. Горлицкий замялся. — Не припоминаю, чтобы в дуэльном кодексе разрешалось брать на роль секунданта котов, — сказал он. — А вы припоминаете, чтобы там запрещалось это? — поинтересовался Порфирий.

— На дуэль же тебя вызвали, а не ты сам кинул перчатку? — Ну да… — Ладно, хоть какие-то хорошие новости для тебя, Буянов. Значит, можешь выбирать оружие. Фехтовать умеешь? — Нет. — Стрелять? — Не пробовал. — Магией пользоваться научился за ночь? — Я про эту вашу магию вчера первый раз в жизни услышал и знать не знаю, как использовать. — Понятно. — Кот удовлетворенно кивнул. — Тебе конец.

— Что? Что ты такое? — взвыл кот человеческим голосом. — Куда дел Глеба?! От подобного поворота событий Глеб оцепенел, а кот не сдавался: — Говори, ирод, откуда пришел, я же чувствую, не наш ты, не местный! — Я Глеб. Говорят, Яковлевич, Буянов. — Нагло врут, — тут же оборвал его кот, но нападать перестал. — Я с Глебом знаком. Он иначе пах. Мы с ним уже две недели общаемся, вот партийку даже играли

— Неужели это Небеса карают меня? Неужели я не- достоин быть императором? Услышав эти слова, все присутствующие чиновники внутри похолодели. «Достоин или нет» — вот, пожалуй, главная забота и одновременно самый тяжкий страх императора.

Как женщина она понимала одно: если мужчина не хочет иметь дела с девушкой, у него найдется тысяча способов избежать этого. В обратную сторону работает так же: если мужчина хочет быть с женщиной, у него найдется тысяча способов ее добиться.

— Поздно чинить хлев, когда овцы уже пропали! Разве можно вернуть мертвых к жизни?! — ударил рукой по столу император.

В этом мире возможность помочь любимому человеку, сделать что-то для любимого — тоже большая редкость. У некоторых за всю жизнь не выпадает такого шанса.

— Что, если собака укусила, это не считается укусом?! Я должен подставить ей ногу, чтобы она отгрызла ее, и лишь тогда мне позволено кричать от боли?! — закричал он. — Это мой народ! Не то что управа — даже один-единственный подданный стоит того, чтобы из-за него болело сердце!

— Я искренне люблю человека по имени Цзюнь Цзюлин. Не Цзюнь Чжэньчжэнь, не Зал Цзюлин, не искусная врачевательница, а Цзюнь Цзюлин.

Сегодня проезжал на «штадтбане» мимо сожженной синагоги. Погромы прошлой недели подаются как «спонтанный взрыв кипящей народной души». Антисемитский пункт программы НСДАП теперь, конечно, можно реализовать без каких-либо препятствий: закрытие еврейских предприятий, исключение евреев из университетов, запрет на участие в культурных мероприятиях… Кампания уничтожения начинается.

Примечательно, что на всех иллюстрациях евреи изображены в карикатурном стиле, который не имеет ничего общего с реальностью: оливковые лица, кудрявые волосы, как у мавров, носы, похожие на огурцы, и губы, будто ужаленные осами. Единственный, кто хоть отдаленно напоминает еврея, — это сам Юлиус Штрайхер, изображенный в окружении белокурых членов гитлерюгенда с голубыми, по-гусиному глупыми глазами.

Забавно наблюдать за перепиской: здесь можно лучше понять, что к чему. Не-нацисты пишут «С немецким приветом», а нацисты, или те, кто хочет казаться таковыми, — «Хайль Гитлер!». Не знаю, что звучит более глупо. Предпочитаю использовать более нейтральное, например «С наилучшими пожеланиями». Старое «С совершенным почтением» уже полностью вышло из употребления.

Библиотечный комитет принял решение о проведении 10 мая аутодафе. Итак, на площади перед национальным театром предполагается сжечь несколько сотен экземпляров книг двух десятков авторов, пригвоздить их к позорному столбу и т. д. Среди авторов — Генрих Манн, Фейхтвангер, Глезер, Стефан и Арнольд Цвейги; в основном евреи…

Согласно Закону о государственных служащих, каждый должен доказать свое арийское происхождение, включая бабушек и дедушек. Так что если еврейкой была твоя прабабушка, то уже не страшно. Эрих Мюллер признался мне, что у него была бабушка-еврейка. Этот мальчик — самый честный немец, которого только можно себе представить, а в его прошлом оказался такой «порок»!

Может быть, это и совпадение, но факты таковы: старик, которого они выгнали, — честный, принципиальный и порядочный человек, а остальные, прикрепившие свастику к лацкану, демонстрируют всевозможные оттенки неблагонадежности — вплоть до уровня государственного обвинителя. Что за внезапный всплеск не только бесстыдной подлости, но и политических пузырей из грязного болота дегенеративных взглядов?

Мы все слишком часто думаем, что будет потом, и наше «сейчас» все отдаляется от нас.

Мужчина – это чувствительная арфа, на которой женщина должна уметь играть сотни различных мелодий!

Любовь – это ад и рай одновременно.

Мне нужны верующие, которые так жаждут смерти, что не устрашатся ничего. Они должны быть влюблены в смерть. Я хочу, чтобы они гнались за ней, искали ее и умоляли ее снизойти, словно она жестокая и недоступная дева.

Я искал возможность сделать сказку былью. И наконец я пришел в Аламут. Сказка стала явью, рай создан и ждет своих посетителей.

Ничто не истинно, все дозволено.

Тупые буквы складывались в тупые мысли, создавая тупой день. Тупой ум — тупое сердце.

— Что это за чудовища? — спросил он. Ни секунды не колеблясь Сон Ёндаль ответил: — Ангелы. — Ангелы? Но они же некрасивые и странные. — Да, это уродливые ангелы похожие на монстров.

Завершенная смерть не может быть неудачной.

Все, что нам нужно так это немного чуткости и трусости, чтобы уметь нажимать на кнопку принудительного завершения работы.

Одинокая смерть — это про скрапбукинг — украшательство своего дневника. Так что давайте позволим этим людям самим стать творцами своей одинокой смерти, давайте позволим им самим украсить свою смерть и провести время в одиночестве.

Даже одинокая смерть стоит денег. Что ж, это закономерно. И жизнь, и смерть стоит денег. Чертовы деньги.