Я сглатываю подступивший к горлу комок. По чему она говорит о какой-то опасности? Снова смотрю на ее руку. — Что случилось, Лили? Вижу, как она нервно облизывает губы.

Глаза мокрые — я понимаю, что она плакала. Говорить Лили не хочет. Я встаю, иду за антисептиком и антибактериальной мазью, а вернувшись, занимаюсь царапинами. Она сидит словно тряпичная кукла и даже не поворачивает руку, так что мне приходится делать все самому.

Глаза у нее делаются большие, рот приоткрывается, она роняет мою руку, потому что обе ее безвольно повисают. Уже в следующий момент она замечает эту свою непроизвольную реакцию и пытается сыграть назад, потому что не хочет огорчать меня еще больше.

Той ночью я наговорила лишнего, чего на самом деле не хотела, и самое страшное — если тебе здесь так не нравится, почему бы просто не уйти?

Мы накричали друг на друга, и Джейк взял свою подушку и устроился спать на диване, а утром ушел, почти не поговорив со мной и толком не попрощавшись. Теперь его нет дома, он не отвечает на звонки, и я боюсь, что знаю почему.

В остатках много носочной пряжи? Это наш случай. Обычно клубочки эти слишком разные по цвету, часто совершенно не сочетаются между собой. Или сочетаются, но такие яркие, что вы просто не понимаете, что с ними делать. В этом случае вяжите с подмотом. Тонкая нить пряжи нейтрального цвета приведет любое буйство красок к общему знаменателю.

Меняйте цвета, дайте свободу воображению. Но следите за тем, чтобы соседние фигуры были разными по цвету.

Никто не мешает нам экспериментировать, например, вязать шарфы с асимметричными краями.

Не пугайтесь, всё только выглядит страшно. Свяжите первые несколько фигур, и всё станет понятно. Проекты из книги, как пазлы из десятков кусочков.

– Я видел достаточно чудовищ, Низзара, и ты не одно из них. Возможно, ты маленькая злодейка, но не чудовище

- В таком случае, никогда не целуй призрака, — шепчет он мне на ухо. - Это может привести к тому, что простые смертные перестанут соответствовать твоим ожиданиям.

Я не должна тебе доверять… но почему рядом с тобой это кажется единственным правильным выбором?

Я знаю, что ты меня предашь. Вопрос только — успею ли я поверить тебе раньше.

Ты хочешь спасти себя ценой моей души. Вопрос только в том, останется ли у тебя что-то, что стоит спасать.

Меня учили бояться тьмы. Никто не предупредил, что она окажется внутри меня.

– Я сейчас, наверное, скажу что-то глупое… – начала я. – Говори. Это моя любимая категория твоих фраз.

Что ж, если осень и не выйдет прекрасной, то уж точно будет занимательной… в такой-то «приятной» компании.

Тоже считаю, что без сладкого никуда, – довольно улыбалась она, выставляя на стол тарелки с домашними пирожками, ватрушками и печеньем, которые пахли детством и абсолютным счастьем.

Иногда любовь к человеку – это не оставаться рядом с ним любой ценой.

Взросление, наверное, и есть странное чувство, когда вы все еще любите друг друга, но ваши дороги постепенно начинают расходиться в разные стороны.

Самое ужасное в потере зрения то, что ты не можешь видеть лицо и эмоции человека, с которым говоришь. Особенно, если это девушка. Особенно, если эта девушка тебе нравится.

Знаете, здесь говорят, если вам не нравится погода, нужно просто подождать пять минут и станет еще хуже.

Уильям Кросби провел на улице три дня, чтобы просто поздороваться с ней и спросить, как идут дела у ее мамы.

Выходит, ее домыслы, которые она считала чем-то, из разряда научной фантастики, оказались правильными.

— Это не гром. Это ледник. Когда льдины приходят в движение, он дышит.

– Лечебница Хепн – удивительное место, Элизабет. Здесь не бывает случайных людей или событий.

Мио не соврала. Он правда сделал это. Он её укусил.

Один зверь на другого набросился, налетел, целясь ему в горло. Так два лиса, как стравленные бешеные псы, вцепились друг в друга намертво – Новый бог и Старый.

– Даже не знаю, что делать. Я ведь девочек, в отличие от этих негодяев, обижать не привык. – Хорошо, – сказала Кёко. – Тем проще будет девочке обидеть тебя. И приглашающе встряхнула мечом.

– Этот лис что, совсем из ума выжил?! Куда он тебя привёл? Где он сам? Мне надо срочно обсудить с ним, что именно он понимает под словами «экзорцизм» и «обучение»! – Уверяю тебя, его отношение и к тому, и к другому было весьма своеобразным ещё до борделя, – ответила Кёко. – Однажды он позволил нас похитить просто потому, что ему было лень идти пешком...

Прекрасные цветы всегда заложники своего сада. При виде них, этих женщин, возникало странное чувство, будто ты действительно в ухоженной богатой оранжерее и в то же время на рынке. Они расхаживали туда-сюда не как торговцы, а как товар. Товару же положено быть ярким и блестящим.

По всему свету эту новость разнесите. Донесите до всех ёкаев, до самых отдаленных их домов. Я девятихвостый Дикий лис из Эдзо, и моя жена — принцесса кошек.

Его объятия — ее личное убежище, где было тепло и спокойно, где она чувствовала себя защищенной ото всех внешних невзгод

В наших отношениях было много недомолвок. Теперь все иначе. Ты узнаешь обо мне все. Больше никаких тайн.

Она знала, что должна похоронить свою прежнюю жизнь, должна прекратить тонуть в прошлом и постоянной жалости к себе. Теперь она не одинока и могла расцвести, как однажды расцветут земли Риналии.

Впервые в жизни она была по-настоящему свободна, поднимаясь все выше и выше, только чтобы резко рвануть вниз. Ничего прекраснее с ней еще не случалось!

Я испытываю непреодолимое желание находиться рядом с ней, касаться ее, но любовь ли это? Не знаю.

Хотел бы я, чтобы ты увидела себя моими глазами. Увидела, что даже самая яркая луна меркнет рядом с твоей аурой и желанием свободы.

Этой колее надо дать возможность „зарасти травой“, тогда мозг начнет искать новую тропинку. Настя знала, что нужно полностью сосредоточиться на чем-то постороннем, тогда разум не сможет крутить и вертеть информацию, гоняя ее по одному и тому же кругу

Бывают связи служебные, бывают финансовые, а бывают просто теплые и приятельские. Это когда людям друг от друга ничего не нужно, кроме доброго слова и шоколадки

Юнец навыдумывает всякого, ничем себя не ограничивая, а старик обдумает, отсечет явно невероятное и оставит только то, что действительно могло бы быть, но до чего он сам не додумался. Без старика юнец растратил бы кучу сил на ненужную работу

Опыт давит на фантазию. Чем дольше живешь — тем больше багаж опыта, а чем тяжелее этот багаж, тем лучше понимаешь, что бывает, а чего не бывает и не может быть в принципе

Я всегда немного волновалась, была как натянутая струна, готовилась искать и обдумывать информацию, строить версии. Как же я все это любила! Больше никогда…

Ложь не порождает ничего, кроме новой и новой лжи. А разоблаченная ложь порождает страдания многих, в том числе и непричастных. Вам придется выбирать.

Этим утром меня заботило лишь то, как бы спасти Джона Джексона от пожизненного заключения. Теперь появились и другие серьезные поводы для беспокойства. Джимми только что сказал мне, что кто-то объявил заказ на мою голову. И тот, кто его исполнит, может загрести пятьдесят тысяч долларов. У каждого гопника и мафиозного «быка» в Нью-Йорке появились пятьдесят тысяч причин пустить мне пулю в лоб.

– Итак, Чарльз, скажите мне: что вы думаете про Марлона Брандо? – спросил мужчина, ставя чайник обратно на плиту. Чарли поймал себя на том, что ему вдруг стало трудно дышать. Паника, охватившая его в тот момент, когда его руки и ноги были примотаны скотчем к дизайнерскому креслу, ничуть не утихла. Если что, то страх Чарли только усилился.

Эта вещица очень много значила для них обеих. Для их семьи. Даже их выживание было связано с сердечками из маленьких бриллиантов, усыпающими серебряное кружево. Это ожерелье наверняка стоило больше пятидесяти штук. А заложить его можно было бы как минимум за десять, запросто. Скомкав его в руке, Руби бросила ожерелье в реку.

Сегодня Руби не хотела разговаривать с красным священником. Но тут, приглушенно ахнув, опустила руки, бессильно упавшие по бокам. Она все-таки услышала его голос. «Руб-би-и…» «Руб-би-и-и-и…» Ей не нужно было говорить, чтобы священник услышал ее. Он и так знал, о чем она думает. «Тебе нужно перерезать этому мальчишке горло. Только так ты сможешь…» – проговорил красный священник.

– Это обвинение в убийстве, – сказал Гарри. – Тут все возможно. Джексон посмотрел на Кейт. Она кивнула, сказала: – Гарри и Эдди правы. Когда в хорошем районе случается что-то плохое, полиция Нью-Йорка сначала производит аресты, а уже потом задает вопросы. Есть только один момент: ни Эл, ни вы так ничего и не сказали нам про пистолет, который полиция нашла в вашем доме.

В этот момент Дениз остановилась и полезла в карман куртки. Звонил ее телефон. Мой все еще был выключен. Ответив на звонок, она немного послушала, потом отключилась и сказала: – Кейт нужно, чтобы ты срочно вернулся в офис. Она зацепила кита. Кит, с адвокатской точки зрения, – это клиент с поистине бездонными карманами. – И на предмет чего зацепила? Развод? Дениз покачала головой. – Убийство.